Читать книгу - "Наследие Чёрного Мага - Saventos"

Толпа изумлённо уставилась на крупную жабу, появившуюся на месте племянника герцога, даже Эльза вытянула лицо, убрав все намёки на давление волшебной силой.

– Теперь обёртка соответствует содержимому, – довольная собой Мираджейн стукнула призванным посохом. – Ненавижу жаб! Идём, Эльза, подождём награду в другом месте, где нет визгливых мальчиков.

Вздохнув, волшебница пошла за подругой, в мыслях представляя, как оплатит модификацию Доспехов Чистилища.

Глава 27

Поначалу дорога до Василька была не такой весёлой, как до Кошкиного Дома, Венди сильно грустила из-за случившегося и не плакала только благодаря титаническим усилиям Мэв и Ул растормошить ребёнка, дабы тот отвлекался на что-то иное – Мавис создавала иллюзии, а Ул творила всякое-разное изо льда, всё это неплохо занимало внимание девочки и её кошки-цундэрэ, а потом и я вернулся, добавив к шоу фейерверков и пацанской дичи, так что уже к вечеру всё стало более-менее нормально. Разумеется, Венди и кошка печалились, однако, к моменту, когда мы добрались до вокзала, ни у кого не возникало желания «разлить лужу» или вовсе начать истерику, всё же Мавис отличный психолог, а Ул имеет опыт воспитания и общения с детьми.

Куда интересней стало, когда мы добрались до вокзала и стояли в очереди около вагона:

– Срочные новости, срочные новости! – кричал бегающий по перрону мальчишка с газетами. – Хвост Феи превратил племянника герцога в жабу!

Почему в этой истории мне видятся блондинка и рыжая?

– Мелкий, давай четыре выпуска! – в купе прочитаю.

Поскольку билеты были куплены заранее, мы отстояли очередь и сразу заняли четырёхместное купе, организовав кошке место на освободившейся полке для белья, и приступили к чтению, почти сразу начав… сильно удивляться утренним событиям! Какой-то приезжий мажор-аристократ из Минстреля то ли окончательно возомнил себя «элитой», то ли спутал Фиор с родными краями, неважно, суть в другом – этот придурок начал подкатывать свои битые шары к моим женщинам! К Мире! Оскорблял меня, Хвост Феи и Макарова! Грозился убить моих жён! Придурку повезло в одном: Мира превратила его в жабу всего на несколько часов и наверняка благополучно забыла о говорящем насекомом, потому-то дебила успели выслать из страны, а герцог Эверли публично принёс извинения за поведение сына сестры и передал бразды правления своему сыну – жирному усатому ценителю действительно страшных женщин. Жаль, Мэв хорошо отзывалась о старике, однако здоровье у него не очень.

– Мира выросла, – гордо заявила Мэв, – всего-то превратила дурака в жабу!

– Думаешь… она стала лучше? – Ул не разделяла такого мнения и была слишком занята тисканьем усаженной на колени девочки.

Судя по лицу Венди, к такому она привыкла.

– Конечно, раньше она наложила бы на Людвика десяток гадких проклятий.

Мэв права, наша пурпурная демонесса стала сдержанней, не последнюю роль в этом играют наши с ней отношения и обоснованно возросший нарциссизм, всё-таки, как было доказано, мы – маги тьмы, знатные… маги тьмы.

– Мираджейн выглядит страшной, – Венди поёжилась, на фото моя демоница поглаживала подаренный посох с навершие-черепом и победно ухмылялась.

– Так кажется, – Ул потрепала причёску мелкой. – Мира неплохой человек.

– Она похожа на подлую злодейку, – эксидка пыталась храбриться, но здесь таким никого не обманешь, – на секунду отвернёшься и нет тебя! Как хорошая девушка может ходить в такой короткой юбке?

– Это не самая короткая из юбок Миры, – я постарался независимо смотреть в потолок. Мне-то нравится, но… такой стиль не для всех, но это я и мои пристрастия, про них давно истории ходят.

– Иногда, мне кажется, – заговорила Ул, – словно блондинки сделали эти юбки своим отличительным знаком. У неё же нет ни одной юбки, хотя бы до середины бедра, – есть, просто Мира их не носит, потому что «слишком длинные и неудобные».

Все взгляды перетекли на краснеющую жемчужную блондинку, отчего Мэв начала краснеть быстрее и сильнее:

– Не смотрите на меня! Я – нормальная блондинка! У меня есть взгляды! У меня есть принципы! У меня есть цель!

– Ага-ага, собрать гарем вон тому хмырю, – кивнула на меня задолго ухмыляющаяся Ул.