Читать книгу - "Слухач - Сергей Михайлович Кулагин"

Боковым зрением я увидел стремительно приближающуюся Клавдию Андреевну. У нее не было слуха, но слышала она как паук на большом расстоянии.

– Игорь, трубку не клади, – произнес я и вопросительно посмотрел на ЖК.

– Андрей Николаевич, у вас появилось свободное время с трех до пяти. Думаю, неплохо бы заглянуть в «Симфонию вкуса», познакомиться с новым шеф-поваром.

– Хорошо, Клавдия Андреевна. Сообщите, пожалуйста, администратору ресторана, чтобы столик в VIP-зоне накрыли на две персоны.

ЖК кивнула и удалилась.

С Игорем мы вместе учились в школе, а затем в Уфимском училище искусств. Оба выбрали эстрадное отделение, я специализировался на саксофоне, он – на ударных инструментах. Во многом мы были похожи, даже выступали дуэтом на вступительном экзамене: я тогда притащился с аккордеоном, а Игорь – с деревянными ложками. До сих пор мурашки бегали по коже при воспоминании огромных глаз сидящих в приемной комиссии преподавателей, когда на сцену выскочили два парня в военной форме и начали исполнять песню «Давай за жизнь». Реакция была потрясающей.

Пока я виртуозно перебирал клавиши инструмента, Игорь своими импровизированными ударами воспроизвел атмосферу боя. Местный электрик, которому мы заранее всучили три бутылки «Агдама», напустил на сцену дыма, отчего глаза слезились, а в горле першило.

«Первый на связи! Подвергся минометному обстрелу! Готовлюсь к отражению атаки!» – хрипло кричал Игорь, имитируя звуки выстрелов: битбоксом он владел в совершенстве.

Прокашлявшись, я плохо поставленным баритоном исполнил первый куплет.

Экзаменаторы вскочили со своих мест и подошли поближе, чтобы убедиться, что тот катастрофический ужас, который творился на сцене, не был шуткой. Игорь изобразил канонаду и гул танкового мотора, и я, воодушевленный его примером, спел последний куплет. Кстати, я пел уже вместе с другими абитуриентами в зале. Они пытались придать нашему творческому безобразию хоть какой-то смысл.

Насколько я знал, в комиссии не присутствовало ни одного любителя люберецкой рок-группы, но нас приняли. Конечно, отойдя от «славы», каждый на следующий день выступил сольно с вменяемым репертуаром, но первое выступление стало началом настоящей мужской дружбы.

Годы упорной учебы пролетели незаметно. Мы с Игорем основали группу «Калининский парк», названную в честь парка, где часто выступали. К сожалению, после его переезда в Москву группа распалась. Тогда я не смог или не захотел искать нового барабанщика, а вместо уехавшего на учебу друга брал сессионных «барабанеров» на один-два вечера. Господи, как же давно все это было!..

Светлов уже пять лет был главным исполнительным продюсером популярного песенного проекта «Вокализ». Мысль, что бывший «стучала» может предложить мне место музыкального продюсера, согревала душу. Я бы смог, честное слово! Идей имелся вагон и маленькая тележка, а еще собственная и уже достаточно известная в узких кругах студия.

Под самый конец фотографического ада ЖК предложила запечатлеть меня с сигарой. По-видимому, ей оказалось мало издевательств с книгой, которую я уже час «вертел» перед камерой.

Я никогда не курил, но, чтобы позлить ЖК, вдохнул воздух полной грудью, взял сигару в зубы и тут же закашлялся.

Когда фотосессия закончилась, я, беспрестанно кашляя, на автопилоте добрел до вызванного такси и вырубился на заднем сиденье…

* * *

Холод металлической ручки на дверях ресторана приятно холодил ладонь. Войдя, я оказался в уютной прихожей. Встретила меня женщина с добрыми глазами. Ее руки нежно забрали верхнюю одежду, будто это живое существо, которое ни в коем случае нельзя обидеть ни взглядом, ни жестом.

– Андрей Николаевич, добро пожаловать! – проворковала она, улыбаясь своей неповторимой улыбкой.

– Тамара Викторовна, бросьте куртку куда-нибудь в угол. Только не забудьте отдать, когда буду выходить. Сегодня я рассеян, как тот, что с улицы Бассейной.

«Мама Тамара» – так звали гардеробщицу Тамару Викторовну сотрудники ресторана «Симфония вкуса», и не только за особую заботливость и внимание к мелочам, но и за гиперактивность и готовность в любой момент переключиться на решение самых разных вопросов по хозяйственной или административной части.

Женщина улыбнулась. Ее улыбка – словно улыбка матери (хотя по паспорту она моя ровесница!), а я – как будто ее любимый сын, который сморозил очередную глупость.

Мама Тамара бережно повесила мою ярко-синюю куртку на вешалку в форме изящного скрипичного ключа. Краем глаза я заметил, как она украдкой посмотрела в сторону подсобки. За колыхнувшейся шторкой мелькнул фартук официантки. Значит, через пару минут весть о моем визите распространится среди персонала.

Поднявшись по лестнице, я оказался на втором этаже, где меня встретила одна из моих самых любимых фортепианных мелодий – творение Кертиса Макдональда. Сейчас тут только я и «Легкий ветер», но через пару часов наше единение нарушат изящные дамы в вечерних нарядах в сопровождении своих кавалеров.

Меня радовало осознание того, что мое детище кому-то интересно. Ресторан «Симфония вкуса» я создал исключительно для себя. Это нечто особенное. Мне хотелось воссоздать приятную душевную атмосферу внутреннего спокойствия, и у меня получилось. И, конечно, здесь всегда вкусная еда и прекрасная музыка.

Раньше в ресторане «дирижировал» гениальный повар. Он не готовил, а именно «играл по нотам». К сожалению, по семейным обстоятельствам ему пришлось вернуться на родину, в Италию.

Залия нашла нового повара на удивление быстро. Честно говоря, в гастрономическом плане ей угодить намного сложнее, чем мне. Еда – это то, в чем я разбирался хуже. Единственное блюдо, которым я мог бы похвастать (часто делал в студенческие годы), – это картофельный гратен. По сути, обыкновенный пирог с картошкой и сыром. Обычно на его приготовление у меня уходило два альбома Куинси Джонса-младшего: включал mp3-плеер перед самым началом магических кухонных действий – и выключал его только после того, как вытаскивал из духовки противень с ароматным пирогом. Два часа пролетали как одно мгновение… Те времена уже в прошлом, сейчас на готовку времени нет, да и Залия вряд ли позволила бы мне переступить порог кухни, даже в фартуке.

Мои любимые VIP-места располагались у окна. Только ради них стоило приходить в ресторан, особенно зимними вечерами. Отсюда всегда наблюдал за падающими снежинками. Они сверкали в свете уличных фонарей, как бриллианты, и эта магия умиротворяла и настраивала на романтический лад.

– Андрей Николаевич, здравствуйте!

Официантка Вероника была любезна и опрятна, как всегда. Залия взяла ее на работу пару месяцев назад, и девушка стала главным украшением зала. И пусть «красота спасет мир», как говорил один хорошо известный всем каторжник, игроман и гений.

– Привет, Верона! – поприветствовал я официантку, специально называя итальянским именем.

Она покраснела, но улыбнулась в ответ, и легкое напряжение от встречи с начальником мгновенно исчезло.

– Я готова записать ваш заказ для Фабио.

Она шелестела фирменным блокнотиком, а тем временем мои брови