Читать книгу - "Хранитель Путей - Юрий Окунев"

Феодосий сидел за среднего размера столом на обычном деревянном стуле с прямой спинкой. И на такой же предлагал сесть мне. На вид он лучше тех стульев, что стояли перед кабинетом начальника безопасности на фабрике Пинчей. Есть шанс, что спина сохранится на какое-то время и не придётся потом её разминать полчаса.

— С кем имею честь? — сделал вид, что не знаю, кто передо мной. — И что нас ждёт? Хочу прикинуть распорядок дня, если вы не против.

Отец Феодосий невозмутимо огладил окладистую бороду — это выглядело так, будто он аккуратно лелеет ценного домашнего питомца.

— Отец Феодосий, глава службы безопасности Храма, отдел снов, — представился он.

Интересно, я бы по названию предположил, что отдел снов занимается производством снов, а не закрытием разрывов в Царство-за-снами.

Но вслух сказал иначе:

— Очень приятно.

Говорят, вежливость позволяет сократить время беседы. Если не прощаться по семь раз.

— Что же касается времени на разговор и наших дальнейших планов, — он подчеркнул слово «наших», — то здесь многое зависит от того, как вы себя поведёте и что скажете.

— Я скажу, что пришёл сюда только из-за того, что у вас мой отец, — я постарался не выдать, как нервничаю, говоря это. — Ну и немного узнать, как вы закрывали разрыв — премного наслышан.

— Норна, — кивнул монах, откидываясь на спинку стула. — Редкий представитель Сновидцев, кто ходит в Храм. Ваши предки никогда не тянулись к вере, стараясь избегать общения с моими братьями.

— Храм ведёт статистику, кто и сколько посещает служб? А потом что? Коэффициент эффективности считаете и премии выписываете? — с кривой улыбкой уточнил я.

— Может производственному отделу и выписывают премии, но в моём случае обычно выписывать что-то приходится мне. И чаще всего — это совсем не те премии, о которых мечтает начинающий менеджер и даже молодой владелец фабрики снов.

Феодосий взял со стола карандаш и сделал пометку в тетради. Ещё один любитель бумажек!

— Что ж, по стечению обстоятельств, я вас понимаю. В последнее время тоже приходится всё время кому-то что-то выписывать: то чеки, то кошмары, — сказал я.

— О, об этом занимательном факте вашей биографии мы уже наслышаны. И даже предполагаем, — он вдруг нахмурился, и добродушный монах уступил место инквизитору, — что это связано с тем, что в нашем мире впервые за долгие годы появились прорывы.

— Демон был один или несколько? — спросил я в лоб. Норна сказала, что ничего не видела — она старалась оттащить кровать отца от воронки.

Феодосий снова улыбнулся, сквозь бороду мелькнули белоснежные зубы.

— С чего вы взяли, мастер, что при прорыве будут демоны?

Здесь я немного растерялся:

— А как же все истории, что через разрывы придут существа с Царства-за-снами? Придут, поглотят мир и так далее? Обманка для простофиль?

Неожиданно подтверждение моим мыслям стало не облегчением, а обидой и злостью.

— Учение Морфея — истинно, — степенно ответил монах. — Но есть некоторые разночтения, которые существуют на благо. Прямая связка разрывов и демонов — полезное напоминание не провоцировать ни разрывы, ни демонов, — и уже тише добавил: — Тем более, что иногда воронки ведут себя активнее некоторых людей. — А затем встрепенулся и спросил меня: — Зачем вам, мастер, было знать, как закрыть разрыв? Мастера снов стремятся подобное не допускать, формируя защиту в Царстве снов, что лежит между мирами людей и демонов.

— Я любопытный. Возможно, в силу своего неполного образования, — покачал я головой.

— Да, печально, мои соболезнования, — ответил с официально грустным лицом отец Феодосий. — Ваш отец находится в пограничном состоянии, но это не повод нижним силам его забирать к себе. Так что мы его перевели в Храмовый лазарет, чтобы понаблюдать.

— Думаете привлечь ещё один прорыв? И что дальше? — в лоб спросил я. Время шло, а толку от встречи было мало.

— Для начала, чтобы привлечь вас, — Феодосий поставил локти на стол и положил подбородок на руки. — А затем, чтобы узнать, что вы сделали с людьми. С каких это пор Сновидцы обладают этой гранью дара Морфея?

Он явно имел в виду кошмары, которые я наслал на людей Цилиндра.

— Сновидцы в принципе много чем обладают, — почти не стесняясь ответил я. — Но что касается вашего вопроса, то всё элементарно: тётя Валенсия, сестра матери, обладает этим навыком. Видимо где-то примешалось и мне. Хотя Абрафо, думаю, обидно.

Отец Феодосий снова взял карандаш и записал в тетрадку мысли:

— Валенсия Пинч. Действительно. Почему это не указано в документах, как следует? — в его голосе зазвучало лёгкое раздражение. — Ладно, с этим действительно ясно. Тогда следующий момент: «выяснить, почему вы не прошли проверку после вступления в наследство», тоже отчасти решён — вы этого не знали. Я прав?

Проверка? Боялся налоговой, напоролся на храмовников. Так себе размен.

— Не знал, — признал я очевидное. — А что проверяется обычно?

Вот тут отец Феодосий расплылся в широчайшей улыбке, от чего показалось, что борода сейчас треснет и отвалится.

— Я покажу вам на практике.

Через десять минут мы сели в автомобиль, монах за руль, и мы покатились к моей Лавке.

— У нас там ремонт, если что.

— Не страшно. Главное, чтобы вы могли решить несколько простых задачек.

Наше появление в Лавке встретили молчанием. Даже клиент, мужчина средних лет, зажимающий подмышкой коробку со «Спокойным морем», молча кивнул Андрею и выскользнул по стенке на улицу.

Что-то я раньше не обращал внимания на то, что на храмовников так реагируют.

— Мастер Сновидец, кофе сделать? — преодолел себя Андрей.

Пламенный нравился мне всё больше и больше. Осталось разобраться, как ему сообщить о его наследии, что лежит у меня в кармане.

—