Читать книгу - "Антикварный магазин 23:04 - Пом Ю Джин"

причудливые предметы: тарелки и куклы, европейские средневековые платья и курительные трубки со шляпами, которые напоминали реквизит для съемок исторического сериала. Все это многообразие объединяло только одно: их почтенный возраст. По крайней мере, выглядели они так, словно многое повидали на своем веку. Пока Ли Юё обводил взглядом предметы на полках, к нему подбежал Тони и ткнулся головой ему в ногу, как бы подталкивая вперед.

– Знаю, знаю, Дедушка.

Ли Юё поднял жалюзи на двери. Ни на них, ни на самой двери не было никаких замков. Лишь листки-амулеты с выведенными на них красной краской письменами висели на месте затворов. Он не боялся тех, кто мог нагрянуть в «Тигриную лавку». Таких все равно ничего не останавливало. Ли Юё понимал, что, если неведомая сила привлекла сюда кого-то, это должно было случиться. И не нашлось в нем сил, чтобы справиться с этим притяжением.

Но порой некоторые из выставленных в лавке предметов намеренно создавали это притяжение, чтобы вырваться на свободу. И одной из задач Ли Юё было всеми силами помешать этому. Он должен был помочь предметам окончательно очиститься от зловещей энергии в стенах этого дома.

Как только он открыл дверь, холодный ночной воздух ворвался в помещение. Ли Юё выдохнул и на мгновение замер, вглядываясь в кромешную тьму. Сколько бы он ни ждал, Учитель не возвращался. После дней, недель, месяцев ожидания Ли Юё решил: «Я никогда сюда никого не приведу».

Он вышел на улицу и провел рукой по деревянной вывеске на стене. Спереди надпись «Закрыто», сзади – «Открыто».

Антикварный магазин, работающий с 23:00 до 04:00, место, которое все считали зловещим, ждало своего часа, чтобы открыть двери посетителям.

Глава 1

XIX век, Англия. Спички «Брайант энд Мэй»

Ну вот опять. Опять сломалась зажигалка.

Ким Гюри нервно чиркнула пальцем по колесику. Она повторила это раз пять, но огонь не загорался. Дома все работало исправно, но, как только она заходила в офисную курилку, зажигалка стабильно отказывала. Может, пора бросать? Ким Гюри швырнула зажигалку в мусорное ведро. Сегодня ровно год с тех пор, как она пришла работать в колл-центр. Она буквально считала дни до этого момента, а все потому, что лишь спустя год работы в компании могла претендовать на выходное пособие после увольнения. На эти деньги Ким Гюри собиралась жить, пока готовится к трудоустройству в нормальную компанию. На первое время ей бы хватило. Вот она и отсчитывала день за днем, обводя красным даты в календаре. А чем больше становилось таких кружочков, тем сильнее ее пальцы пахли никотином.

В первый день на работе, когда Ким Гюри уже сходила с ума от непрекращающихся звонков, коллега ткнул ее в бок и заговорщицки прошептал:

– Пошли, наша очередь.

Куда они идут, Ким Гюри не поняла, но все же последовала за коллегой. Ей казалось, она готова отправиться хоть к самому черту, лишь бы сбежать от ненавистного телефона. Коллега направился в курилку. Она располагалась за комнатой отдыха сотрудников, неподалеку от террасы, и представляла собой хорошо просматриваемое помещение, напоминающее будку. У Ким Гюри язык не повернулся признаться, что она не курит. Пришлось стоять в углу и дышать горьким дымом, который выдыхали остальные. На рабочем месте эти люди не обменивались ни словом, ни взглядом, а здесь весело смеялись, глядя друг на друга, и наперебой обсуждали начальника отдела. Курили они так же быстро, как и обменивались новостями. Не прошло и пяти минут, как вся эта толпа дернулась к выходу и разбежалась, будто отхлынувшая от берега волна. Нырнув в эту волну, Ким Гюри вернулась на свое место. Интуиция подсказывала: чтобы продержаться здесь целый год, ей придется научиться курить.

Сигареты, чтоб их черт побрал.

От менеджера, который сообщил, что ее не взяли в штат, разило табаком. Больше года после выпуска из университета Ким Гюри пыталась найти работу и вот с трудом устроилась в компанию. Это была небольшая фирма, организующая субподряд, в которой Ким Гюри поручили рекламу и продвижение. Именно этим она и хотела заниматься, поэтому была вполне довольна своим назначением. Контракт предусматривал год стажировки, после чего принималось решение о зачислении работника в штат. Поэтому Ким Гюри трудилась не покладая рук: приходила в офис раньше всех, делала уборку, бегала за кофе. Составленный ею план продвижения получил высокую оценку руководства. Тогда как ее коллега, а по совместительству главный соперник, по фамилии Чхве вечно опаздывал и часто ошибался, выполняя даже самые простые поручения. Единственное, что Чхве делал с особенным рвением, – это бегал курить с коллегами. Раз в час он исправно покидал свое место и вскоре возвращался, пропитанный тошнотворным запахом табака. Ким Гюри распыляла вокруг себя освежитель воздуха, ни капли не сомневаясь, что именно ей предложат войти в штат компании.

Однако руководство выбрало Чхве.

«Госпожа Ким Гюри, вы же еще так молоды. А он и постарше, и родители у него болеют. Вам-то наверняка семья еще помогает деньгами, а вот господин Чхве, по его словам, вынужден сам помогать родителям», – доходчиво объяснил ей менеджер, пересказав истории, услышанные в курилке. Видимо, жалобы на несчастную судьбу сыграли свою роль и добавили Чхве баллов в глазах окружающих. Ей предложили остаться еще на год в роли временного работника, но Ким Гюри отказалась. Вернувшись в тот день домой, она заливала горе алкоголем, сетуя на несправедливость общества. А на следующий день вместе с похмельем ее настигли сожаления. Может, следовало остаться еще на год? Может, не стоило отодвигаться, когда начальник во время корпоратива положил ладонь ей на талию? Может, ее ошибка в том, что она не умеет подстраиваться под обстановку? Чем дольше Ким Гюри не могла устроиться на новую работу и чем больше отказов приходило ей на почту, тем сильнее она корила себя за свой индивидуализм. Ким Гюри решила, что на следующем рабочем месте она не станет привлекать к себе внимание.

Поэтому она начала курить. Выдыхая дым, девушка продолжала напоминать себе, что в колл-центре она временно, чтобы подзаработать. Выделяться из толпы ей ни к чему.

Но сегодня – особый день. Год с момента трудоустройства. Время бежать отсюда сломя голову. Время бросать курить. Все-таки не хотелось, чтобы на собеседовании в новую компанию от нее несло сигаретами. Выходя из курилки, она укрепилась в мысли, что с сегодняшнего дня бросает вредную привычку. Кто знает? Быть может, отказ от табака поможет ей и из компании, в которую она подала документы, придут хорошие новости?

Ким Гюри бодро зашагала в зал, где сидели операторы. Но чем ближе она подходила к рабочему месту, тем слабее становилось ее желание бросить курить. На смену ему пришло желание срочно разобраться с чашкой кофе.

Ох уж эта чашка кофе. Нужно срочно убрать ее с экрана.

Как только Ким Гюри вернулась на место, она переключила кнопку своего статуса на «включено». И только тогда значок кофейной чашки, плавающий на экране монитора, исчез. Если чашка долго висела на мониторе, над компьютером раздавалась противная музыка: дилинь-дилилинь-динь-динь! А этого допустить было нельзя. Если такая музыка раздавалась слишком часто, дверь на террасу, ведущая к курилке, автоматически захлопывалась. А если двери пропитанного густым дымом рая закроются,