Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

— Потому что это против законов природы! При всей своей темноте ты должна отличать явь от сказок. Единственно, кого могут породить мертвяки, это таких же мертвяков. У нас они называются зомби, — авторитетным тоном заявил Юлиан, стараясь при этом сохранить серьёзный вид и не испортить произведённое на девушку впечатление.

— Я тоже такое слышала, — Цветанка наморщила лоб. — Зомби?.. Да, мама тоже их так называла, — она повеселела и, немного помолчав, спросила: — Юлиан, а кто твои родители?

— Не имею понятия! — отозвался он и, покосившись на девушку, беспечно добавил: — Я — подкидыш. Слуги болтали, что меня собирались распотрошить на органы, но моя приёмная мать помешала. О, это был настоящий гангстерский боевик! Лидочка так прижала сволочей, что они убежали из страны, но им это не помогло. Интерпол их скоро выловил и пожизненно упёк за решётку.

— О Аллах! Какие бессердечные люди! — проговорила девушка с сочувственным выражением на лице. — Сиротская доля — горькая доля. Наверное, в чужом доме тебе пришлось нелегко.

— О нет! Никаких ужасов сиротства! Лидочка очень любила меня и страшно баловала. Я рос почти ни в чём не зная отказа. Стоило как следует поканючить, и мама заказывала самолёт и летела ко мне, будь она хоть на другом краю света, — юноша погрустнел. — И той избалованной дуре, которой я был на Земле, казалось, что она вечна… а потом вдруг оказалось, что её больше нет и некому… — не договорив, он шмыгнул носом и поспешно отвернулся.

— Прости! — расстроилась девушка. — Я не хотела…

— Ничего страшного! Уже пять лет прошло и по большей части всё уже отгорело, но здесь… здесь ещё болит. — Юлиан положил ладонь на сердце, и посмотрел на неё блестящими от непролитых слёз глазами. — Прости что расхныкался, но я столько бегал, стараясь выжить, что даже не успел оплакать маму… Когда вернусь на Землю, обязательно отыщу её могилу и за всё попрошу прощения. — Он вытер глаза и ожесточённо добавил: — А затем я найду тех сволочей, что её убили, и отомщу так, что мало им не покажется!

Цветанке стало не по себе. Юноша даже не сомневался, что вернётся домой, а это означало только одно: ей не было места в его жизни.

— Как это случилось? — спросила она, стараясь отвлечься от тревожных мыслей.

— В общем, тёмное дело. Я не знаю подробностей её гибели. Лидочка управляла огромной корпорацией, а они в нашем царстве-государстве все связаны с криминалом. В большей или меньшей степени. Похоже, в чём-то она недооценила обстановку и допустила промашку, вот поэтому её ликвидировали, сфабриковав несчастный случай. — Юлиан грустно улыбнулся. — Как только слуги сообщили о гибели мамы, я был в панике и ударился в бега. Тогда мне было шестнадцать с небольшим, но, слава богу, хватило ума понять, что за этим последует. Вот тогда я сполна хлебнул лиха, оставшись без гроша в кармане и, благодаря Ларе, без своего главного оружия.

— Лара это мужчина или женщина? — внешне спокойно спросила Цветанка, но юноша был слишком проницателен, что бы она могла его обмануть.

— Не ревнуй, цыплёнок. Это девушка. Лара — моя одноклассница и, пожалуй, единственная близкая подруга, несмотря на подлянку, которую Юлька с ней сыграла. Правда, это вышло не столько со зла, сколько по неосторожности.

Как только речь зашла о неведомой Ларе Юлиан сразу же помрачнел. Судя по замкнутому выражению на лице, он больше не хотел говорить о прошлом, и Цветанка не стала настаивать, чувствуя, что бередит его душевные раны.

— Где это мы? — спросила она, оглядываясь по сторонам.

— Хороший вопрос, — отозвался Юлиан.

Тропинка оборвалась, и молодые люди оказались на краю небольшой полянки, густо поросшей высокой травой, из которой выглядывали нежные розово-фиолетовые колокольчики и ещё какие-то незнакомые яркие цветы. Всё это луговое великолепие было густо усеяно капельками росы, переливающимися на солнце.

— О, какая прелесть! — воскликнула очарованная девушка. — Как много цветов! А у нас дома, наверное, уже выпали первые заморозки.

— Нашла чему радоваться! — проворчал Юлиан. — Похоже, мы свернули не на ту тропинку. Может, поищем обход? Если попрёмся напрямую, то промокнем до нитки.

— Ой, неженка! Боишься ножки промочить? — поддразнила его развеселившаяся девушка, и потянулась к стеблю ближайшего колокольчика. — Давай пойдём через поляну, а на обратном пути соберём букет. Хорошо? Думаю, Рунике понравится, если на столах будут стоять вазочки с цветами. Дома я всегда так делала.

Юлиан отобрал цветок у девушки и, сдёрнув с неё косынку, воткнул его в её пышные кудрявые волосы.

— Класс! — Он полюбовался на свои труды и весело добавил: — Ну, не знаю, заценит ли эта придурочная твоё усердие, а вот местным пьяницам цветики придутся точно по вкусу, будут ими занюхивать самогон в качестве закуски. Наша прижимистая трактирщица не очень-то щедра к голодранцам. Стоит только ей заподозрить, что у клиента пусто в кармане, так сразу же норовит вытолкать беднягу взашей. Никакого сострадания к жаждущим душам!

— Да ну тебя, не выдумывай! Сознайся уж, что ты просто злишься на Рунику, — сказала Цветанка, обрадованная тем, что он перестал хмуриться и снова стал самим собой.

Она хитро прищурила глаза.

— Спорим, что я быстрей доберусь до другого края поляны?

— Не смеши! Да тебе никогда не угнаться за мной, — ответил Юлиан и неожиданно сорвался с места.

— Догоняй, коротышка! — выкрикнул он на бегу и, заслышав громкие оханья, оглянулся.

Девушка прихрамывала со страдальческой гримасой на лице.

— Потянула ногу? — подбежав к ней, он присел на корточки. — Сильно болит? Ну-ка, покажи…

Вместо ответа Цветанка толкнула его и, смеясь, бросилась бежать к краю поляны. Видя, что он не собирается её догонять и по-прежнему лежит на месте, она вернулась и, побегав вокруг него, смилостивилась и протянула руку.

— Вставай, лежебока!

— Обманщица! Ещё и радуется бессовестная девчонка, — обижено пробурчал Юлиан, но всё же принял её помощь и поднялся на ноги. — Нет, ты посмотри, что ты наделала! По твоей милости я весь мокрый с головы до ног. — Он кашлянул и прислушался к себе. — Кажется, я заболеваю… Ну, да! Совершенно точно заболеваю. В горле першит, и насморк уже намечается, — прогнусавил он, зажав нос двумя пальцами.

Девушка