Читать книгу - "Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин"

благодарить, пусть полусонные, но счастливые, — то очи девушки обрели почти идеальную круглую форму.

— Надо будет повторить! — подытожили они.

Последней вышла Анжелика, пошатываясь и придерживая стену одной рукой — она единственная не пренебрегала шампанским весь вечер. И единственная смотрела на меня с искренней обидой.

— Такой униженной я себя еще никогда не чувствовала. Лучше бы ты меня той доской отш… отшлепал, — пробормотала и неуверенной походкой двинулась по коридору.

— Ну ты и сволочь, Максим! — уверенная в своей правоте, с чувством выдала Ника.

— А что я? Сама же ничего не умеет. Научится: вся жизнь впереди, — пожал я плечами.

— Первостатейная сволочь, — констатировала Ника. — Учти, если твое желание будет таким же извращенным, то я лучше себя прибью. И тебя заодно постараюсь.

— Что плохого в шахматах? — изумился я.

— Каких еще шахматах? — посмотрела Ника, нахмурив брови.

— Обычных шахматах, — распахнул я дверь, зашел внутрь и жестом указал на пространство комнаты, не видимое из коридора.

— Я в твой вертеп не зайду! Даже не заманивай! — почему-то отшагнула она подальше, глядя с опаской.

— Из коридора тогда посмотри, — пожал я плечами. — Вон туда встань.

Девушка задумалась, словно подозревая коварный замысел, но пару шагов в том направлении все же сделала и вытянула шею, разглядывая обстановку в номере.

Затем замерла, пытаясь осознать увиденное. Все эти столы, заставленные шахматными досками и расставленными на них фигурами… Все эти бутылки минералки и бокалы подле… Заправленную постель… И залилась краской до самых кончиков ушей.

— А ты что подумала, смею спросить? — строго спросил я у прячущей взгляд Ники.

— Я, просто… Ведь это же ты…

— Дочь уважаемых родителей! — провозгласил я на весь коридор.

— Тихо ты! Пожалуйста! — шикнула Ника, нервно озираясь.

— Аристократка в… каком поколении, кстати?

— Все, я была не права. Но это ты опять подстроил, чтобы я была не права! — гордо подняла она подбородок.

— Угу, угу, — покосился я на часы.

У меня, между прочим, экзамены еще сегодня — иностранный язык и физика. Первый относился к факультету мировой политики, как вчера — история, оттого не сильно волновал. А вот второй был особенно важен, и помехи мне на нем были не нужны. Кстати, о помехах…

— Значит, вернемся к моему желанию. По твоей просьбе самое страшное — шахматы — мы исключаем.

Ника вновь залилась краской, но продолжила изображать холодный и отстраненный взгляд.

— Значит, будет что попроще, — подытожил я. — Пойдем, — и первым отправился на выход из гостиницы.

Водитель со всем необходимым должен был уже ожидать на парковке. Задержавшись на пару минут, чтобы сдать ключи и выписаться из номера, мы вышли в тень внутреннего двора здания-колодца, отгороженного от остального мира высоким забором и шлагбаумом, подошли к рабочему «ауди» и остановились возле задней двери.

— Желание будет таким, — потерев переносицу и отгоняя неожиданно взявшуюся сонливость, начал я. — На заднем кресле лежит чемодан. Носишь его за мной целый день. В аудитории заходить не надо, достаточно ждать в коридоре. Открывать его нельзя. Перекладывать содержимое нельзя. Пользоваться чужой помощью нельзя…

— Там героин, да? — перебила Ника нервно.

— Нет, — терпеливо ответил я, открывая дверь и указывая на желтый кожаный чемодан, лежащий на боку ручкой вперед.

— Взрывчатка? Краденые деньги? Человеческие органы? Боевая химия? Нейротоксин?.. — лихорадочно оценивала девушка увиденное, не торопясь взять его в руки.

— Ника! — осадил я ее. — Там абсолютно законное содержимое. Даю слово, ничего криминального. Полностью безопасно.

— Тогда в чем подвох?!

— Ну оно тяжелое, — пожал я плечами.

— Не может быть, чтобы не было подвоха, — опытным тоном произнесла она.

— Обещаю, что задание выполнимо, — поднял я очи ввысь и выдохнул. — Но если этим вечером ты будешь не рядом со мной — желание считается невыполненным. Нет, я не буду от тебя сбегать! Но и сообщать, где я — не обязан.

Ника нахмурилась, но все же взялась за ручку, осторожно потянув на себя.

— Тяжелый, — констатировала она соответствие заявленного собственным ощущениям.

— Чтобы ты там Силы не лишилась и совсем с ума не рехнулась, ставлю дополнительное условие. Если ты и тут провалишь все…

— Эй!

— Допустим, — покладисто поднял я руки. — Будем считать, что этого желания просто не было. Я имею право перезагадать. А ты ничего не лишаешься. Идет?

— Подозрительно это все, — пробормотала она, с натугой вынимая увесистый и габаритный чемодан и ставя его на землю. — Уф. Килограмм двадцать?

— Тридцать, — поправил я. — Не надорвешься?

— Справлюсь, — упрямо качнула она головой. — Надо это все завершать.

Я же двинулся к выходу с парковки, пешком. Рядом и чуть позади запыхтела Ника, которая приняла как должное, что никакой машины не будет.

— Тут до метро недалеко, — прикинул я направление и двинулся вдоль проспекта к станции на кольцевой ветке. — До экзамена полтора часа, еще застрянем в пробке…

Рядом молчаливо сопела девушка, не тратя дыхание на ответы. Хотя я и не особо торопился идти.

— Вот, кстати: когда желание отдашь, что будешь делать? — лениво поинтересовался я, дожидаясь зеленого, чтобы перейти дорогу.

Заодно и Нике передышка. Ну и мне — полезная информация.

— Да ничего, — убрала она тыльной стороной ладони капельки пота со лба.

— Что, совсем? — не поверил ей.

— Я тут подумала — ты что-то вроде глобального бедствия. Ну, как голод, нищета, эпидемии… и Максим.

— Вот как? — почувствовал я легкую грусть.

— Угу. Можно ненавидеть, но самой исправить не получится. Зато можно верить, что кто-нибудь когда-нибудь все их уничтожит! — бодро завершила Ника, подняла свою ношу и первой шагнула под зеленый на пешеходный переход.

Дальше она тоже гордо шла впереди — все равно тут не ошибешься с направлением, вход в метро сразу за переходом.

Подумать только, эскалатор почти две минуты уносит людей под землю. А там — сводчатые потолки с резьбой, как во дворцах, огромные колонны в античном стиле и тихий отзвук живой скрипки где-то вдали. И волнительное ожидание на платформе, которое нарастает с каждой секундой, пока усиливаются дрожь и гул в темноте тоннеля. Поразительное место.

— Уф, сейчас рука отвалится!.. — бодро выдохнула Ника, с глухим стуком ставя чемодан на рельефный металлический пол прибывшего вагона и потягиваясь.

На перроне ей отчего-то показалось, что непременно что-то должно произойти — с ней или со мной, или с ее заданием. Оттого свой груз она из рук не выпускала, удерживая на весу. Похвальная интуиция, между прочим.

— А вот, кстати, можно твой номер телефона? Ну, настоящий, — с невинным выражением лица посмотрела она чуть вбок и вниз.

— Это тебе зачем?

— Просто кое-какие фото хочу отправить, — шаркнула она ножкой.

— Нельзя.

— А е-мейл? — вскинулась она было возмущенно, но смогла совладать с эмоциями.

— Нет.