Читать книгу - "Хитрец. Игра на Короля - Дана Юмашева"

В тот день было так солнечно, насколько вообще может быть солнечно в ноябре. Порывы ветра затихли, и сухим морозным воздухом дышалось легко.

Рано утром мы встретились с присланной месье Васбегардом чародейкой. Она прибыла прямо в особняк Стайеша, и мы сами открыли ей двери. Лицо прибывшей показалось нам знакомым, но ни я, ни Посланник не смогли вспомнить ее имя – видимо, женщина, решив действовать в высшей степени осторожно, наложила на себя кратковременные чары.

Гостья пришла, чтобы посредством запрещенной магии изменить мое лицо. Она начала свою колдовскую работу в кабинете, а князь Таш'Найесх нашептывал ей, что именно он хочет видеть. И, к моему удивлению, вместо того чтобы выделывать над моим лицом пассы, чародейка лишь достала блокнот и стала выводить непонятные символы на первом попавшемся листе.

Прикосновение магии было неощутимо. Время шло своим ходом, а сидевшая передо мной женщина все рисовала и рисовала на бумаге непонятные символы. Сигналом того, что она закончила, стали возгласы Стайеша, который от смеха даже схватился одной рукой за живот:

– Посмотри, на кого ты похожа! Какое уродство!

Испугавшись, я кинулась к зеркалу – и тут же облегченно выдохнула. Уродство мое заключалось лишь в том, что теперь я была неотличима от одельтерок.

Конечно, я узнала себя в девушке, смотревшей на меня с отражения. Но вместе с ней мы лишились той самой Ядовитой – «дикой», как ее называли имперцы, – составляющей. Причина была вовсе не в глазах, обратившихся из оранжевых в болотные каре-зеленые, и не в исчезнувших татуировках. Упростился весь облик. Губы истончились и потеряли изгиб, нос утратил прелестную горбинку и стал совсем прямым и скучным, густые брови поредели и посветлели. Прежний цвет волос, насыщенный шоколадный, сменился темным янтарем, и по обоим плечам рассыпались волнистые пряди. Смуглая кожа побелела, и все родинки были стерты.

Чародейка между тем скомкала листок и бросила его в камин. Огонь тут же окрасился в зеленый, вспыхнул, зашипел… и мигом успокоился.

– Это очень сильные чары, которые будут действовать даже после моей смерти, – произнесла она. – Огонь их скрепил, огонь их и снимет. Будьте аккуратнее с пламенем, княгиня, но не бойтесь, когда настанет время возвращать свой истинный облик.

Стайеш недоверчиво повел бровью: слишком много огня за последние пару дней. Я махнула на него рукой и благодарственно поклонилась женщине. Та, получив от князя толстую пачку купюр, ответила вежливым кивком; и мы были уже готовы распрощаться, как я почувствовала неладное. Мое лицо принялось зудеть, и раздражение вмиг стало таким сильным, что я невольно потянулась к щекам. Расцарапать, нужно расцарапать их до крови! Может, это хоть немного облегчит страдания…

Похоже, теперь мне стало известно, из-за чего запретили эти чары.

– Так вы ничего не добьетесь, княгиня, – спокойно сказала чародейка. – Если совсем невмоготу, можете прикладывать лед. От побочного эффекта нет лекарства, но со временем многие перестают обращать на это внимание.

Кивнув, я приказала принести мне льда, а князь Таш'Найесх согласился проводить чародейку до выхода. Вслед за тем он и сам покинул особняк – отправился на встречу с дипломатами Тари Ашш. Сегодня принимали решение о дальнейших действиях Ядовитой стороны, и нашей задачей, как бы цинично то ни звучало, было развернуть произошедшее таким образом, чтобы запланированные еще три месяца назад переговоры не начались.

Я занялась чтением кое-каких писем, якобы отправленных на мое имя дальними родственниками. Корреспонденция та, разумеется, принадлежала руке наших шпионов, и добрых пять часов ушло на подбор ключа и расшифровку. И все это время меня отвлекало нахлынувшее как из ниоткуда беспокойство. Оно не отпускало ни на минуту, не разжимало хватки. Не позволяло забыться.