Читать книгу - "Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов"

***

Эту картину можно было бы, наверное, считать первым посвященным Долгой зиме памятником в родном городе Михаила… Всего лишь новая пятиэтажка «стандартной», не «эвакуационка», планировки отличалась от «сталинок» и построенных до Долгой зимы «пономареновок» уменьшенной высотой этажа, маленькими окнами с новомодными стеклопакетами, производство которых наладили у них в городе на Техстекле, и ставнями и… полным отсутствием каких-либо декоративных элементов. В какой-то мере отделкой можно было считать лишь орнамент в виде выложенных из красного кирпича ромбов и надписи «Слава СССР!» под крышей.

Однако этот дом отличался от типовых зданий нового проекта выложенной на торце мозаикой, своеобразным памятником Долгой зиме. Напоминанием о ней была и надпись «Долгая зима. 1966-1974». Сама же картина изображала улицу города, посреди которой стоял загруженный снегом грузовик ЗиС-131 и несколько мужиков с ломами и лопатами, убирающих снег.

- Красиво, - глядя на дом, произнесла Вика. – Словно вживую…

- Ага, - согласился Михаил. – Даже жутковато как-то…

- Угу, - согласилась Вика. – Сколько будем жить – никогда нам не забыть Долгой зимы…

И лишь Сашке было все равно – в свой год он еще не знал, что такое Долгая зима, и считал, что мир вокруг светел и прекрасен… В конце концов, ему и сравнивать-то было не с чем!

Поглядев еще немного на новый, только недавно сданный в эксплуатацию, дом, Михаил с Викой и сыном пошли дальше. Будь у Михаила такое желание – сейчас бы они могли бы жить тоже здесь. Дома «повышенной комфортности», как их называли в газетах, начали строить в прошлом году, а весной этого года сдали в эксплуатацию первые из них. В отличие от «эвакуационок», их строили не на пустых местах, а снося под застройку старые дома центра города – в ходе расширения улиц в соответствии с новыми градостроительными нормами. Та же улица Чапаева по новым планам превращалась в проспект с трамвайной линией и аллеей посередине – чтобы и люди ходили вдали от домов, где с крыш могут сорваться сосульки или снежные пласты, и транспорту было просторнее, и тот же снег чистить проще было – достаточно откинуть его вбок от дороги, а уж потом по мере возможности вывезти. Узкие улицы официально были признаны злом, которое требуется искоренять. А уж если где-то под дорогой проходили магистральные трубопроводы, то тут уж их однозначно либо переносили вбок, под газоны, либо расширяли дорогу и делали сквер посередине. Чтобы, случись чего, не пришлось заваливать проезд снежным валом, как это делалось в первые годы Долгой зимы.

Немногие старые дома, признанные памятниками культуры, при этом подлежали переносу на новое место, но таких были единицы. Чаще их просто сносили, строя взамен новенькие пяти- и девятиэтажки. Не был исключением и этот дом – просто он был первым и располагался в людном месте. Квартиры здесь в первую очередь выдавались героям Долгой зимы – награжденным правительственными орденами, медалями или теми же Сталинскими премиями. Предлагали квартиру и Михаилу, но тот отказался. Всю свою жизнь он ненавидел бетонно-кирпичные коробки квартир, предпочитая жить в частном доме, на земле… Где в огороде растут овощи с ягодами и фруктами, где нет соседей, которые будут возмущаться шумом или чем-нибудь еще, что им не понравится… Где в том же огороде можно разжечь костер и испечь картошку или нажарить шашлыков или хотя бы просто-напросто позагорать на солнышке, гуляя в одних трусах с майкой. Так что вместо квартиры он получил карточку на приобретение стройматериалов, чего хватило бы чтобы отгрохать просто отличный домик! С одной лишь разницей – что в центре землю под это, конечно, никто не даст. Но Михаила вполне устраивал и родной Сталинский район…

Добравшись до остановки, они дождались прибытия новенькой сцепки из трех трамвайных вагонов КТМ-5 и вскоре уже ехали… По дневному времени третий вагон был закрыт, так что уселись во второй, но это никого особо не волновало. Внезапно вспомнились статистические отчеты из сборника «СССР в цифрах» за прошлый год… До Долгой зимы население его родного города было чуть больше семисот тысяч человек. Сейчас их число лишь совсем немного не дотягивало до миллиона. Хорошо это или плохо? На этот счет у Михаила не было однозначного ответа… С одной стороны, это признак развития… С другой – это рост нагрузки на коммунальное хозяйство, на транспорт, на различные государственные учреждения. Это больше пыли, грязи, шума, дыма в городе… Так что спорный вопрос.

Под стук колес трамвая Михаилу почему-то вспоминались его поездки в Москву… Последний раз он был там уже достаточно давно. Даже писем не писал уж больше года… Но почему-то мужчина был уверен, что «наверху» за ним и его деятельностью по-прежнему пристально следят. Впрочем, Михаил давно уж откровенно плюнул на это. Как говорится, у каждого своя работа… Самое главное – Долгая зима осталась позади. А, значит, у этого мира, этого Советского Союза будет будущее – возможно, гораздо лучшее, чем в его прошлой реальности… Вспомнились и новости науки и техники, которыми мужчина регулярно интересовался.

Недавно в СССР началось производство первой в этом мире ЭВМ, которую можно было бы называть «персональной» - хотя пока она называлась иначе. МикроЭВМ. Ее создание было тесно связано с созданием первого советского микропроцессора и потому, можно сказать, в том был и его личный вклад в развитие вычислительной техники этого мира. Впрочем, пока шла подготовка к серийному производству основанных на новом технологическом процессе микросхем, пока строили производящий их Тамбовский радиозавод, который должен начать работу на полную мощь лишь к концу пятилетки, советские ученые и конструктора пошли дальше… Воспользовавшись идеей с микропроцессорами, они создали целую серию микросхем высокой степени интеграции для применения в других узлах ЭВМ – и эти разработки и были использованы при создании «единой серии». И, честно говоря, Михаилу было плевать, делали ли они это ради идеи, по принципу «работа есть работа» или ради получения Сталинской премии за разработку. Самое главное то, что результат получился что надо. Пусть даже эта восьмибитная ЭВМ и близко не стояла даже с известной Михаилу ЕС-1842, но это все дело времени! Самое главное то, что она уже есть и вскоре начнет активно применяться в народном хозяйстве.

Знал Михаил и про новые разработки в станкостроении… Предложенные им станки гидроабразивной резки были запущены в серию еще в годы Долгой зимы. А недавно в дополнение к ним пришли и «проволочные» электроэррозионные… Все больше распространялись системы