Читать книгу - "Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени"

ему снизу вверх прямо в глаза. — Мы обязательно идем. Но вы сейчас подробно и в деталях расскажете нам, из какого именно ада вы сбежали в наш тихий Мадрид… И что еще вы прячете в своих карманах, кроме королевских флотов и чужих жизней.

Кирилл лишь тихо рассмеялся, увлекая обеих ошеломленных виконтесс вглубь прохладных лабиринтов старого города. А за их спинами чумазый мальчишка с золотой монетой в кулаке все еще стоял на коленях.

А еще в недрах Консоли сидела довольная цифровая богиня, которая с огромной скоростью изучала все, что смогла найти на две испанские фамилии, в том числе на взломанных серверах испанской СБ…

Глава 10

Ресторан «Эль Эспехо» не пытался поразить гостей позолоченной мишурой мадридских дворцов. Здание бывшего монастырского подворья семнадцатого века брало другим: метровыми каменными стенами, тяжелыми сводчатыми потолками из темного дуба, запахом жаренного на углях мяса и абсолютной, непробиваемой приватностью. Сюда не пускали праздных зевак с улицы, а слуги двигались бесшумно, словно тени, обученные не поднимать глаз выше второй пуговицы жилета клиента.

На втором ярусе, в угловой VIP-ложе, скрытой от основного зала густой кованой решеткой пылевым барьером, за низким столиком из полированного оникса сидели две женщины.

Даже в полумраке ложи было очевидно, от кого Мартина и Валерия унаследовали свою красоту. Дамам на вид едва ли можно было дать больше тридцати пяти, хотя в закрытых метриках Картахены и Боготы значились совсем другие цифры — лучшая медицинская Пыль Нового Света отрабатывала каждый вложенный в нее золотой реал.

Первая, в строгом закрытом платье цвета запекшейся крови, сидела с идеально прямой спиной. Ее смоляные волосы, тронутые у висков двумя тонкими серебряными прядями, были стянуты в тугой узел, а острое лицо с высокими скулами казалось высеченным из темного мрамора. Вторая аольготно сидела в глубоком кресле куда свободнее: декольте темно-изумрудного платья, массивный золотой браслет на запястье и ленивая полуулыбка, не сходящая с полных губ, делали ее похожей на сытую пантеру, греющуюся на послеполуденном солнце.

Внизу, прямо под их ложей, в окружении вековых каменных колонн располагался лучший столик зала. Именно туда две минуты назад официанты проводили русского графа и двух молодых виконтесс.

Причем система безопасности Кирилла сработала раньше, чем он успел коснуться спинки стула. Его сопровождающие «пиджаки», оставшиеся у входа, обменялись короткими жестами с охраной девушек, а в голове Строганова уже звучал насмешливый отчет цифровой помощницы.

— Опачки! Дорогой хозяин, улыбочку, нас снимают! Прямо напротив твоей физиономии, в бронзовом канделябре с ангелочком — объектив высокого разрешения. Вторая камера высоко под сводом, плюс направленный микрофон в вазе с сухими цветами. А на втором этаже за шторкой у нас гнездышко! Две крайне интересные дамочки и четыре шкафа с пушками за дверью. Кстати, этот милый кабак, согласно реестрам принадлежит семье Мартины. Сейчас я пролезу через ее телефон во внутреннюю сетку заведения и посмотрю, кто это там так тяжело дышит в нашу сторону!

Наверху, в ложе, дама в бордовом коснулась экрана стоящего на углу стола массивного стационарного терминала. На дисплее развернулась четкая картинка со скрытой камеры, вмонтированной прямо напротив места, которое занял Строганов. Крупный план выхватил спокойное лицо русского, его руки, складывающие салфетку, и трость, прислоненную к краю стола.

— И это тот самый мясник из Санкт-Петербурга, которым нас пугали? — скептически приподняла тонкую бровь дама в бордовом, не отрывая пристального взгляда от экрана. — Кармен, помилуй. Он же совсем мальчишка. Сколько ему? Двадцать пять? Двадцать шесть?

Кармен Фернандес лениво отпила глоток выдержанного хереса из тонкого бокала и тихо рассмеялась, качнув головой:

— Официально — двадцать четыре, сестрица. Но ты смотришь на гладкую кожу, Инес, а надо смотреть в глаза. Мартина сбросила мне сообщение еще по дороге из кофейни: он раскидал серебряную пыльцу перед уличными попрошайкам просто ради красивого жеста и утащил наших девочек из-под носа этой дуры де Карвахаль под мобильным маскировочным куполом. Без громоздкого артефакта за спиной.

— Дешевое позерство, — отрезала Инес Эскобар, нервно постукивая длинными ногтями по столешнице. — Узнаю почерк зарвавшихся выскочек, которым случайно упал в руки крупный куш. Я читала аналитику по его делам в России. Слишком молод. Слишком агрессивен. У него нет тормозов, Кармен. Он идет напролом, жжет мосты, вырезает целые семьи и ломает вековые устои через колено. Такие люди живут ярко, но очень недолго. А Мартина смотрит на него так, словно он уже подарил ей половину Европы!

— Ой, да брось ты ворчать, как старая дуэнья! — фыркнула Кармен, переводя взгляд с экрана на прорезь в кованой решетке, откуда открывался отличный вид на нижний зал. — Слишком молод, слишком агрессивен… Можно подумать, у нас с тобой в его годы был выбор!

Инес поджала губы, но промолчала, а Кармен, чуть подавшись вперед, продолжила уже без тени прежней игривости:

— Вспомни восемьдесят девятый год под Медельином, дорогая. Когда британские наемники сожгли верхние склады, а старик Гомес решил, что две девчонки не удержат перевалы. Мы тогда были на два года младше этого русского. И что мы сделали? Сидели за веерами и ждали милости от губернатора? Нет, мы лично повели людей и развесили кишки людей Гомеса по кофейным кустам на три мили вокруг. Мы были точно такими же бешеными, потому что иначе нас бы просто сожрали живьем.

— Там была война за выживание семьи, — глухо возразила Инес, нехотя вспоминая те годы.

— А с чего ты взяла, что в его снежной империи курорт? — резонно заметила Кармен, снова откидываясь на спинку кресла. — Парень без роду и племени влез в высшую лигу, где каждый второй князь спит и видит, как бы пустить его на удобрения. Он кусается первым, потому что по-другому там не выжить. Мне нравится его хватка.

Ни одна из женщин в этот момент не смотрела на большой терминал, стоявший чуть сбоку и за их спинами, куда выводились данные внутренней сети.

И очень зря…

Потому что из-за правого верхнего угла светящегося дисплея медленно, с преувеличенной осторожностью высунулась макушка в черном обтягивающем капюшоне. Два пушистых треугольных уха, обтянутых черной тканью, деловито поводили из стороны в сторону, сканируя обстановку. Убедившись, что хозяйки заняты беседой, крошечная фигурка в костюме ниндзя перевалилась через рамку окна интерфейса и на цыпочках, комично высоко задирая колени, прокралась на самую середину экрана.

Оказавшись в центре между открытыми папками с черной бухгалтерией, Алиса, остановившись, огляделась по сторонам