Читать книгу - "Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени"

дрожали от сдавленного смеха, темные глаза искрились диким весельем. Валерия уткнулась носом в рукав своего платья, тихо похрюкивая и безуспешно пытаясь сохранить остатки светского достоинства.

Пальцы Мартины тем временем стремительно порхали по экрану коммуникатора. Она вслепую, не глядя на клавиатуру, отбивала короткую команду: Смена маршрута. Уходим пешком в «Эль Эспехо».

Кирилл, наблюдавший за ее пальцами краем глаза, едва заметно и одобрительно кивнул.

— Пора, — одними губами шепнул граф.

Он снова мягко перехватил виконтесс под локти и повел их вдоль увитой плющом стены, плавно скользя по границе тени. Для внешнего наблюдателя эта зона оставалась абсолютно пустой: оптический камуфляж Консоли транслировал изображение облупившейся охристой штукатурки и сплетенных стеблей плюща, идеально компенсируя углы зрения любого случайного прохожего.

Они миновали бесновавшуюся донью Беатрис буквально в полуметре. Подол ее широкого вишневого платья даже взметнулся от легкого дуновения воздуха, потревоженного их шагами, заставив аристократку брезгливо отшатнуться:

— Еще и сквозняки в этой клоаке! Вонь, грязь и сквозняки! Пошла вон, бестолочь!

Кирилл аккуратно вывел девушек с террасы, спустился по трем каменным ступеням и свернул в узкий, прохладный переулок между старыми трехэтажными особняками шестнадцатого века. Здесь мостовая сужалась настолько, что балконы противоположных домов почти соприкасались коваными решетками, создавая спасительный полумрак.

В интерфейсе Консоли мгновенно всплыла трехмерная топографическая сетка переулков.

— Выход из зоны видимости террасы зафиксирован, — прозвучал в сознании голос Алисы. Проекция хвостатой в этот раз предстала в черном обтягивающем костюме ниндзя с маской на нижней половине мордочки. — Серая зона, наблюдателей с верхних ярусов нет, тепловые сигнатуры в ближайшей округе отсутствуют. Кроме одной мелкой погрешности… Хозяин, притормози за бочкой с дождевой водой. Там местный агент влияния затаился!

Они сделали еще один поворот вокруг замшелого контрфорса старой церкви, и Кирилл с легкой усмешкой приказал системе сбросить маскировочный контур.

Алиса, разумеется, не могла сделать это скучно и по уставу. Она отключила преломляющее поле ровно в ту секунду, когда они поравнялись с деревянным ящиком из-под сицилийских апельсинов, на котором сидел чумазый мальчишка лет девяти.

Пацан был классическим мадридским гаврошем: драные штаны на одной веревочной подтяжке, стоптанные эспадрильи на босу ногу, сбитые в кровь коленки и огромная, надкусанная зеленая груша в руке. Мальчишка как раз собирался вонзить зубы в сочную мякоть, когда пустое пространство в двух шагах от него вдруг пошло сиреневой рябью, а затем из абсолютного ничего прямо на мостовую шагнули трое.

Высокий северный господин с тяжелой тростью и две ослепительные сеньориты, пахнущие так, словно их окунули в ванну из лепестков роз и дорогого жасмина. Челюсть пацана отвисла сама собой. Груша с глухим стуком вывалилась из грязных пальцев и медленно покатилась по пыльным булыжникам к начищенным туфлям графа. Глаза мальчишки округлились до размеров серебряных реалов, дыхание перехватило. Он замер с открытым ртом, боясь даже моргнуть, уверенный, что на залитой солнцем улице ему только что явились святые угодники в компании самого архангела Михаила.

Кирилл остановился, Мартина и Валерия тоже замерли, с интересом наблюдая за реакцией ребенка. Граф весело подмигнул онемевшему мальцу, слегка наклонил голову и почти фокусническим жестом вскинул правую ладонь.

С кончиков его пальцев сорвалось крошечное, полупрозрачное облачко серебристой Пыли. Оно не рассеялось на ветру, как обычный сор. Серебряное марево мягко, словно пушинка, поплыло к застывшему мальчишке, переливаясь на солнце чистейшим ртутным блеском. Пацан, завороженный этим невероятным, сказочным зрелищем, инстинктивно подставил обе ладошки, сложив их лодочкой.

Серебряная взвесь опустилась еще ниже. Воздух над руками ребенка на долю секунды нагрелся, частицы пришли в согласованное движение, выстраивая в воздухе объемную, светящуюся фразу на испанском:

«No estuvimos aquí».«Нас здесь не было».

Буквы продержались ровно три удара сердца, вспыхнули мягким голубоватым светом и осыпались в ладони пацана, обнажая то, что сформировалось в самом центре плетения.

На детских пальцах осталась лежать тяжелая, ослепительно блестящая золотая монета. Мальчишка судорожно сжал кулачки, прижал золото к груди и с ужасом посмотрел на Кирилла, часто-часто закивав головой так, что грязные вихры заходили ходуном. Он не то что говорить — он дышать забыл, готовый стереть себе память ради такого чуда.

— Buen chico (Хороший мальчик), — тихо произнес Строганов, снова подмигнув пацану.

Граф плавно повернулся к своим спутницам, перехватил трость поудобнее и галантно предложил обе руки:

— Прошу, сеньориты. Кажется, вы упоминали ресторан с отличным мясом? Ведите!

Но виконтессы не двигались. Мартина и Валерия стояли посреди узкого мадридского переулка, словно прибитые к брусчатке стальными гвоздями. Обе девушки не мигая, расширенными зрачками буравили пустую ладонь русского графа, с которой только что беззаботно слетело то самое серебряное облачко.

Они были дочерьми Нового Света. Они выросли в семьях, чьи частные армии вели непрекращающуюся, жестокую войну в джунглях Колумбии и Боливии за каждую унцию сырья. Они с пеленок знали запах крови, впитавшейся в землю вокруг тайных шахт, и цену каждого грамма Пыли.

То, что русский граф только что выбросил на воздух такую Пыль ради минутной забавы и подкупа уличного мальчишки, они уже поняли. Но обе так же хорошо знали другое. На черных рынках Картахены даже за такое количество резали глотки целым отрядам наемников. Это были сотни и тысячи золотых реалов, испарившиеся за три секунды ради красивой светящейся строчки на детских ладонях.

Валерия медленно, почти что с легким механическим скрипом повернула голову к кузине. В ее глазах плескался экономический шок финансиста, увидевшего, как в камин бросают годовой бюджет провинции, чтобы разжечь сырые дрова.

— Марти… — хрипло, едва шевеля одеревеневшими губами, выдавила она. — Скажи мне, что мне это привиделось. Скажи, что это был дешевый артефактный трюк с иллюзией…

Мартина медленно перевела взгляд с перепуганного мальчишки на Кирилла.

— Нет, Вали… — сдавленно ответила Мартина. — Это была настоящая «белая королева». Чистая, как слеза младенца…

Девушки снова посмотрели на Строганова. Тот стоял под лучами мадридского солнца, опираясь на трость, и на его лице цвела самая безмятежная и невинная улыбка в мире.

— Сеньориты? — граф мягко качнул согнутыми в локтях руками. — Мы идем обедать? Или вы предпочитаете дождаться, пока донья де Карвахаль все-таки прочешет этот квартал с ротой гвардейцев?

Мартина шумно втянула носом теплый воздух, тряхнула головой, отгоняя наваждение, и сделала шаг вперед. Ее пальцы впились в локоть Кирилла, намертво фиксируя захват. Валерия с зеркальной точностью вцепилась во второй локоть, словно боялась, что этот сумасшедший русский сейчас снова растает в воздухе, рассыпавшись серебряным искрами.

— Идемте, граф, — тихо произнесла Мартина, глядя