Читать книгу - "Чужие степи. Часть 11 - Клим Ветров"

В руках — миска с мясом, хлеб, кружка с чаем. Остановилась на секунду, потом прошла, поставила еду на тумбочку.

— Молодец, — сказала она. — Ешь.

Дядя Саша посмотрел на мясо, потом на Аню, потом снова в тарелку. Покраснел. Зажевал сосредоточенно.

Я улыбнулся.

Глава 9

Сосредоточившись на поглощении пищи, дядя Саша тщательно пережевывал мясо, хлеб, запивал чаем. Аня сидела рядом, смотрела на него с удивлением и облегчением. Когда тарелка опустела, старик отодвинул её, выдохнул.

— Спасибо, дочка, — сказал он. — Отогрели.

Аня кивнула, собрала посуду, вышла. Я поднялся.

— Сиди, — сказал я. — Я сейчас.

Вышел на крыльцо. Пикап стоял там, где я его оставил — у крыльца, ржавый, серый, с примятой дверцей. Я завел мотор, подогнал к запасному входу. Там никого не было — сёстры разбежались по палатам, в коридоре пусто.

Дядя Саша ждал у двери. Стоял прямо, опираясь на косяк. Увидел меня, усмехнулся.

— Не борзей, старый, — сказал я. — Давай, изображай.

Он вздохнул, согнулся, оперся на меня. Я подхватил его под руку, повел к пикапу. Со стороны выглядело так, будто я тащу полуживое тело. Дядя Саша кряхтел, шаркал ногами, голова свисала на грудь. Артист, чёрт возьми.

Уложил его в кузов, накинул брезент. Сам сел за руль, развернулся. В зеркало увидел, как старик приподнял край брезента, смотрит на станицу.

Дорога до дома заняла минуты. Я остановился у сломанных ворот, вышел, помог дяде Саше спуститься. Он встал, разглядывая последствия проезда через огород тяжелых машин. Ничего не сказал. Развернулся и ушел в дом.

Я пошел за ним. Он уже сидел за столом, положив локти на столешницу.

Я сел напротив.

— Рассказывай, — сказал он.

И я рассказал.

Про то, как его нашли на берегу. Про то, как он перестал дышать. Про кровь, которую я вколол ему. Про Димку, сына Олега, который умер ночью, а теперь жив здоров. Про бешеного немца и «овоща», которые получились из тех, кому мы тоже вкололи кровь. Про четверых, которые ожили. Про того, кто напал на меня ночью.

Про прибор. Про то, как он открывает порталы. Про болотный мир, где живут дикари и где время течёт иначе. Про то, как я ходил за ними в «Пятёрочку» и в мёртвые руины. Про «болотного» деда, про то, как он приходил за медалью.

Про вылазку за лекарствами. Про пять сгоревших танков, про Олега, про дрон, про то, как мы уходили, толкая грузовики.

Он слушал, не перебивая. Только лицо его становилось жёстче, глаза сужались.

— И ты хочешь вернуться, — сказал он.

— Да.

— А немцы?

— Найдутся.

Он кивнул. Молчал долго. Потом сказал:

— Пашку этого, из твоего болотного мира. Я его знал.

Я поднял голову.

— Знал?

— Ага, общались даже. — дядя Саша откинулся на спинку стула, посмотрел в потолок.

— И что? — спросил я.

— Ничего, — дядя Саша пожал плечами, всё так же глядя в потолок. — Как пропал тогда, так и всё.

— Каким он был? — спросил я.

Дядя Саша помолчал. Думал.

— Обычным. Ничего такого. Как все. Мужик как мужик. — Он откинулся на стуле, оглядел комнату. Потом спросил: — Дом-то мой как? Не видал?

Я покачал головой.

— Не был на твоей улице. Не знаю. Но в любом случае тебе сейчас туда возвращаться не с руки. Люди спросят, как так — только что чуть живой старикан загибался, а теперь козлом бегает.

Дядя Саша кивнул.

— Это ты верно говоришь. Нельзя. — Он помолчал, потом посмотрел на меня в упор. — Значит, пойду с тобой.

— Куда? — не понял я.

— В серый мир твой. За Олегом.

Я замолчал. Не знал, что ответить. Старик сидел напротив, смотрел спокойно, будто речь шла не о том, чтобы идти в радиоактивные руины, где нас уже наверняка ждут, а о том, чтобы сходить в соседний переулок.

— Дядь Саш, — начал я. — Там…

— Что там? — перебил он. — Радиация?

— Не только.

— Да и хрен на неё! Я видел такие места, что твой серый мир покажется курортом. Думаешь, не справлюсь?

— Ты только что умер, — сказал я.

— И воскрес, — ответил он. — Значит, не зря.

Я молчал. Он ждал. Потом добавил:

— Что мне тут делать? Лежать на койке и в потолок плевать? — он покачал головой. — Не дождешься.

— Дядь Саш…

— Даже не уговаривай, — перебил он. — Я решил. Без дела сидеть — это не для меня.

Мне было хорошо знакомо это его состояние, оно означало одно — старик не отступится.

— Ладно, — сказал я. — Ладно.

Он кивнул. Встал из-за стола, расправил плечи.

— Значит, решено.

Я посмотрел на него — прямого, крепкого. И подумал, что, может быть, он прав. Может, такой союзник мне сейчас и нужен.

— Решено, — сказал я.

Он усмехнулся. Подошел к окну, посмотрел на улицу.

— Оружие у тебя есть? — спросил он, не оборачиваясь. — Надо бы подобрать чего.

— Есть, — сказал я. — В сарае.

Я поднялся, вышел в сени, толкнул дверь во двор. Дядя Саша за мной — шагал ровно, уверенно, только под ноги смотрел внимательно, чтобы не споткнуться о комья истерзанной земли. Я откинул щеколду, дверь нехотя подалась.

— Туда, — я показал на дальний угол, где под полом был тайник.

Мы прошли к яме, которую я когда-то выкопал под погреб, но так и не достроил. Сверху лежали доски, заваленные мешками с мешками и садовым инструментом. Я сдвинул всё, откинул крышку. Внизу темнела квадратная дыра, из которой тянуло сыростью и металлом.

Дядя Саша присел на корточки, заглянул. Я спрыгнул внутрь, включил фонарь. Луч выхватил груду оружия на полке, наваленную как попало. Автоматы — МП-40 и МП-38, штук пять, некоторые с откинутыми прикладами, некоторые разобраны. Пистолеты — десяток, все немецкие, «вальтеры» и «парабеллумы», вперемешку с обоймами. Гранаты — колотушки, стопка, перевязаннае проволокой. В углу — патроны в цинках, ещё какие-то ящики, те что натащил с подземной базы, но даже не открывал.

— Ну ты и куркуль запасливый, — сказал дядя Саша сверху. Голос у него был удивленный, но с насмешкой.

Я пожал плечами.

— Жизнь заставила. А я не такой.

Он крякнул,