Читать книгу - "Полдень, XXI век, 2002 № 01 - Журнал «Полдень XXI век»"

— Да будет ли лучше через сто лет? Сейчас-то вроде ничего, хозяйственный рост намечается, — сказал Митя. — Чем сейчас хуже, чем завтра? А если завтра исламист на исламисте сидеть будет и говна выше крыши?

— Мы в светлое будущее веруем, а иначе во что еще, — Путята отвернулся, показывая что в ближайшие сто лет он больше трепаться не намерен.

Светлана легко сбежала с образовавшейся насыпи в яму, где работал Галкин, и потрепала его по щеке.

— Ну не могу я сегодня разработать перфекцин, Митенька, вот такая беда-кручина. Приличные секвенаторы, РНК-детекторы, установки электрофореза, центрифуги, нуклеазные наборы и транскрипционные препараты стоят сумашедших бабок. Тряси не тряси, пару миллионов баксов не вытрясешь. Впрочем, я не хочу ждать сто лет, как мальчики. Приди за мной лет через девяносто девять, дорогой витязь Димитрий, разбуди поцелуйчиком, вот и могилка моя будет отдельно.

— Евпраксиньюшка, то есть Светочка, может, с нами все сто полежишь? — еще раз попросил Путята.

— Нет и нет. Во-первых, я тебя не простила. Во-вторых, у меня кипучая жажда деятельности, так что я согласна только на девяносто девять

— А почему ты не сказала, что мне триста восемьдесят? — спросу Митя. — Сразу после того как сделала мне... это... этот анализ.

— Подставь-ка ухо, — она поднесла свои губы ближе и шепнула: — Это был не анализ, а любовь... Шучу, конечно. — Светлана хохотнула, стоя обеими ногами в могиле, и добавила уже громко: — Ну, осечка, бывает. Даи всего каких-то триста восемьдесят — их легко не заметить. Ты еще, действительно, маленький... Но везучий... Народу, собравшемуся на Лобном месте, не слишком нравился вид повешенного пацаненка, поэтому тебя быстро сняли, прикрыли рогожкой и отвезли на телеге в морг Донского монастыря. Но ты не умер, потому что уже перешел порог Ходжелла благодаря инфекции, и, само собой, провисел ты недостаточно.

— Значит, я могу быть сыном Лжедмитрия и Марины Мнишек? — справился Митя, хотя его это и не слишком волновало.

— Тогда не так уж часто вешали детей... — многозначительно ответила Светлана.

Митя закончил копать и стал класть доски. Тут уж не выдержал Путята и присоединился к работе.

— Я не хочу, чтобы меня раздавило бревном как мышонка, мать его.

— Может, выложим все-таки внутри полиэтиленом? — еще раз предложил Митя.

— Эх, сколько раз тебе говорить. Никакой изоляции. Все должно быть, как обычно, — отрезал Путята. — Мы должны лежать в грязи. Однако и постепенность потребна, чтобы успели необходимые для спячки органы прорасти. Для этого доски и еловые лапы.

Через полчаса все было кончено. Светлана скрылась под земляной насыпью. Витязи тоже заняли свои лежачие места в кургане. Напоследок Митя увидел подмигивающего Путяту и заложил погреб последней доской. Осталось только немножко разровнять землю, чтобы скрыть следы массового захоронения.

И вот уже пора искать спрятанный в кустах «БМВ». И газовать через Польшу на Запад, заметая следы. Позавчера в паспортном отделе Всеволожского РУВД одна добрая женщина, связанная с уголовным миром, сделала ему новый внутренний паспорт. А вчера выдала ему заграничный паспорт с отметкой «Выезд на ПМЖ».

Митя подхватил свою маскировочную корзину с грибами и двинулся по ведомой только ему да псам-витязям мшинной тропке среди трясин.

Внезапно заиграл в кармане мобильник, подаренный намедни Ермаником. Дмитрий Галкин медленно и осторожно поднес его к уху.

— Митя, — послышался голос Светы, — через несколько секунд я засну. Но ты... приди ко мне, когда почувствуешь...

Разговор прервался. Смерть и бессмертие, эти два лица времени смотрели на него, но казались почти неразличимыми, потому что было на свете, а если точнее, в Свете, что-то куда более важное.

Александр Щёголев

ЛЕГКИЙ БРЕД В ФОРМАТЕ ДЗЕН{2}

Повесть

Автор благодарит Во Го за разрешение использовать его сутры в этой безделушке и, приоткрывая тайну мастера, сообщает, что Во Го смеется, когда его называют дзен-буддистом.

Автор смеется вместе с ним.

Убивая кота, не становишься ли котом?

Вечный вопрос.

1. Коан о мудрой собаке, избежавшей смерти

Он из тех мужчин, кто может сломать себе руку, кинув снежок, кто роняет очки в выгребную яму, когда присаживается в деревенском туалете. Недоделок, каких мало. И даже теперь, когда Реальность позвонила в дверь его квартиры, он спит. Непостижимо...

— Папа спит, — именно так и произнес с той стороны напряженный детский голосок.

Восемь утра. Суббота. Есть время понежиться в неведении. А ведь Реальность — опасная штука, потому что в Ней есть всё. Как смерть — это вовсе не отсутствие жизни, так и безумие — не отсутствие рассудка. Готов ли ты к тому, милый мой Щюрик Барский, что безумие и смерть естественным образом вплелись в нашу с тобой Реальность?

Мой указательный палец, коснувшийся кнопки звонка, — это сила, которой невозможно противиться. Я терпеливо и молча жду. Звонить дважды — дурной тон. Дверь открывает мальчик (третий класс начальной школы, наметанным глазом определяю я). Очевидно, Барский-младший. И правда, Щюрик то ли жаловался, то ли хвастался вчера: мол, уже девять годов стукнуло моему несмышленышу, а он такой беспечный, что просто зла на него не хватает... Зла? Нет, зла нам не надо. Вовсе не с этой из мыслеформ я решил провести последние часы своей догорающей жизни.

— Папа спит, — повторяет беспечный несмышленыш в образовавшуюся щель.

Я рву дверь на себя. Я — в прихожей. Дыхания не хватает, болезненный комок стоит в горле, тошнота накатывает волнами, но с этими убийственными симптомами я уже свыкся. Я — и есть прихожая. Я — Добро. Я — всё... Вталкиваю малолетку в ванную комнату и защелкиваю шпингалет. Действую только одной рукой, вторая занята. Во второй руке — груженый полиэтиленовый пакет, но его время еще не пришло. Ребенок вопит и бьется о дверь ванной, тогда мне приходится опрокинуть дубовую вешалку — от одной стены к другой. Вешалка высокая, резная, массивная. Ванная зажата надежно, взрослый мужчина не сразу выберется. Острый клинок боли пробивает мне солнечное сплетение, но я, не обращая на эту частность внимания, быстро осматриваюсь... В одной из комнат виден работающий компьютер, на экране застыла картинка из игры «Косой доктор». Игра — про жуткого зайца со шприцем, который убивает