Читать книгу - "Прекрасная звезда - Юкио Мисима"

А ведь сейчас все человечество заперто в очень опасной клетке. Она закрыта снаружи, и из нее не убежишь.

– Ну, по крайней мере, жители Ханно в клетке не сидят.

– Просто расстояние между прутьями клетки такое большое, что их не видно. Я пытаюсь сломать замок и выпустить всех на свободу.

– Куда?

Дзюитиро растерялся. Как ответить на такой простой вопрос? В этот момент он представлял бескрайнюю пустоту космоса, но направление, в котором двигалось ночное небо, усыпанное сияющими звездами, оставалось для него загадкой. Это место было неподконтрольно полиции.

Инспектор, со своей стороны, почувствовал, что обращенный кверху взгляд хозяина дома устремлен на что-то большее, чем полиция. Что бы этот человек ни задумал, мысли у него опасные.

– То есть вы хотите сказать, что ваши идеи сводятся к двум словам – «мир» и «освобождение»? Оба слова из лексикона коммунистов, и вы это знаете. Свобода слова, конечно, важна, но если такие мысли ведут к разрушительным действиям…

Не в силах справиться с эмоциями, Дзюитиро произнес:

– Это не шутки. Разве разрушение – не ваших рук дело?

Говоря «ваших рук дело», он имел в виду человечество. Инспектор, конечно, этого не понял и тут же заявил:

– Хотите сказать, что полиция занимается подрывной деятельностью? Это откровенное неуважение к нашей службе. Только коммунисты могут так думать.

Но в следующую секунду с лица инспектора будто содрали кожу, и на нем вновь появилась холодная улыбка. У него был принцип – не загонять противника сразу в угол, и он посчитал, что цель визита достигнута.

Инспектор попрощался, и Дзюитиро проводил его в неосвещенную прихожую. Пока инспектор, повернувшись спиной, обувался, Дзюитиро спросил его:

– Разве вам не полагается ходить в форме и фуражке?

– Нет, в нашем департаменте принята штатская одежда.

– Если не ошибаюсь, на фуражке полагается носить звезду?

– Верно.

Инспектор Такахаси выпрямился, протянул руку к решетчатой раздвижной двери и обернулся. Он заметил печальную тень, нависшую над высокой тонкой переносицей Дзюитиро.

– Вы носите фуражку со звездой, но не знаете, что означает этот символ. Забыли, в чем сущность звезд.

Проводив инспектора Такахаси, Дзюитиро без сил опустился на корточки. Где-то внутри возникла ноющая боль. Так этой ночью закончилось мирное собрание в созвездии Козерога.

* * *

Экзамены завершились, наступили весенние каникулы. Февраль подходил к концу, по небу гулял теплый ветер, наполненный желтой пыльцой.

Дзюитиро был занят подготовкой к лекции, которую собирался прочитать в Токио. Кадзуо отказался вести машину и совсем не выказывал желания как-то помогать отцу. Боялся, что, если об их деятельности узнает Куроки Кацуми, он, Кадзуо, может лишиться его особого расположения, завоеванного с таким трудом. Ведь отец говорил о частых случайностях и совпадениях, и нельзя исключать вероятность того, что они с Куроки могут где-нибудь столкнуться.

Обязанности водителя и администратора легли на Акико. Вместо того чтобы провести одну лекцию в большом зале, Дзюитиро задумал организовать передвижной лекторий – сразу несколько выступлений в Токио и пригородах, в залах при муниципалитетах и общественных центрах. Он хотел провести как можно больше встреч, налаживая тесный контакт с небольшими аудиториями. Акико занималась бронированием помещений и рекламой предстоящих мероприятий, а Иёко размножала копии бюллетеня, из которого члены Общества вселенской дружбы могли узнать о программе и содержании выступлений Дзюитиро. Акико предлагала брать плату с тех, кто придет на лекцию, но отец настоял, что вход будет бесплатным и все расходы он возьмет на себя. Объявление о лекции гласило:

ЛЕТАЮЩИЕ ТАРЕЛКИ УКАЗЫВАЮТ: НАША ЦЕЛЬ – ДОСТИЖЕНИЕ МИРА ВО ВСЕМ МИРЕ

ЛЕКТОР: ОСУГИ ДЗЮИТИРО

ОРГАНИЗАТОР: ОБЩЕСТВО ВСЕЛЕНСКОЙ ДРУЖБЫ

Утром Акико отправилась в Токио на машине. Оставалось забронировать последние три зала. Она внесла залог за два, а когда добралась до третьего, в общественном центре района М., было уже четыре часа.

Центр она увидела издалека. Это было новое здание в стиле модерн, совсем не то, на что рассчитывал отец, предпочитавший небольшие уютные помещения, где легко общаться с людьми. Но район М. был важен, там можно было привлечь понимающую, образованную публику.

Погода выдалась довольно пасмурная, дул сильный южный ветер, а во второй половине дня начал греметь весенний гром. Заехав на парковку перед общественным центром, Акико с удивлением увидела около входа многочисленные венки, на которых трепетали черные ленты. Тонкие столбики были обернуты тканью в черно-белую полоску. Похоронный полосатый занавес, хлопая на ветру, тянулся до главных дверей.

Акико прошла в канцелярию общественного центра, но приемные окошки были закрыты, все стулья пустовали. Лишь один сотрудник – лет сорока, с траурной повязкой на рукаве, – собирался домой. Акико постучала в стеклянное окошко.

– Сегодня не работаем, – не приближаясь, махнул рукой сотрудник, но, увидев в окошке красивое бледное лицо девушки, все-таки подошел, щелкнул ключом и поднял стекло. Из-за пыли, набившейся в пазы, стекло неприятно скрипнуло. – Хотите арендовать зал? Извините, но сегодня не получится. Приходите завтра. Понимаете, только что закончилась церемония прощания с главой нашего муниципалитета.

– Могу я попросить об одолжении?

– Завтра, пожалуйста. У нас редко бывают желающие бронировать зал, так что не беспокойтесь.

– Конечно-конечно… Но не позволите ли взглянуть на зал сейчас?

Чиновник на мгновение задумался. Потом дохнул на Акико несвежим ртом с отвисшими губами:

– Ладно. Дверь в конце коридора. Мне пора домой, так что не смогу вас проводить.

Поблагодарив его, Акико прошла по коридору и толкнула дверь. Зал еще не до конца прибрали после траурного мероприятия. В помещении было сумрачно. Акико посмотрела в высоко расположенное окно и увидела, что небо за считаные минуты заволокло мрачными тучами.

Похоронный занавес уже сняли, но половина венков еще оставалась на месте. Стулья стояли вдоль стен, и было трудно понять, сколько человек здесь поместится. Кроме Акико, в зале больше никого не было. Она сделала несколько шагов, и пол под ее туфлями заскрипел. Акико прочитала надпись на ленте одного из венков: «От городской торгово-промышленной палаты Канадзавы». Возможно, покойный глава муниципалитета был родом из тех краев. При этой мысли ее вдруг охватила тревога. Это место и эти похороны как-то связаны с Такэмией.

Послышался странный грохот. «Гром?» – подумала Акико. Оказалось, за сценой кто-то двигал рояль. Обращались с инструментом небрежно. Большой черный ящик с блестящей открытой крышкой подтащили туда, где, должно быть, недавно стоял гроб. К роялю подошел парень и забавы ради заиграл что-то невразумительное в верхнем регистре.

При этих звуках у Акико возникло ощущение, будто где-то рядом скрывается Такэмия. Извлеченные из рояля звуки безучастно отражались от высокого потолка и проникали в самую глубину ее души.

Три месяца после встречи Акико и Такэмия часто писали друг