Читать книгу - "Дикарка у варваров. Песнь Теней - Ирина Тигиева"

и поморщилась. — Когда она станет женой Тургэна, мне, как его "тени", придётся оберегать и её?

Фа Хи скрыл улыбку в чашечке с чаем.

— Если станет. Этим утром прибыл посыльный со срочным донесением. Император Тао умер, оставив после себя наследника, который лишь недавно научился ходить самостоятельно. Значит, будет назначен регент. Женитьба принца Тургэна на принцессе Янлин может оказаться залогом мирных отношений между государствами. Или потерять всякое политическое значение. Всё зависит от того, кто станет этим регентом.

— Откуда ты всё это знаешь?

— В положении приближённого кагана есть свои преимущества. Одно из них — узнавать о событиях на моей родине раньше остальных при ханском дворе.

— То есть, Тургэн об этом тоже ещё не слышал?

— Хан ханов не пожелал омрачать праздник наследника политическими делами, и тебе не следует этого делать. Завтра на военном совете принц узнает всё. Вероятно, ты тоже будешь присутствовать — как его "тень".

— Наверное, будет интересно… Или смертельно скучно.

Улыбнувшись, Фа Хи отставил пустую чашечку и поднялся. Я встала вслед за ним.

— Почему ты считаешь, что женитьба Тургэна может потерять смысл, шифу? Мне кажется, кто бы ни стал регентом, подобная связь — всегда залог мира.

— Не всегда, — возразил Фа Хи и как бы про себя добавил:

— Тёмное Время близится.

— Думаешь, между твоими соплеменниками и халху начнётся война?

— Опять задаёшь вопрос, на который может ответить лишь боо Нергуи.

— Боо Нергуи — вряд ли, а ты наверняка знаешь больше, чем говоришь, — сузила я глаза.

— Любому обладающему разумом не помешало бы следовать этому правилу.

— Ну вот, опять... Только начинаешь разговаривать, как нормальный человек, и тут же снова сбиваешься на эту философскую муть!

— Ты тоже не изменяешь себе. Кто бы мог, даже задавшись целью, рассмотреть в этом диком, непочтительном, неуправляемом существе юную девушку, олицетворение нежности?

— Вот и хорошо, что никто не может! — хмыкнула я и покосилась на Хедвиг, почти доевшую перепёлку. — Опять заглотила целую тушку — надеялась, ограничится половиной. И как это в неё помещается?

Подойдя к сооружению, я собрала перепелиные перья и подставила руку благодушно попискивающей Хедвиг.

— Теперь довольна, чревоугодница? Какое же несносное создание!

— Никого не напоминает? — проронил наблюдавший за мной Фа Хи.

— Ну, я столько не ем!

— Незначительное различие.

— Поэтому ты её недолюбливаешь?

— Разве это так заметно?

Отношения между Хедвиг и Фа Хи были на самом деле весьма отстранёнными: он по большей части игнорировал её — даже не пытался погладить, она не замечала его. Но вела себя в присутствии учителя всегда спокойно и, думаю, несмотря на показное равнодушие, его уважала.

— Спасибо за урок, шифу, — я поклонилась. — Увидимся на празднике!

Выйдя из Зала журавля и змеи, я отправилась прямиком к себе, беседуя с подобревшей Хедвиг. Уже сгущались сумерки. Скоро придёт Сайна — в этот раз и она участвует в поздравительном "номере" для принца Тургэна. Не собиралась её задействовать, но девочка застала меня за репетицией и буквально выпросила включить её. Я сдружилась и с ней, и с Оюун, но, если последняя относилась ко мне, как к приятелю, Сайна продолжала смотреть влюблёнными глазами. Поначалу меня это напрягало, но потом я просто перестала обращать внимание. Сайне всего тринадцать, чуть меньше, чем мне, когда я попала в эту реальность. Ещё какое-то время — и "влюблённость" точно пройдёт. Хотя... я грустно вздохнула: мне так и не удалось забыть Вэя...

— Марко! — раздавшийся из-за спины окрик заставил вздоргнуть от неожиданности. Потревоженная Хедвиг тоже выразила недовольство, захлопав крыльями. Но, я обернувшись, расплылась в улыбке:

— Шона…

За прошедшее время мой смуглолицый приятель очень возмужал. Тургэн младше всего на два года, но по сравнению с ним кажется мальчишкой. Кстати, отношения между братьями заметно улучшились, и я гордилась, что сыграла в этом не последнюю роль. Уже сблизившись с принцем, продолжала тесно общаться с Шоной и один раз даже залепила Тургэну, когда тот привычно назвал моего защитника "сыном блудницы". Это было вскоре после того, как меня ужалила змея, и, вероятно, ещё чувствуя вину за произошедшее, Тургэн отнёсся к оплеухе относительно спокойно — просто попытался ответно залепить мне, но, конечно, безуспешно. А потом, помявшись, пообещал, что больше не назовёт Шону обидным прозвищем, и обещание сдержал. Более того, стал всё чаще обращаться к нему "брат". А Шона... был молчалив и сдержан, как обычно, но, думаю, дружеское поведение Тургэна его трогало.

— Вижу, ты уже оделся для праздника? — я посмотрела на его дээл. — Выглядишь нарядно. Но к причёске никогда не привыкну!

Недавно Шона довёл меня до лёгкой оторопи, появившись на общей тренировке, побритым "под кагана" — на абсолютно лысой голове остались только длинные пряди на затылке и над ушами, заплетённые в косички и свёрнутые в кольца. Шона рассмеялся, обнажив свои по-прежнему белоснежные зубы.

— Конечно, не привыкнешь, Марко — мы почти не видимся. Тургэн не отпускает тебя от себя ни на шаг.

— Не преувеличивай! Смотри, Хедвиг тебя узнаёт, значит, всё не так плохо!

"Девочка" действительно тоненько пискнула при виде Шоны, и тот ласково погладил её по спинке.

— Куда направляешься? — спросила я.

— К тебе. Услышал, что Тургэн и Очир развлекают китайскую принцессу, и понадеялся, что, наконец, застану тебя одного.

— И Очир тоже? — расхохоталась я. — Неужели Тургэн всё-таки позвал его на трапезу? — и в ответ на недоумевающий взгляд Шоны пояснила:

— Твой братец пытался залучить меня — не хотел оставаться с принцессой наедине, но я отказался и в шутку предложил пригласить Очира. Не думал, что он на самом деле это сделает!

— Он повторяет за тобой все безумные трюки, так почему удивляешься, что следует и бестолковым советам? — Шоне проделка Тургэна явно не показалась забавной. — Принцесса Янлин станет его женой, и чем раньше он к ней привыкнет, тем лучше.

— Ну, ещё же не стала...

— Но станет, — отрезал он. — Солонго-хатун уже готовит её для будущего замужества.

— Как готовит? Рассказывает, что делать в первую брачную ночь, чтобы Тургэну не пришлось тратить время на объяснения? — и захихикала.

Шона покосился на меня безнадёжным взглядом и покачал головой.

— Ты — и правда чокнутый.

— Пора бы уже привыкнуть! Что до женитьбы Тургэна — пока свадьбы не было, не стоит говорить о ней, как о свершившемся факте.

— Почему? — Шона как будто напрягся. — Он что-то тебе говорил?

— Не он. Но пока это — секрет. Узнаешь завтра вместе со всеми.

— Что узнаю?

Но я загадочно приложила палец к губам и поспешила сменить тему:

— Вообще, я в одиночестве ненадолго — скоро придёт Сайна, а, может, и уже ждёт