Читать книгу - "Русич: Бей первым. Колонист. Генезис - Владимир Геннадьевич Поселягин"

на крымском побережье. А так избавился и с прибытком. Получил оплату не золотом, а советскими рублями. Проверил, не подделка, пятнадцать тысяч за самолет получил. Так-то.

Выйдя на дорогу, я побежал к Севастополю, планируя там приобрести билет на поезд и отбыть числа двадцать второго. Посмотрю, как немцы бомбят порт, и отбуду. До города километров пятнадцать, так что через полчаса буду на месте. Скорость бега я держал километров шестьдесят в час. Пришлось придерживать сумку и вещмешок, иначе от тряски лямки порвались бы, груз для них тяжел. Тут и кольт с боеприпасом, два американских пайка на перекус, бутылка с водой, золото, полученное с продажи товара, пачки наличности. Еще отличный нож, охотничий. Турок подарил, довольный заключенной сделкой. Он был бы не прочь и так все получить, но я при нем поднял руками мотоцикл, и он благоразумно передумал. В принципе, это все, что при мне было. Одежда на мне слегка мятая, но не страшно, я сегодня планировал посетить рынок Севастополя, после того как билет куплю, и переодеться. Нужно приобрести одежду советского пошива, идеально достать пионерский галстук. Обувь оставлю, эти походные полуботинки отличные, я их разносил, крепкие и надежные. Размер мой. Остальное продам. Я потому и от мотоцикла избавился, да от обоих велосипедов, техника не производства Союза, будет привлекать внимание, лучше тут куплю все местное и сольюсь с толпой. От сумки я избавлюсь, а вот вещмешок внимание не привлечет, в Союзе такие шьют.

Наконец вдали показались окраины города. В паре километров от окраин Севастополя я обнаружил на дороге «эмку», где у колеса возился водитель, а рядом курили два командира в форме НКВД, ожидая окончания замены колеса. Судя по направлению машины, они возвращались в город откуда-то. Вот их еще не хватало. Я до сих пор к ним плохо отношусь, дрянь люди, и теперь будет сложно изменить мое мнение о них. Подумав, решил обойти их стороной, тут сложно, с одной стороны склон, с другой обрыв. Ничего, поднялся по склону, и, пока пробирался поверху, водитель завершил ремонт, и они укатили в город. Спускаться я не стал, отсюда был отличный вид на Севастополь и бухту. Зевнув, я устроился под кустом, вещмешок под голову, и, завернувшись в куртку, уснул. До рассвета пара часов, а я рассчитывал перехватить часов пять.

* * *

Меня поднял будильник. Быстро позавтракав и добив остатки воды из бутылки, я спустился на дорогу и неспешно, как бегают мальчишки, побежал к городу. Там сразу к железнодорожной станции, к кассам.

– Здравствуйте, – поздоровался я с кассиршей, после чего сказал: – Мне, пожалуйста, билет на завтра, до Москвы.

– Мы не продаем билеты детям. Инструкция, – строгим голос сказала она.

– Ясно.

Выйдя с вокзала, я осмотрелся и отправился на поиски местных забулдыг. Один такой ищущий, чем бы поправить здоровье, нашелся, договориться удалось без проблем. Он сходил и купил билет, за что получил небольшую сумму, что точно хватит на опохмел.

– А почему плацкарта? Я же купе просил? – спросил я.

– Малой, – усмехнулся тот. – Билеты за две недели раскупаются, скажи спасибо, что хоть это было. Верхняя полка, в двух купе от туалета. Поезд отходит завтра в десять часов дня, пересадка в Ростове, там прямой на Москву будет. Не опоздай.

– Не опоздаю, – убирая билет в карман, ответил я.

На этом мы разошлись. Я направился на рынок решать свои вопросы. Там быстро купил отличные черные брюки своего размера, ремень, серую рубаху, куртку и головной убор. Удалось найти и приобрести новенький красный пионерский галстук. Шелковый. Нательное белье – два комплекта. Я тут же переоделся и продал свою старую одежду. Кстати, по головному убору. Это была тюбетейка, довольно часто встречаемый головной убор среди мальчишек в это время. Галстук я уже повязал, и тот ярким красным пятном привлекал к себе внимание. Наручные часы покупать не стал, уже настроил на московское время свои, а они точные. Только показывать их не стоит, слишком видом своим необычным внимание привлекать будут, поэтому и скрыл их рукавом рубахи. Теперь по поводу припасов. Начал с утвари, нашел и купил котелок, удалось найти новенький армейский плоский, с крышкой для второго. Кружку взял, ложку и перочинный нож. Спичек купил. Из припасов соли с перцем и меду небольшую банку. Стопку свежих лепешек, сала соленого, хороший шмат. Десять луковиц, две головки чеснока. Это все из не скоропортящихся продуктов, остальное завтра приобрету перед отправкой. Пирожки там и все такое.

Тут же я и пообедал, когда закончил с покупками, молока свежего попил с пирожками. После этого на берег, где, сложив вещи на пляже, до вечера отдыхал и купался, загорал. В последние часы до темноты, в семь вечера, устроился чуть в стороне в кустарнике и уснул. Охрана стоит, кто на десять метров подойдет, то сработает, я сузил зону контроля, а то тут много кто шляется. Будильник поставлю на полночь, поднимет меня.

* * *

Так и вышло, проснулся, как только будильник сработал. Позавтракал, искупался и, одевшись, спрятав вещи в кустарнике, побежал к аэродрому, где стоял авиационной полк, вооруженный истребителями. Они прикрывали Севастополь. Когда я проник на территорию и осмотрел технику, то прикинув, решил, что тут или два полка стоят, или местный перевооружается. Тут были И-16 и Миг-3. Я стал разглядывать машины, стараясь не попадаться на глаза часовым, и, обнаружив «ишачок», у которого стояли пушки, проверил боезапас и топливо, все на месте, машина готова к вылету. Рации, жаль, не было, только приемник. Вот и парашюта на месте тоже нет. Осмотрел другие машины и нашел парашют в «Миге», там же на штурвале висел шлемофон с очками. После этого застегнул парашют, шлемофон надел, устроился в кабине «ишачка» и стал ждать, поглядывая на часы. Я помнил историю, немцы устроили налет пятнадцать минут четвертого, и вот в три часа я запустил двигатель, электростартер тут имелся, и, выведя истребитель на полосу, на аэродроме тревога поднялась, пошел на взлет, на бреющем уйдя от очереди зенитки. А быстро спохватились, не ожидал. В общем, отлетев, я стал накручивать круги, набирая высоту, отметив, что на аэродроме подняли звено, а потом еще одно, явно за мной. Да и видели меня, я на фоне луны крутился. На пяти тысячах метров я пошел навстречу немецким «хейнкелям». Советские истребители явно не успевали, на два километра ниже были. Атаковать было любо-дорого, реакция у меня бешеная, глазомер точный, так что на каждую машину я тратил едва ли по десятку снарядов. В первые две минуты сбил пять «хейнкелей». Их летчики меня видели, когда я вблизи оказался, но ничего сделать не могли. Я заходил в атаку