Читать книгу - ""Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова"

ответила Ольга, присаживаясь на постамент рядом с ящиком. — Лично мне говорить с тобой не о чём.

— Ну, как же! — Апостол усмехнулся. — А о ключе? О кристалле вашем расчудесном.

— Эта тема не обсуждается, — Ольга насупилась.

— Неужели? А я думал, что…

— А ты не думай! — Сухов строго взглянул на Апостола. — Сказано тебе, тема не обсуждается.

— Тогда и все прочие разговоры не имеют смысла, — Апостол вздохнул с фальшивым огорчением. — Посидим, помолчим.

— Отставить, — по-прежнему строго сказал Павел. — Обсуждения отменяются, но на вопросы ты ответишь. Давно ты в «петле»?

— Давно, — лидер «СД» опять вздохнул. — Уже со счету сбился, сколько дней. Хотя, чтобы с ума не сойти, календарь мысленно отрываю. Сегодня должно быть… пятое ноября пятьдесят восьмого. Верно? Я здесь с тринадцатого июня… сколько получается дней?

— И каждый день одно и то же?

— В некотором смысле, да.

— Каждый день прилетает инспектор, и ты обещаешь устроить день «Д» в ближайшую неделю… — слегка нараспев заговорил Павел, а Апостол, будто бы в такт словам Сухова принялся кивать. — Потом ты гонишься за мной до блокпоста, уничтожаешь вместе с чистильщиками, возвращаешься в город, переносишь фугас из этого бункера в другой и…

— И всё, — Апостол усмехнулся. — Утром всё сначала. Только одно уточнение: за тобой я гоняюсь лишь третий день, и эти три дня перевернули здешний мир кверху тормашками. Десятки раз мы ловили «залётных», как твоего брата называли мои бойцы. Всё шло почти как ты сказал: или до блокпоста гнали, или «залётного» чуть раньше у нас биомехи перехватывали. Хотя некоторых прямо на стадионе догоняли. Бойцам моим каждый раз всё в новинку было, а мне осточертело, не представляешь как! Но куда деваться? Или мы «залётного» кладём, или он нас всех красным сдаёт, которые на «вертушках» прилетают… ну, ты в курсе. И почему-то твои приятели военные всё время норовят расстрелять на месте! Неприятная процедура. В общем, хочешь не хочешь, а приходилось тянуть эту затёртую лямку. И вдруг появился ты. Я сразу учуял, что ты не простой «залётный», с сюрпризом.

— Поэтому ты и начал обратный отсчёт до дня «Д»? Вроде как загадал: если начались какие-то перемены, то за три дня, возможно, найдётся и решение проблемы, так?

— Вроде того, — Апостол кивнул. — Нет, в первый твой день я ничего такого не планировал. Трое суток до дня «Д» это был мой стандартный ультиматум инспектору. Но вчера я рискнул сократить время ожидания. А сегодня убедился, что верную ставку сделал. Пока не знаю точно, какая у тебя миссия, но одно мне ясно — грядут перемены! И не позже чем через сутки! Ты сам-то в курсе, зачем сюда явился?

— Вопросы задаю я, — Сухов чуть опустил ствол. — А до Барьера вы никого не гнали?

— До Барьера? Ты ещё не догадался, что ли?

— Отвечай на вопрос! — Павел снова приподнял «Шторм», целясь Апостолу в лоб.

— Ой, боюсь, — равнодушно произнес Апостол и отвернулся. — Как я уже сказал, умирать — это противно. Не люблю. Но завтра всё равно ведь воскресну. Так что ты не пыжься, лейтенант. Настоящего допроса не получится.

Сухов вдруг тоже присел, опираясь на «Шторм», как на обычную палку, и сменил тон.

— Как отсюда выбраться, Апостол?

— Без ключа никак, — лидер «СД» взглядом указал на Ольгу. — Слышь, лейтенант, развяжи, а? Клянусь, что буду смирным. Да и куда мне против двух стволов дёргаться? Особенно таких… Насчёт дамочки не знаю, но ты хороший боец. Никогда ещё не видел, чтоб так «маятник качали». Я ведь почти в упор стрелял, десять пуль выпустил, а у тебя ни царапины. Короче, признаю полное поражение. Как это ни противно.

— Ладно, — Сухов подошёл и присел за спиной у Апостола.

— Я не стала бы, — проронила Ольга. — Глаза у него сухие, врёт он. Ничего он не признал.

— Это не страшно, — сказал Сухов, развязывая пленному руки. — Если врёт, получит за враньё, что положено. Разберёмся.

Павел вернулся на прежнюю позицию, в трех шагах перед Апостолом, и вновь присел на корточки. Апостол размял запястья, затем пошарил в нагрудном кармане, достал плоскую керамическую фляжку, отвинтил крышечку, сделал глоток, посидел несколько секунд не дыша, затем шумно выдохнул, скривился и протянул ёмкость Сухову.

— Технарь, — сипло сказал Апостол. — Но жить будешь.

— Спасибо, — Сухов снял с пояса флягу с водой, сделал глоток технического спирта, задержал дыхание, дождался, когда во рту потеплеет, запил глотком воды и только после «занюхал» рукавом.

Апостол одобрительно кивнул и изобразил на лице, что проникся к Сухову окончательно. Павел протянул фляжку Ольге. К удивлению обоих мужчин, она взяла ёмкость и тоже отхлебнула. А после не только отказалась от воды, но даже не поморщилась. Лишь провела пальцем по губам, будто бы утирая давно испарившуюся жидкость. На Сухова поведение Ольги в очередной раз произвело впечатление, а вот в глазах у Апостола не отразилось ничего. Не мог простить ей вчерашнего жестокого удара по мужскому самосознанию? Или она ему просто не нравилась? Непонятно. Ольга вернула фляжку Сухову, а тот отдал её Апостолу, который с едва заметным сожалением взвесил сосуд в руке и спрятал в карман.

— Из этой западни никто не выбирался, — доверительным тоном сообщил Апостол. — Это точно. Кто по залёту сюда попадает, кто по глупости или любопытству, как твой подполковник на блокпосту. Но никто ничего о западне не знает. Получается, никто там, снаружи, о ней не говорит. Правильно?

— Логично, — от принятого на грудь Сухову стало тепло и спокойно, поэтому Апостол уже не вызывал у Павла резко отрицательных эмоций. К тому же Апостол не «повёлся» на Ольгу, а значит, отказался от конкуренции хотя бы в этом плане. С таким соперником можно и поговорить, почему нет? — Не понимаю только, что значит «по залёту». Что ты имеешь в виду?

— Видел воронку? В Чернобыле… настоящем, который в нормальном мире… на этом месте ровная земля и заросли автонов. Густые, колючие… короче, просто так в них не забредёшь, только по большой