Читать книгу - "Лётчик: Дотянуть до горизонта. От Карпат до Амура - Владимир Владиславович Малыгин"

Уже за закрытыми дверями начала ему негромко выговаривать за неподобающее поведение, в ответ что-то забубнил Игорь, голоса быстро отдалились и затихли.

Нужно было всё-таки по приезде не поддаваться на уговоры погостить, а сразу в гостиницу ехать. А теперь и съезжать неудобно.

А я ещё раз прокрутил в голове только что услышанное. Неужели и впрямь кто-то что-то сумел заметить? Это, на самом деле, не есть хорошо. Ладно я, с меня как с гуся вода. А вот репутация девушки может пострадать, если по столице начнут гулять подобные слухи. Хотя это вряд ли. Что там Игорь про кавалеров-то говорил? Отбоя от них не было? Так что за слухи переживать не стоит! Как и за репутацию девушки. И без меня хватает тех, кто должен беспокоиться по такому поводу…

Подошёл к зеркалу, глянул на своё собственное отражение… Да, далеко не красавец… Если на седину ещё можно внимания не обращать, то шрамы, изуродовавшие щёку, так взгляд и притягивают! Чужой жалости мне только не хватало!

Всё, довольно пялиться! Решил же недавно, что хватит! Только небо, только самолёты! И война…

И я отвернулся от зеркала, отошёл и постарался выкинуть из головы все посторонние мысли. Правда, сначала всё-таки разобрался, что же меня так зацепило? Неужели выказанное столь явное пренебрежение? Или это мне только показалось? Да, скорее всего, именно это. Жаль. Жаль, что то, что не успело начаться, вот таким вот образом и закончилось… И сразу стало легче на душе, стоило только определиться и поставить окончательную точку в своих выводах.

Плюхнулся в кресло, подхватил газету. Мысли ещё какое-то время пытались вернуться к недавней теме, но я успешно заставлял их анализировать текст прочитанных заметок и статей, вспоминал сегодняшний полёт. Так и переключился потихоньку. А там стало проще. И спать я уже лёг с мыслями о завтрашнем дне, прочь отбросив всякие романтические бредни. И спал, кстати, как младенец. Слишком много было сегодня переживаний и волнений. В результате наложилось одно на другое, ноль в итоге и получился.

Утром за завтраком с удовольствием увидел слегка помятое лицо Игоря, выслушал от него сбивчивые извинения за вчерашнее поведение:

– Вчера я, кажется, позволил себе лишнее?

– Позволил, – нахмурился в ответ. А что? Почему бы и не отыграться за свои вчерашние переживания? И ведь на самом деле позволил, разбередил душу, полез туда, куда его не просили. Да ещё и на нетрезвую голову…

– Прошу прощения, – чопорно поклонился Сикорский. И это над столом-то! Над тарелками! Как ещё носом не макнул…

Вот зуб даю, это супруга его постаралась. Но простил, куда же я денусь. Надеюсь, в будущем подобного себе не позволит. И тут же хмыкнул про себя: «Если, конечно, “Шустовский” на шампанское не ляжет…» А вот дальше застольная беседа пошла по интересному руслу…

– Кстати, его высокопревосходительство… – Игорь прервался, заметив мою лёгкую гримасу. (Не дай бог, снова намеревается мне настроение испортить продолжением вчерашнего разговора!) И поспешил уточнить: – Владимир Фёдорович Джунковский… Настойчиво рекомендовал нам обоим прибыть сегодня во второй половине дня к нему на приём…

И многозначительно так покосился на навострившую ушки супругу. Понятно, больше ничего интересного на эту тему я от него не услышу. Но и супруга у Игоря далеко не простая барышня с улицы. Прекрасно поняла многозначительные гримасы мужа, покосилась на него, чуть улыбнулась и завершила завтрак. Сослалась на неотложные дела по хозяйству и откланялась, отослав предварительно прочь прислугу, – оставила нас одних в столовой.

На удивление, Сикорский не стал сразу рассказывать подробности приглашения, а тихонечко встал, прошёл на цыпочках к двери, приник ухом к филёнке, прислушался. Похоже, ничего крамольного за дверью не услышал, так как уже более свободно и расслабленно вернулся назад, за стол. Но всё равно стул переставил чуть ближе к моему. Интере-есно… Ну и мне пришлось проделать то же самое. Со стулом, имею в виду.

– Так уж вышло, что я немного в курсе предполагаемой темы нашей сегодняшней встречи, – не удовлетворился Игорь тишиной за дверью и наклонился ко мне как можно ближе. Почти губами к уху прижался. Тайна мадридского двора, право слово! – Ты же знаешь, что в Германии революция? Не до войны им сейчас. Кайзер за власть цепляется всеми силами, хочет мира, а наши союзники упёрлись. Николай собирается разорвать союзнические обязательства и отказаться от участия в войне. Ох, что будет…

– А ничего не будет. Утрутся. Если Николай действительно примет такое решение, то всё правильно сделает. У России только два верных союзника, это собственная армия и флот! Помнишь любимую фразу его отца – Александра Третьего? То-то… Только я пока не понимаю, я-то тут при чём? – Нет, кое-какие догадки в свете услышанного у меня сразу же нарисовались. Но это всего лишь догадки, их к делу не пришьёшь…

– И ты при чём, и я с тобой вместе. Предполагаю, что Владимир Фёдорович на сегодняшней встрече выдаст предварительные инструкции на предстоящую нам с тобой задачу.

Тут я не выдержал и отстранился. Ну, во-первых, щекотно уху. А, во-вторых, всё-таки подобные вещи дома лучше не обсуждать. Если, конечно, всё так и обстоит на самом-то деле. Так и ответил. И тоже тихонько, не повышая голоса.

– Ладно, согласен. Это у меня ещё вчерашнее шампанское в голове играет, – не стал настаивать на продолжении разговора Игорь. – Так что? Собираемся?

– Куда в такую рань? Ты на часы-то глянь.

– Как куда? На аэродром. А я разве не предупреждал? Будешь осваивать до обеда новый самолёт. Возможно, и небольшой кружок вокруг аэродрома сделать успеешь. Так что собирайся, собирайся, если на самом деле полетать хочешь.

– Погоди, – и пояснил в ответ на встречный удивлённый взгляд. – Да я-то уже собран… Объясни, с чего вдруг такая спешка?

– Вот после обеда его высокопревосходительство всё тебе и объяснит. Ты что? Так и будешь сидеть? Что ж, можем никуда и не ездить, мне сейчас и дома хорошо будет.

Шампанское у него играет, как же. Придумал себе оправдание… Похоже, там ведро этого шампанского было выпито или далеко не одно только шампанское…

– Поехали! – поднялся с кресла и шагнул к дверям. Оглянулся. – Я готов, теперь приходится тебя ждать!

Выехали мы минут через пятнадцать. Пока мой товарищ переоделся, пока с женой попрощался, пока машину прогрели, время и пролетело. А на аэродроме я его, это время-то, совсем не замечал. Сикорский караул от самолёта не отпустил, наоборот, приказал служивым бдить в оба и никого даже близко к стоянке не