Читать книгу - "Полукровка 1-5 - Василий Горъ"

…Тридцать восемь часов пребывания в гипере прошли в тренировках и разговорах. Тренировался в рубке в режиме, некогда освоенном в «Мороке», а болтал с Власьевым и Верещагиной. В те моменты, когда они не убивались и не спали без задних ног. Да, при любой возможности анализировал поведение друга, но возникновения той самой симпатии, на которую надеялась Рита, так и не заметил. Зато порадовался его порядочности, такту и самоотверженности — прекрасно понимая, насколько сильно ее, потомственную дворянку, должны напрягать ночевки в одном помещении с представителем противоположного пола, он вел себя воистину безупречно. Что, естественно, радовало и меня, и ее.

В общем, если бы не периодически появлявшееся желание забить на все и сходить в гости к Каре, то пребывание на струне получилось бы достаточно комфортным. А так я потихоньку наливался раздражением. Поэтому вспышке по периметру таймера обратного отсчета обрадовался, как приговоренный к казни — внезапному помилованию, и дал команду искину превратить обычный сон смертельно задолбавшихся «пассажиров» в медикаментозный. В общем, в отсканированную вдоль и поперек мертвую систему вывалился, бодрствуя в гордом одиночестве, «постучался» к Марине, обменялся с ней приветствиями и спросил, как там ее «балласт».

— Ты сказал, что они должны спать, и они спят… — отозвалась она.

Я назвал ее умничкой и честно признался, что соскучился. Тут девчонку и прорвало:

— Сама такая: все двое суток лезла на стены и считала минуты до схода со струны!

— Приятно слышать! — улыбнулся и поинтересовался, готова ли она к внутрисистемному прыжку.

— Естественно! Мне отстыковываться?

Я отрицательно помотал головой, передал управление Фениксу и валял дурака до выхода в обычное пространство. Потом снова связался с Мариной и вздохнул:

— Зайдем в Индигирку через три-пятьдесят шесть. Вероятность того, что нас там будут ждать, исчезающе мала, но она есть. Поэтому не расслабляйся, ладно?

— Не буду.

— И подними «пассажиров» за полчаса до схода со струны: определить, по какой именно мы возвращаемся в обычное пространство, нереально, так что пусть считают, что мы как-то прошли по «единичке».

Улыбнулась. Кивнула. Заявила, что соскучилась по «технике двойного назначения», и снова посерьезнела:

— Охотиться будем?

— Да.

— Отлично…

Поделившись предвкушением, замолчала. И за время разгона не сказала ни слова. Так что гиперпривод я врубил, сосредоточившись на предстоящем процессе, включился в работу с первого же намека на скорое появление «пика» и не почувствовал «сопротивления» — «тянуть» связку из двух «Химер» было раза в два легче, чем «Наваждения». В общем, в процессе почти не устал. Но, оказавшись в гипере, все равно спустился в свою каюту и отключился на три с половиной часа. Потом ополоснулся, надел скаф, вернулся в рубку, поднял «балласт», весело сообщил, что до выхода в Индигирку осталось четверть часа, и полюбовался бардаком, начавшимся после этих слов. Впрочем, на переборки народ «позалазил» достаточно быстро, поэтому я перевел корабль в красный режим, подождал еще немного и вывалился в обычное пространство. А там «скинул» МДРК Марины, приказал Фениксу «подмять» Ариадну и рассчитать характеристики прыжка к ЗП-десять, «постучался» к напарнице и напомнил боевую задачу…

…На внутрисистемную струну наши корабли увели ИИ. И они же вернули нас обратно. Так что картинки, появившиеся на сканерах, мы с Карой увидели одновременно. Но первым восхитился я. Одновременно с появлением связи. И поделился с подругой своими соображениями:

— А тюрки-то охамели: приперлись в область схода со струны, ведущей из Белогорья, аж двумя рейдовыми группами, вывесили минные поля и облако масс-детекторов, кого-то развалили и не свалили!

— Если такой бардак царит и в других зонах перехода, то Шестопалову не позавидуешь… — отозвалась она: — Жечь этих уродов надо, а малых кораблей с аппаратурой класса нашей не так уж и много…

— Угу. Поэтому «играем в боулинг» во-о-от по такой схеме… — заявил я, украсил вражеские метки цифрами двух разных цветов и добавил: — Запускаем по одной мине по векторам, которые предложит мой искин. И так, чтобы все четыре прилетели к своим целям одновременно…

По большому счету, «играли» не мы, а Феникс с Ариадной, так как их расчетные возможности крыли наши, как бык — овцу. Зато мы испытывали эмоции. То есть, сначала предвкушали, потом ждали, затаив дыхание, после того как два легких крейсера, два постановщика помех, два корабля-матки и два минных заградителя почти одновременно взорвались, радостно взвыли, а когда на картинке со сканеров возникли четыре метки спасательных капсул, «фонящих» сигналами «SOS», одновременно выдохнули одну и ту же фразу:

— Это пилоты дежурных истребителей, в момент взрыва находившиеся в своих машинах…

Потом я замолчал, а Марина поделилась своими сомнениями:

— Тор, пилоты МРК или МДРК не дураки. Поэтому не «вскроются» ни за что на свете. Зато если мы попробуем кого-нибудь подобрать — ударят, сто процентов попадут и сожгут…

— Все верно… — согласился я и ухмыльнулся: — Но есть ма-а-аленький нюансик: сейчас ты прыгнешь к ЗП-одиннадцать. И уничтожишь еще восемь кораблей. Само собой, если они там будут.

Тут девчонка заулыбалась и радостно затараторила:

— Пилоты МДРК, которые выживут там, свяжутся с пилотами этих, эти решат, что корабли-убийцы давным-давно свалили, постараются подобрать своих максимально быстро и погибнут смертью храбрых, но тупых, ибо ты никуда не улетишь! Хе-хе, я вся в предвкушении…

Как ни странно, эти мои планы выдержали столкновение с реальностью: в ЗП-одиннадцать обнаружилось две рейдовые группы тюркских ВКС, искин Завадской смог запулить «Гиацинты» с грузовыми антигравами во все восемь кораблей-«невидимок», которые «видели» ее сканеры, а МДРК, за которыми охотился я, «вскрылись» практически одновременно. Так как к этому времени спаскапсулы, улетавшие от места взрыва корабля-матки по разным векторам, унесло очень далеко друг от друга, и тюрки не захотели рисковать. Вот я по этим суденышкам и отстрелялся. Потерянными «Тайфунами». Сразу после того, как украсил каждое полевыми метками и, тем самым,