Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

— А я хватилась Вадима, побежала его искать, — вступила в рассказ Тонька, — а он навстречу идет, и уже пьяный, рожа красная, походка шатающаяся. И говорит мне, мол, посмотри, что за грибы, можно ли их Устиновскому на стол подавать. А то, мол, мне они не нравятся.

— О, так у тебя хоть ума хватило проверить, — с одобрением взглянула я на Вадима, и тот мгновенно приосанился, — я уж думала, ты их сразу на стол Федору Дмитриевичу отнес.

— Ты забыла, что мы с Вадимом из деревни? — решила напомнить мне Тонька. — Мы такие вещи привыкли проверять с детства. Все, как бабушки с дедушками учили. Это вы, городские, ничего о грибах не знаете. А мы знаем, что есть грибы-близнецы.

— Как это близнецы? — изумилась я.

— Да так, что гриб может выглядеть на первый взгляд, как белый, но быть при этом ядовитым, — объяснила Тонька, — а у лисичек знаешь, сколько двойников?

— И с ягодами так же, — поддакнул Вадим, — тоже надо знать, какие можно есть, а какие нельзя. А нас с детства отличать учили. И мы, деревенские, нигде не пропадем.

— Ну знаете, я хоть и не деревенская, но тоже все подряд есть не стану. И что же, проверили вы грибы? — с замиранием сердца спросила я.

— Ну, Вадиму они сразу не понравились, — ответила Тонька, — я посмотрела и тоже поняла — отрава. Потом решили на собаке проверить. Подозвали собаку и предложили ей. Так она заскулила и назад попятилась, представляете?

Мы с Димой переглянулись. У него взгляд был, как будто рядом гром грянул. Думаю, мой вид не сильно отличался.

— Подождите, — пробормотала я, — а животные вообще едят грибы? Может, собака отпрянула…

— Еще как едят! — уверенно сказала Тонька. — В нормальных грибах же много полезного. Бывают такие грибы, которые единственное средство для животных от паразитов избавиться. Но тут не тот случай. Выглядят, как белые, но при этом настоящие мухоморы.

— Так мухоморы же сразу видно, — вспомнила я картинки из журнала «Здоровье», — те красные в крапинку.

— Нет, они разные бывают, — возразила Тонька, — не только красные, белого цвета тоже встречаются. Ну, а эти, которые для Федор Дмитриевича передали, знаете, я думаю, они очень медленного действия.

— То есть, ты хочешь сказать, он бы не сразу умер? — я невольно вздрогнула.

— Да, сначала бы все выглядело, как обычная простуда. Ну, а потом…

Она сжала губы, не в силах озвучить самое страшное.

— Так, Вадим, — Дима встал со своего места, — ты сможешь узнать этого мужика? Помнишь, как он выглядел? Я сейчас вызову Виктора, и мы прокатимся в Конский кут…

— Что? — Тонька тоже поднялась со своего места. — Ты соображаешь, что говоришь? Ты хочешь подставить Вадима под удар? Сама подумай, не могли же простые люди покушаться на такую фигуру, как Устиновский! Я думаю, это могли сделать только очень опасные люди! А теперь они поймут, что Вадим не передал отраву, и станут его преследовать! Мстить!

— Я покойник! — простонал Вадим не самым трезвым образом и закрыл лицо руками. — Меня же теперь уберут!

— Успокоились все! — я тоже подскочила. — О случившемся надо обязательно доложить Федору Дмитриевичу! Но, прежде всего, мы должны собрать как можно больше информации. А иначе, о чем мы будем говорить? Где, кстати, эти грибы?

— Я их спрятала в холодильнике в нашей комнате, — проговорила Тонька растерянно, — выбрасывать пока не стала.

— Правильно, — кивнула я, — отдадим их на экспертизу. И в Конский кут, я думаю, надо съездить. Пусть там соберут всех работников в одном месте, а Вадим пусть останется в машине и оттуда их разглядывает. Так мы хотя бы узнаем, точно ли этот Сергей оттуда.

— А если он точно оттуда? — встрепенулся Вадим. — А если он скажет, что ничего не знал? А просто перепутал ядовитые грибы с нормальными? Как доказать, что это сделано со злым умыслом?

— Да нам не надо ничего доказывать, — заверила я, оглядывая своих собеседников, — наше дело собрать информацию и предоставить ее Устиновскому. А он пусть думает, что с этим всем делать!

У меня перед глазами вдруг отчетливо встала сцена в гримерке филармонии. И те фразы на английском, которые в приказном тоне кидал иностранец подлецу Зверяко.

И что-то мне подсказывает, что среди приказов был и такой — попытаться уничтожить главу нашей Советской армии.

— Нет-нет, — вдруг испуганно заговорила Тонька, — я думаю, Вадиму надо бежать. Да, бежать и скрыться где-нибудь. Вы представляете, ведь эти страшные люди поймут, что мой муж не выполнил их просьбу и…

— Не будут они заморачиваться на твоем Вадиме, — уверенно сказала я, — им не он нужен. Скорее всего, они много таких попыток предпримут.

— Да, тебе легко говорить! — отчаянно заныла Тонька. — Не твоему мужу грозит опасность!

И вдруг Вадим тоже встал, как до этого мы все.

— Я поеду, — решительно заявил он, — я не трус. Что я, каких-то предателей боюсь? В конце концов, я тоже служил в армии, и тоже за Советский Союз умру.

Мужчины уехали, а мы с Тонькой судорожно вздыхали и обменивались беспокойными взглядами.

Вбежала Ритка и положила на стол небольшую брошюрку.

— Представляешь, уже прочитала, а больше нету книжек.

— О, — я прочла название на обложке, — «Леди Макбет Мценского уезда». Ты что-нибудь поняла?

— В этой повести не очень, — призналась девчонка, — а вторая мне очень понравилась. Там про девушку, которая была крепостной, и…

Открылась дверь, и вошел Рекасов.

— Где Дима? — спросил он без долгих предисловий. — Нас Федор Дмитриевич ждет.

— А Дима уехал в Конский кут, — сообщила я, — по важному делу. Да ты присядь, подожди.

— Может, чаю хотите? — предложила Ритка. — Я сейчас сделаю.

— Конечно, сделай, — благосклонно разрешила я, — мы с гостями с удовольствием попьем. А завтра поедем в Брест и купим тебе новую книжку.

— Да какие книжки? — Тонька тоже направилась в соседнее помещение, помочь с приготовлением чая, — тут столько всего интересного. Гулять надо, разглядывать все. Когда еще в Белоруссии окажешься?

Они продолжали разговаривать в кухонной зоне,