Читать книгу - "Посол - Владимир Кощеев"

может быть, просто узкопрофильным. В любом случае он не заметил, не понял, когда моя техника его достала.

Справа от его тачки возник ледяной столб, и «Нижегородец» дернулся влево. И тут же слева от удирающего автомобиля возник еще один столб.

Бу, сука.

«Нижегородец» заметался по дорожному полотну, стараясь максимально сбросить скорость, чтобы вернуть управляемость машины. А я продолжал шугать его ледяными сталактитами.

Но этот придурок не придумал ничего лучше, чем отмахаться от меня. В водительское окно снова высунулась рука, чтобы попытаться чем-то кинуть… И тут в «Нижегородца» со всей дури влетела фура из перпендикулярного потока.

Да вашу мать!

Я попытался, как мог, увеличить шансы водителя «Нижегородца» на выживание – воздушным потоком выбил его из-под фуры, которая продолжала тащить протараненный автомобиль и так и норовила размазать легковушку по собственному днищу.

Покореженная машинка закрутилась по перекрестку и впечаталась в железное ограждение. Фуру опрокинуло на бок и протащило дальше, выбивая искры из-под кабины и рассыпая коробки с каким-то товаром.

Мой «Руссо-Балт» с визгом тормознул у ограждения, и я, не глуша мотор, вышел на дорогу. Из покореженного «Нижегородца» никто не пытался выбраться, что не слишком-то меня радовало.

Я подошел к водительской двери и, к своему глубочайшему удивлению, увидел за рулем Темникова! Ах ты ж мелкая паскуда! Я не открыл дверь – вырвал ее и за шкирку, как обгадившегося котенка, вытащил неудачливого левого.

– Догнал-таки… – усмехнулся Темников, когда я привалил его к бочине автомобиля.

Вид у него был не ахти. Осколки стекла торчали из открытых участков кожи, один глаз стремительно заплывал, правая рука безжизненно болталась. И ему еще очень сильно повезло.

– Назови мне хоть одну причину не сделать тебе максимально больно, – процедил я, придерживая пацана за лацканы подранного пиджака.

– Ну, я же не взорвал офис с тобой… – еле ворочая языком, ответил Темников.

– Да, ты хотел взорвать офис вместе с моей девушкой, – произнес я, чувствуя, как из глотки рвутся рычащие нотки.

– Нет… – вяло возразил он, с трудом удерживая равновесие. – Убивать – нет… Только припугнуть… Он, конечно, хотел, но я не решился. Поставил таймер детонатора на шесть утра. А тут ты приперся…

– Кто?

Темников не ответил. Чувствовалось, что парень теряет связь с реальностью.

– Кто заказал взрыв?! – рявкнул я, встряхнув закатывающего глаза Темникова за грудки.

– Заказал?.. – повторил парень и вяло рассмеялся. – Пха! Заказал! Нет, за такой заказ я бы не взялся… У него есть на меня кое-что… Пришлось отрабатывать тишину…

Его голос становился все слабее, взгляд утрачивал осмысленность. Еще минута, и Темников лишится сознания.

– Кто, кто этот человек? Имя, мать твою! – теряя всякое терпение, прикрикнул я.

Темников посмотрел на меня затуманенными то ли болью, то ли страхом глазами, но все же произнес:

– Николай… Николай Распутин…

Я замер на мгновение, борясь с чудовищным желанием свернуть пацану шею. И, честно сказать, удержался с превеликим трудом.

Бить мошкару нет смысла, если нужно выносить мусор. К тому же шансов на выживание у этой падали не так чтобы и много. Авария все же была взаправдашняя, это не бампер на парковке притерли.

– Выживешь – можешь вызвать меня на дуэль, – произнес я, выпуская ткань темниковского пиджака из рук.

Парень тут же осел на асфальт, потеряв опору.

Из перевернувшейся фуры выбрался водитель. Даже на первый взгляд было ясно – отделался испугом. Подходить к нему я не стал, да он и сам, кажется, смотрел с ужасом на то, что случилось при его непосредственном участии. «Нижегородец» покорежило так, что выжить внутри можно было лишь чудом.

Я развернулся, не утруждая себя вызовом скорой, сел в свою машину и ударил по газам. Пора навестить родовое гнездышко Распутиных и спросить с папаши, какого хрена у его сынули полностью отсутствует инстинкт самосохранения.

Князья Распутины в этом мире жили в шикарном особняке на западе столицы. Поближе к просветленной Европе, видимо. Трехэтажный дом, кованый забор, сад, который, наверное, по весне вполне даже ничего, пафосная охрана, расслабившаяся ночью просто до неприличия.

Я аккуратно припарковал машину перед центральными воротами, вышел, пиликнул сигналкой, помахал в камеру наружного наблюдения и небрежным жестом вынес ворота на территорию Распутиных.

Глава 10

Москва, Кремль

Виктор Сергеевич Нарышкин

Боярин был не очень трезв, имел вид отдохнувший и заниматься проблемами имперского масштаба хотел бы завтра, желательно после обеда. Но когда его величество срочно приглашает тебя пред свои светлые очи, то увильнуть от такой аудиенции шансов нет.

– Вот скажи мне, Витя, какого хрена в моей столице происходят взрывы? – вкрадчивым тоном поинтересовался Дмитрий Романов, перебирая бумажки на своем столе.

– Государь, смилуйся, – застонал Нарышкин. – Ребята работают, сейчас всех найдут и всех повяжут.

– Кого вязать-то ты собрался, рожа пьяная? – усмехнулся в ответ Дмитрий Алексеевич, складывая руки на столешнице. – Дружка своего, Мирного?

У боярина, кажется, начался нервный тик. А еще он стал стремительно трезветь, осознавая масштабы бедствия.

– Лютый уже отчитался мне, что там и как, – сообщил его величество. – Пацан сейчас мчит на всех парах к своему обидчику. Знаешь, кто обидел нашу гордую птичку?

– Распутин, – мрачно отозвался Нарышкин, прекрасно догадавшись, о ком идет речь.

– Ве-е-ерно, – протянул государь. – Кто еще у нас может гадить с таким завидным постоянством? Только Гришка со своим выродком.

– Ну, сейчас Мирного тормознет ближайший временный пост… – отозвался Нарышкин, потянувшись к карману, в котором лежал телефон.

– Зачем? – делано округлил глаза Дмитрий Романов. – Ни в коем случае! Пусть едет! Пусть едет и пусть доедет, – хищно оскалился император. – А что там, на частной княжеской территории, происходит, так это не наше с тобой дело. Может быть, они в преферанс играют. Зачем мы им мешать будем?

– Нехорошо это, государь, – покачал головой Нарышкин, убрав аппарат обратно в карман.

– Отчего ж нехорошо? – усмехнулся Дмитрий Алексеевич, откинувшись на спинку своего кресла. – Все хорошо. Все просто прекрасно. Смотри, ни ты, ни я не можем князей Распутиных прижать. Не по-людски же это как-то – на ровном месте такой древний уважаемый род пинать. А тут вдруг… – Император пощелкал пальцами, подбирая слова. – Несистемный элемент возник!

– Кому-нибудь это явно не понравится, – заметил боярин.

– Вот кому не понравится, тех ты возьмешь на карандаш, – усмехнулся Дмитрий Романов. – Но что-то мне кажется, князья Распутины допекли и левых, и правых, и даже центристов. Уникальный случай, Витя, когда одна падаль одинаково сильно достала даже непримиримых идеологических противников!

– Он же его убьет, – забеспокоился Нарышкин.

– Кто кого? – не понял император.

– Распутин Мирного!

– Пф, – отмахнулся Дмитрий Романов. – Там столько дури в твоем Мирном, ему что слону дробина все эти вялые распутинские потуги. Вот наоборот – это очень даже может быть. Но тут сами виноваты – что ж это они решили сиротинушку обидеть.

– Поди обидь ту сиротинушку, – буркнул боярин, предчувствуя новую головную боль.

Москва, территория особняка рода Распутиных

Александр Мирный

Ажурные