Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Надо давить их без остановки, — произнёс я, а потом потянул за рукав матерящуюся на чём свет стоит Герду; та повернулась, явив злобную физиономию. Не хотелось бы попасться женщине под горячую руку: зашибёт и не заметит, а потом скажет, что сам под копыта бешеного быка кинулся.

— Что⁈ — рявкнула она, стиснула зубы и добавила: — Господин.

— Прикажи бабёнке потолковее, чтоб набила порохом и пулями ещё пять мешочков.

Сержантка несколько мгновений глядела на меня, соображая, чего от неё хочу, а потом снова разразилась бранью и схватила за шиворот одну из пикенёрш.

— Слышала, что господин Юрий сказал⁈

— Не-а. А что? — опешила та.

— Да чтоб твоего папку при рождении пуповиной удавили, чтобы не засеменил такую дуру, как ты! — завопила сержантка. Так и сказала: «засеменил». Что-то я не помню подобного оборота из курса лекций, но время для филологии совсем неподходящее, но если не забуду, обязательно разберусь. Далее последовало перечисление действий, перемешанных с названиями половых органов.

Я не стал слушать дальше, а подошёл к Ребекке. Та держала в левой руке крупнокалиберный пистолет, а в правой — люцернский молот, похожий на клевец с длинной рукоятью. По идее, его нужно держать двумя руками, но рыцарша наверняка справится и одной, хотя сила удара будет меньше.

— Что-то придумал, господин Юрий, — произнесла она, глядя на четвёрку дементэ, предводительница которой начала водить перед собой рукой с зажатым в ней артефактом, который походил то ли на нож, то ли на половинку ножниц. Наверное, на второе, так как виднелось характерное кольцо на рукояти.

Магодетектор засвистел, озвучивая медленно нарастающий сигнал, но писк усиливался не мгновенно. И ведь я уже слышал такой писк. Именно им ударили по потеряйцам в первый раз, а до этого превратили валун в огненные брызги.

— Требует накачки, — произнёс я, поставив в памяти зарубку. Как говорится, трёх убили, пять держим в уме, как при сложении-вычитании. Но отвлекаться некогда. — Да, госпожа, придумал. Нужно сосредоточить все усилия на дементэ. Если их защитные чары иссякнут и не успеют быстро восстановиться, можно будет добежать до них раньше, чем применят другие чары — убийственные. Кто-то не переживёт штурма, но кто-то всё равно насадит падаль на сталь. А лучше назначить шестерых, чтоб держали готовое к бою оружие и стреляли только по особой команде.

Ребекка задумалась, закрыв глаза и прикоснувшись пальцами к переносице.

— Да, вы правы: хуже точно не будет, а если богини к нам будут благосклонны, выйдем победительницами.

Рыцарша открыла рот, чтоб окликнуть Герду, но в этот момент над полем боя раздались совсем уж нестерпимые шум и крики. Словно несколько сотен младенцев разом заорали от испуга.

Я вытянул шею и вгляделся. Толпа сушёно-вяленой мелочи быстро развернулась и, давя упавших, кинулась к спасительному лесу. Впрочем, те, по кому потоптались, благополучно вставали и догоняли остальных удирающих. Нежить, однако.

Потом последовал удар неведомого колдовства, отозвавшийся звоном в моих ушах и настигший совсем уж немногих. Около пятёрки потеряйцев вспыхнули, как облитые бензином мумии, и упали в траву. Зато пострадали крайние деревья. Часть стволов почернела, кора на них потрескалась, а листья с нижних веток скукожились обугленными лохмотьями, а то и вовсе осыпались пеплом. Особенно не повезло одной из берёз, принявшей основной удар: ствол лопнул, как от удара молнии, и с треском ломаемых ветвей упал набок. Сердцевина в месте поражения горела углями. Сильное оружие!

Мы с Ребеккой переглянулись, а затем посмотрели на Клэр, которая прижимала к себе морду испуганного Малыша.

— Надо спешить, — произнёс я.

Рыцарша кивнула, позвала свою сержантку и начала объяснять задумку. Отряд стрельцов особого назначения, состоявший поровну из мушкетёрок и арбалетчиц, общим числом шесть душ, возглавила дочка Урсулы, а остальные открыли огонь из всех стволов по готовности. Форталезу снова заволокло сизым пороховым дымом. Вонь горелой селитры пропитала всё.

На счастье, потеряйцы, жадные до чужого добра, особенно до золота, даже не заметили павших из своего числа и снова начали выбегать из дымящихся зарослей и закидывать четвёрку дементэ хламом, дротиками и смастерёнными из обычного тростника стрелами.

Я же протёр лицо, соображая, что делать дальше. Судя по показаниям датчиков, сил солдаток не хватит, чтобы проломить брешь в волшебном щите. А это значит, необходимы дополнительные резервы, надо всеми правдами и неправдами искать очень нужные сейчас рояли в кустах. И первым кандидатом на роль такой рояльщицы-пианистки был не кто иной, как Акварель.

Она обнаружилась стоящей по пояс в запруде, ласково обнимая своих мужей — нет, не всех разом, а по очереди, но те подходили к ней и тянули руки к своей жене и госпоже. Странная нечеловеческая любовь! Неужели они действительно служат ей по доброй воле? Не могу даже представить нечеловеческое мышление!

Но времени на сентиментальную мистику не было, посему я с шумными всплесками вбежал в воду и приблизился к речной деве. Акварель хмуро поглядела на меня и выпрямилась, принимая горделивую позу. Её мужья недовольно и даже ревниво уставились на меня.

— Госпожа, помогите! — прокричал я. — Без вас мы все умрём, и проклятие не будет снято окончательно. Рано или поздно оно проявит себя, и твои любимые погибнут.

Дева оглядела полупрозрачных существ с покрытыми мелкими водорослями человеческими скелетами внутри водянистой плоти, а ещё с чёрными пиявками вместо членов. До сих пор стараюсь не глядеть на эту гадость, но судить богиню не могу: о вкусах не спорят, тем более, она здесь в своём праве.

— Что ты хочешь? — пафосно произнесла она в ответ.

— Ты же могущественная богиня. Что тебе стоит победить тех неприятельниц?

— Ты не знаешь, о чём просишь. У них ключ Мирассы, перекраивающий небольшой клочок мирозданья, и тот, что рядом с владеющими ключом, в угоду им. А ключ Кая разит изначальной силой и яростью всех, на кого покажут, даже младших божеств. Сейчас не совладаю с ними, ибо оставила прежнюю свою обитель и ещё не успела обустроить на новом месте.

Я поглядел на Акварель, начиная закипать, как она сама до этого, разве что пар из ушей не шёл, но кипятком мочиться под себя точно получится.

— Просто нападите на них! — прокричал я, показав пальцем в сторону берега. — Сидеть сложа руки — тоже не выход. Вы — как лягушка, попавшая в кувшин с маслом.

— Это притча? — переспросила дева.

— Да! — не выдержал я. — Только не