Читать книгу - "Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова"

— Господин, у вас получилось?

Вместо ответа я вытянул руку и в ней тут же сформировался земляной меч — одно из первых заклинаний, что я освоил в этом мире.

— Запомнили?

Николай и Нестор кивнули и сосредоточились. Получилось у них далеко не сразу. Несколько раз уже почти сформировавшееся оружие рассыпалось прямо в руках у отца и сына, однако они пробовали снова и снова и были вознаграждены. Несколько секунд Приближенные полюбовались земляными клинками в своих руках, а затем мечи вспыхнули ярким пламенем. Даже Николай не сдержал радостного возгласа, а Нестор так и вовсе, позабыв о своем солидном статусе, подбросил клинок в воздух. Тот сделал три оборота, превратившись в огненный круг. Главай тайной канцелярии ловко поймал клинок за рукоять и с силой метнул в противоположную стену. Но не воткнулся — на его пути вырос зеленоватый щит, а Нестор несколько стушевался под не самым ласковым взглядом Богомола.

— Сделаешь что-нибудь подобное с Прометеем — пожалую тебе Кносс в вечное владение. Анатол, Богомол — научите их всему, чему сможете. У вас очень мало времени.

Оставив магов упражняться в волшбе, я вышел из храма, размышляя о словах Камнепада. Судя по всему, говоря о тонком ручейке силы, потекшем на иной план, тот имел ввиду недавно выращенный алтарь в храме. По словам Анатола, жители города начали потихоньку приходить к кресту, чтобы помолиться. И вот ведь странная штука — у многих действительно после этого случались положительные сдвиги в жизни. Больным становилось легче, невезучие находили работу, у пьяниц снижалась тяга к бухлу… Уж не это ли имел ввиду гаргантюа, когда сказал, что готов делиться? Если это действительно так — народная молва очень быстро разнесет вести по городу, а затем и за его пределы. Впору задуматься об обустройстве новых храмов.

Но это — потом. Сейчас у меня есть куда более насущные дела.

— Что думаешь, Димитр?

Я понимаю не больше твоего, Милан. Но думаю, что ты мыслишь в верном направлении. Вспомни, что сказал Парис. Крест способен аккумулировать силу и делиться ей. Подозреваю, наш новый знакомый сам до конца не понимал, как это должно работать. А ты, благодаря гаргантюа, теперь знаешь.

За этими мыслями и разговорами с Димитром я оказался возле дворца. Стоящие на страже гвардейцы бухнули себя кулаками в грудь и я поздоровался в ответ, припомнив имена обоих. Рожи стражников просияли. Это ведь такая мелочь для меня — запомнить имя. А для простых солдат — чуть ли не наивысшая честь. Потом будут в караулке хвастаться, что с Правителем на короткой ноге.

Поднявшись внутрь, я проигнорировал центральную лестницу и спустился в подвал. Здесь я оборудовал себе что-то вроде полигона-лаборатории-артефактории, где мог свободно практиковаться в магии. Жаль только, что получалось это нечасто. Подхватив со стола продолговатый узкий сверток и и глухо звякнувший мешочек, я вышел обратно и отправился на задний двор.

Как и ожидалось, Илона была здесь. После разгрома Фемискиры амазонка почти постоянно, с каким-то остервенением тренировалась, явно представляя, как всаживает Прометею стрелу в глаз. На удивление, Менис часто составлял ей компанию, ничуть не страшась выступать в качестве мишени, положив яблоко себе на ладонь или даже на голову.

Вот и в этот раз я застал парочку за весьма любопытным занятием. Менис, с яблоком на голове, жонглировал еще тремя. Ярко-красные плоды стремительно взмывали вверх, пока стоящая метрах в тридцати амазонка, прищурившись, с умопомрачительной скоростью не выпустила четыре стрелы, ловко выдергивая их из земли и ускоряясь с помощью татуировок. Ни одна не прошла мимо цели и четыре пронзенных яблока отлетели назад.

— Здорово, паря! Видаал, что наша гром-баба творит? Я уже даже попривыкнуть успеел. Раньше портки приходилось меняять, а теперь нормалееек. Даже неее вздрагиваю почти.

— Понятное дело. Судя по запаху перегара, ты успел всосать чуть ли не бочонок винища.

— А вот и неет. Всеего то половину. Илона говорит, что после бочонка у меня ручонки дрожат. Боится отстрелить пару пальцев.

Я повернулся к амазонке:

— Как ты себя чувствуешь?

— Как будто кто-то злой вырвать мне сердце. А в остальном в порядке. Спасибо, что беспокоиться обо мне. Теперь ты не избавиться от меня ни за что.

— Почему?

— Я чувствовать, что возле тебя я обязательно встретить циклопы и Прометей.

Сомнительная перспектива конечно. Будь моя на то воля, то я бы постарался держаться от сбрендившего титана и его дружков подальше. Но озвучивать крамольные мысли амазонке я, естественно, не стал. Вместо этого развернул сверток и протянул содержимое ей:

— Тогда, думаю, в грядущие времена ты должна вступить с обновкой.

Менис и амазонка одновременно уставились на первую в этом мире автоматическую винтовку. Конструируя ее, я за основу взял проверенную пистоль, значительно удлинив ствол, приладив приклад. Естественно, ни о каком оптическом прицеле речи не шло, но приладить мушку и целик я смог.

— Извини, Менис, но тебе с пистолью придется обождать. Я решил, что Илоне новое оружие нужнее.

— Да чтоб тебее Аид пятки щекотал, паря! С тебя бочонок винца. А тепеерь я хочу посмотреть, как эта хренотеень стреляет!

Илона взяла увесистую винтовку, которую я вылепил из остатков ливинстона, привезенного минотаврами. Повертела в руках:

— Как пользоваться?

Я забрал винтовку. Достал из мешочка магазин, зарядил в него несколько пуль, вставил в оружие:

— Видишь планку с вырезом? Это целик. А вот эта торчащая штука — мушка. Упираешь винтовку в плечо, смотришь в целик так, чтобы мушка оказалась в вырезе, совмещаешь с целью и нажимаешь на крючок.

В воздухе раздался щелчок хлыста и лежащее на земле яблоко разлетелось вдребезги, а пуля глубоко вгрызлась в землю. Менис восхищенно выматерился.

Я вернул оружие Илоне.

— Надеюсь, вы с ней поладите.

Амазонка погладила чуть нагревшийся ствол:

— Я в этом не сомневаться.

* * *

— Как думаешь, Плут, скоро к нам нагрянут?

Парочка разведчиков уже четвертый час патрулировала изрезанный берег Крита. Плут, получивший свое прозвище отнюдь не за мастерский мухлеж при игре в кости, а за неспособность обмануть даже ребенка, свесился из седла и смачно сплюнул, попав себе на сапог. Выругался:

— Как по мне, так пусть бы и не приходили. Если сбрендившие спартанцы передумают лезть на Крит, я не расстроюсь, Клюв.

Обладатель огромного крючковатого носа хохотнул:

— А кто расстроится? Но сдается мне, что повоевать все-таки придется. Помнишь, что командир сказал? Глядеть в оба.