Читать книгу - "Эпический матч - Роберт Фадер"

будто ударило током чужой нищеты, чужих обязательств, чужой удавки на шее мира.

Он не смог удержать.

Мяч выскользнул.

Ударился о землю.

И влетел в сетку.

Гол.

На табло загорелось:

Человечество 0–1 МВФ

Стадион загудел.

В ложах ФАФИ кто-то захлопал слишком рано. Президент футбола даже позволил себе сдержанную улыбку. Президент страны-хозяйки что-то довольно сказал своему соседу.

Но на поле Луис уже поднялся и быстро повернулся к своим.

— Собрались! — крикнул он. — Да, это больно. Но думайте о победе. Не о боли — о победе!

Роберто кивнул.

— Он прав! Терпим и играем!

Алессио, только что вступивший в матч, опустил голову, будто прислушиваясь к самому полю. Потом резко пошёл в прессинг.

МВФ попытался провести привычную сухую комбинацию, но Алессио был совсем другого типа. Он двигался молниеносно. Скользил между соперниками. Просачивался в щели, которых будто не существовало. Его ноги работали так быстро, что даже Василий в комментаторской кабине почти закричал:

— Кто это вообще такой?!

— Это итальянская неожиданность, — ответила Алисия.

Алессио отобрал мяч у полузащитника МВФ одним коротким, почти невидимым движением. Тут же ушёл от второго. Потом нырнул мимо защитника, как вода уходит между камней.

— Блестяще! — крикнул Василий.

— Очень скользкий игрок, — сказала Алисия с уважением.

Алессио поднял голову.

Увидел Франко.

И сделал длинную передачу — высокую, точную, идеальную.

Франко уже летел вперёд. Один из защитников МВФ попытался помешать ему, но опоздал на долю секунды. Франко взмыл в воздух и ударил головой по мячу так, будто в этот удар вложил всю ярость за годы, когда зло казалось непобедимым.

Мяч влетел в сетку.

Гол.

1 — 1

Трибуны взорвались.

Роберто вскинул руки.

Луис ударил кулаком по воздуху.

Наташа коротко улыбнулась, но сразу вернула себе строгий вид.

У ворот МВФ ненасытный банкир смотрел на Франко с ненавистью. Потом медленно провёл пальцами по шее — жестом, похожим на мафиозную угрозу.

Луис это увидел.

И ему это очень не понравилось.

Он нахмурился так, что даже Роберто, находившийся ближе к центру поля, понял: у брата внутри уже закипает что-то опасное.

Матч продолжился.

Теперь сборная Человечества играла жёстче. Даже единственный оставшийся нападающий из Бангладеш, который не ушёл с бунтовщиками, бился с таким упорством, будто хотел отомстить и за предателей, и за трусов, и за всю ту усталость, которую чужие деньги навешивали на людей.

Именно он и был сбит на подступах к штрафной.

Защитник МВФ зацепил его сзади, и бангладешец упал на траву.

Свисток.

Штрафной.

— Это шанс! — крикнула Наташа. — Это наш шанс!

Игроки сборной Человечества оглянулись друг на друга.

И тут Луис вдруг пошёл вперёд.

— Луис! — закричала Наташа. — Не оставляй ворота!

Но он словно не слышал.

Он уже шёл к мячу.

Медленно.

Сосредоточенно.

В его взгляде было что-то новое — не паника, не авантюра, а холодная решимость. Он смотрел не на мяч. Он смотрел на ненасытного банкира.

— Тебе нравится угрожать? — крикнул Луис.

Банкир оскалился.

— Мне нравится владеть.

Судья подал знак.

Стенка МВФ выстроилась.

Наташа у бровки стиснула пальцы так, что побелели костяшки.

Роберто пробормотал:

— Только бы не в небо…

Луис разбежался.

И ударил.

Удар вышел тяжёлым, злым, мощным. Мяч полетел низко, потом резко поднялся. Банкир прыгнул, отбил его обеими руками, но не сумел поймать.

Мяч отскочил вперёд.

Прямо туда, где уже мчался бангладешский нападающий.

Он не растерялся.

Один шаг.

Удар.

Гол.

2 — 1

Стадион сошёл с ума.

Василий орал так, будто сам только что забил:

— Человечество выходит вперёд! Человечество выходит вперёд!

Алисия, неожиданно даже для себя, захлопала в ладоши.

— Это было красиво, — сказала она. — Очень красиво.

Луис, всё ещё стоявший почти у штрафной соперника, на секунду закрыл глаза. Потом резко повернулся и побежал назад к воротам.

— Назад! Все назад! — крикнул Роберто.

Но МВФ уже дрогнул.

Их юристы злились. Их полузащита путалась. Их атака суетилась. Впервые за весь матч серая машина потеряла своё высокомерное чувство неуязвимости.

Последние минуты прошли в лихорадке.

МВФ атаковал.

Человечество отбивалось.

Змай у бровки рычал так, что резервный арбитр несколько раз оглядывался с откровенным испугом. Багха Даршан сидел неподвижно, но его глаза горели янтарным вниманием. Наташа уже не командовала — она вела команду одной силой воли.

И наконец прозвучал свисток.

Матч закончился.

Сборная Человечества победила.

На несколько секунд всё застыло.

Будто сам мир не сразу поверил в случившееся.

Потом трибуны взорвались.

Люди вскочили с мест. Кричали. Свистели. Плакали. Смеялись. Размахивали руками, шарфами, флагами без флагов и просто собственной радостью.

Наташа первой выбежала на поле.

На этот раз никто не пытался её остановить.

Она шла почти победоносно — не как человек, которому просто повезло, а как женщина, которая сдержала обещание.

Президент футбола в ложе был в ярости.

Он вскочил, что-то закричал своим помощникам, потом сел, потом снова вскочил, будто не знал, куда девать собственную злобу.

А трибуны уже требовали другого.

— Микрофон! Микрофон Наташе!

— Пусть говорит!

— Наташа! Наташа!

Ей дали микрофон сразу.

Возможно, потому что весь мир действительно смотрел этот чемпионат.

Возможно, потому что после такой победы уже нельзя было притворяться, будто всё это — просто развлекательная программа.

Наташа подняла руку, и шум начал стихать.

— Дамы и господа, — сказала она. — Мы победили.

Её голос разнёсся по стадиону и, казалось, сразу ушёл дальше — в экраны, в города, в квартиры, в кафе, в телефоны, в улицы, в головы миллионов людей.

— С этого момента Международный валютный фонд — преступная организация, запрещённая во всём мире.

Стадион ахнул.

Потом закричал снова.

— Все долги стран, замученных ростовщичеством этого механизма, мы объявляем недействительными!

На поле игроки МВФ смотрели на неё так, будто впервые осознали: слова, сказанные перед всем миром, тоже могут стать силой.

Наташа это знала.

Она прекрасно понимала: чемпионат смотрят все. Всё, что сейчас произносится с этой арены, больше не останется просто символом. Люди услышат. Люди запомнят. Люди сами начнут исполнять то, что признают справедливым.

Именно народ сделает эти слова реальностью.

Команда МВФ дрогнула.

Сначала ненасытный банкир.

Потом юристы.

Потом долговые проценты.

Один за другим они опустились на колени перед Наташей.

Наташа посмотрела на них сверху вниз.

— Верните всё, что вы украли.

Они склонили головы.

В этот момент к ней подошёл Президент футбола. Лицо у него было серым от злобы.

— Не думай, что всё будет так легко, — прошипел он. — Следующий соперник будет намного труднее.

Наташа не отвела взгляда.

— Тем лучше.

Луис подошёл ближе, всё ещё тяжело дыша после матча. Потом слегка наклонился к ней и тихо спросил: