Читать книгу - "Стражевый компас - Ксения Журавская"

— Я же не Страж, правда?

Надо вывести разговор на другой путь. Нет, сейчас я точно не готов раскрыть ей всё.

— Ивана, я тороплюсь — и так полдня потерял. Предлагаю за ужином продолжить наш разговор.

Моя гостья, раздосадованная тем, что «сказка» закончилась на самом интересном месте, поджала губы и сморщила аккуратный нос.

— Мне бы хотелось доехать до своей квартиры. Моя подруга Тайра себе места не находит от моей пропажи.

В этот момент я представил Варда, который грозил мне потерей головы, если с девчонки хоть одно пёрышко слетит.

— Ива, в городе произошёл ряд неприятных событий, — я не стал говорить ей об убитых определённым способом девушках. Незачем её пугать ещё больше. — Мы предполагаем, что это касается именно тебя, поэтому тебе действительно лучше не покидать мой дом. Здесь ты в полной безопасности.

— Это вы про защиту на дверях?

— Да. Я покрыл дом эфиром, — и потратил немало сил. Может, от этого я такой разбитый?

— Что такое эфир? — как же с ней тяжело…

— Давай все вопросы отложим на вечер. Ива, хочешь того или нет, но тебе придётся провести здесь некоторое время, и тебе понадобятся личные вещи. Поэтому говори адрес — после конторы заеду.

Она поочерёдно опустила ноги на пол и встала со стула. Сжатые кулаки выдавали напряжённость её тела. Пробежалась взглядом по мне, по столу, снова по мне. Схватила ковейные чашки, резко развернулась в сторону рукомойника — и полетела вниз, поскальзываясь на мокрой половой тряпке.

Откинула голову назад — и пучок волос, раздражавший меня всё это время, рассыпался золотыми нитями по плечам, на концах складываясь в кольца. Я не мог оторвать глаз от этого зрелища.

Вихри небесные! Что же делаешь со мной, девочка‑Стужа?!

Мне хватило доли секунды, чтобы поймать неуклюжую Ив. Она с ковейными чашками в руках замерла в моих объятиях.

— Пятая Восходящая на пересечении Третьей Береговой, комната двадцать пять, — выдохнула она. — Что…? — ответила она на мой растерянный взгляд. — Мой адрес. Спросить Тайру.

Мне не хотелось выпускать её из рук.

Бред! Ещё раз бред!

Пришёл в себя, когда почувствовал лёгкость в руках и её тревожный взгляд, рассматривающий моё потерянное лицо.

— Тайра отдаст вам мою дорожную сумку — я не успела её разобрать. Там все мои вещи, — тихо добавила она.

Раздавленный окончательно, я молча пошёл в свою комнату. Её фраза догнала меня возле кухонной двери:

— Купите продукты. Я неплохо готовлю.

Я кивнул и устремился к себе.

Глава 9. Комната номер "двадцать пять"

Город отсыпался после праздника. Моторон ехал неторопливо, поддаваясь сонному настроению опустевших улиц. Лишь дворники залихватски орудовали мётлами, сметая в кучи цветные обрывки вчерашних украшений вперемежку с опавшими листьями.

В конторе царила тишина. Доносившийся из конца коридора стук каблуков Клариссы оповестил, что я не один. Помощница Гордиана Варда была уже в плаще и с зонтом в руке. Она грациозно ко мне приблизилась и возмущённо цокнула языком:

— Баркли, почему так поздно? Вард тебя не дождался. Вот, держи, — протянула жёлтый конверт, на котором аккуратным почерком главы ордена красовалась надпись: «Для Элая Б. Обязательно к прочтению».

Кларисса торопилась — об этом говорило её недовольное лицо и морщинка на переносице. Я машинально сунул письмо во внутренний карман куртки. «Прочту позже», — подумал я.

Она протянула следующую бумагу:

— Изучай на месте и не забудь поставить подпись в нужных пунктах.

В моих руках оказался заполненный протокольный лист. Горди сделал это за меня! Хвала Небесному! Не придётся торчать в кабинете. «Спасибо, Вард! Твоя помощь неоценима», — мысленно поблагодарил я.

Пробежался бегло по строчкам. Всё верно. Поставил выведенные закорючкой свои инициалы.

Ещё оставалось наведаться к Лиму в отдел артефактов. Надо поскорее избавиться от этого древнего барахла. Передать, как написано в инструкции: «…непременно из рук в руки…».

Лим встретил меня уже возле двери, доставая ключ из замка.

— Баркли, где ты столько времени шатался? Я тебя целый день ждал, — сказал он, вновь вставил ключ в замок и повернул.

Он быстро пробежался по описному листу, внимательно проверил компас:

— Всё в порядке. Видимых повреждений нет. Целёхонький красавчик.

«Красавчик?! — мысленно усмехнулся я. — Каждый по‑своему на работе сходит с ума».

Хорошо, что Лим — молодой и энергичный эйр. Своё дело исполнил быстро, и надолго мы не задержались.

— Давай, Лим! Удачного вечера! — обменялись рукопожатием.

Я покинул его хранилище, а затем — опустевшее уже полностью здание конторы.

Чувствовал себя по‑прежнему скверно. Холод не отпускал. «Неужели подхватил межсезонный вирус? Или то, что сказал Горди, действительно правда?» — размышлял я.

Проехал несколько кварталов до ближайшего рынка. Её фраза — «Купите продукты…» — брошенная вслед, вертелась в голове. Кто бы мог подумать, что я, потомственный аристократ, помчусь выполнять просьбу никому не известной девчонки. А впрочем, мне даже понравилось.

На рынках и в товарных рядах я всегда был исключительно по работе, но никогда — по собственным нуждам. В нашей семье запасами занималась высокая и худосочная экономка Дора и ходившая у неё в помощницах полная её противоположность — пухлощёкая Рут. Я понятия не имел, где и как закупался семейный провиант.

Жизнь с Райлин ознаменовалась жизнью напоказ. Ужины домой нам доставляли исключительно из дорогих ресторанов — и исключительно «высокую кухню». Все эйри хотели быть как Райлин, есть то, что ест Райлин. Её наряды обсуждались в утренних газетах, а понравившееся блюдо из очередного ресторана выходило в рейтинг самых продаваемых.

После неё жизнь стала проще — в ней не осталось места фальшивым чувствам и отвратительно высокомерной роскоши. Меня вполне устраивали недорогие закусочные с простой и вкусной едой.

Райлин не готовила никогда. Тихие семейные вечера только для нас двоих не были нашей историей. В отличие от моей матушки с её фирменным пастушьим пирогом на семейных праздниках — по поводу которого она получала так любимую ей похвалу и такую же порцию шуток.

Для Райлин это было ниже её достоинства. Молодая звезда высшей аристократии, зацикленная на своём статусе, всегда желала быть в центре всеобщего внимания и поклонения. Она брезгливо относилась к тем, кто ниже по происхождению.

«Как же по юношеской глупости этого не углядел?..» — мелькнула мысль. Безгранично наполненный первой любовью, я восхищался солнцем, не замечая ржавых пятен. Одна мысль будет терзать меня позже: «Как она смогла выучиться на лекаря?» Ведь главный девиз, выбитый на щите лекарского факультета, — «Жизнь во спасение!».

Откуда ни возьмись на дорогу выскочил мальчишка‑сорванец. Резкий скрип тормозов спугнул непрошеные воспоминания, а