Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

– Как выяснишь?

Саше захотелось застонать. И за что этот допрос?

Но пришлось взять себя в руки, напрячь память, и выложить все, что она помнила о прямом и косвенном сканировании, базовом вероятностном пересечении, теореме Штайна – Вайнера и приемах вскрытия маскировки, что по силовому, что по обходному пути. Хотя все эти теории сводились, надо признать, к одному простому принципу. Смотрящий да увидит, простыми словами. Саша была уверена, что оказавшись на месте, она что-нибудь да ощутит, а вся эта теория и на ум не придет, не то что поможет. Магия для нее в последнее время была чем-то вроде потока, разливающегося во все стороны. Потока, течения которого легко было разобрать и направить, стоило только захотеть.

И иногда у нее возникало ощущение, что наставнику это все почему-то не слишком нравилось. Серафим не подавал виду. Но чем легче были для Саши магические упражнения, чем больше и больше он требовал знать теории, и все более сложные логические и этические задачи давал, требуя объемного, логичного и продуманного ответа, нередко притом связывая эти задачи с ее собственными слабыми сторонами. В стиле «А что если?».

Словно она в чем-то провинилась с этим менгиром, из-за которого все и было.

– Ты считаешь, что я занудствую, – стоило Саше закончить описание того, как она собирается искать магию на месте игры, как Серафим резко изменил тему.

– Что?

– Ты прекрасно слышала что я сказал, – отмахивается Серафим.

– Это не так.

– Саша, ты совершенно не умеешь врать. Так, на будущее. Никакой магии не надо чтобы это увидеть. Тебя раздражает внимание к мелочам. И тебя раздражает, что вместо того, чтобы радоваться первому полностью самостоятельному заданию, в котором ты и только ты будешь решать, как действовать, приходится на ходу придумывать ответы на вопросы, которые ты не считаешь важными.

Саша чуть поводит плечом, опасаясь еще раз быть пойманной на лжи. Ругаться с наставником совершенно не хочется.

Несколько секунд в кухне стоит довольно неприятная тишина, но потом Серафим первым прерывает ее, говоря с несколько незнакомой Саше серьезной задумчивостью.

– Ты молода. И по нынешним меркам людей, и тем более – для Затронутых, где три года обучения едва ли равны чему-то вроде начальных классов школы. И как и все юные, хочешь испробовать себя в деле, – Саша хочет возразить, но Серафим только поднимает руку и продолжает свою речь, – доказать себе в первую очередь и всему миру во вторую, что ты чего-то стоишь, применить дарованную силу, которой тесно в рамках простых занятий. И я все это прекрасно понимаю. Я тоже был молод, хотя и было это немало лет назад. Но, видишь ли, мало что понимая в нашем мире, почти ничего не зная о магии и о себе самой, ты получила в руки огромную силу. Хотя предполагалось, что менгир переформирует потоки в течение десятилетий, это произошло гораздо, гораздо быстрее, чем кто-то мог предположить, и сила камня прибавилась к твоей собственной, тоже увеличивающейся. Ты не видишь этого, на самом деле. Пока не видишь. У тебя есть сила, но нет ни знаний, ни ответственности в том, как именно ее применять, и это не может не тревожить.

Саша вздрагивает, вспоминая того парня, которого она случайно бросила под колеса авто. Как выяснилось позже – именно из-за того, что она от испуга не совладала с силой и вышло ее заклинание в разы сильнее стандартного, хотя хотела-то наоборот.

– Я не считаю, что ты сознательно навредишь кому-то, Саша, – наставник явно в курсе ее мыслей. – Вовсе нет. Но то, что кто-то может воспользоваться твоей неопытностью и эмоциональностью вполне допускаю. Мы пока не нашли «начальника» Хачатряна и не знаем, что именно у него на уме в отношении тебя. А вместе с тем, что меня в выходные ждет самолет в Хакасию и двухмесячное общение с тамошней публикой, что меня совершенно не радует. Почему-то каждый раз, когда меня нет в городе, ты куда-то влипаешь.

Саша бросает на Серафима откровенно недовольный взгляд. В историю со Свободой ее откровенно втянул Орден с согласия самого наставника. Скиа в санатории не представлял угрозы. Это – неприятности?

– Вы чего-то опасаетесь?

Серафим вздыхает и откусывает очередную вафлю.

– Того, что я и за всю жизнь не приучу тебя обращаться ко мне на «ты» в любой ситуации, а не стену сразу строить. Саша, если бы я опасался чего-то конкретного, то ты бы отправилась проходить по нашему отделению и под моим руководством. У меня нет желания разбрасываться учениками. И так выясняется, что теоретически не представляющее угрозы дело в твоем случае имеет тенденцию перерастать во что-то смертельно опасное.

Саша сложила руки на груди, чувствуя слабое-слабое, но ощутимое колебание в отражение. С недавних пор она начала понимать отголоски настоящих эмоций даже Серафима, который закрывал себя эмоциональными щитами, как и все маги, и делал это очень и очень хорошо. Преподавателей и соучеников читать вообще не представляло трудностей, как и большую часть все тех орденцев, кто приходил к ним на практики. Исключение составлял только Михаил Ефимович. Его эмоции, даже слабые, совсем слабые их отголоски, были для Саши совершенно недоступны, укрытые непроницаемым блоком.

– Это не вся правда, верно?

Ей порядком надоели недомолвки. Делало ли ее раздражительной постоянное принуждение к бессмысленной ерунде или же просто все достало… Но тем не менее Саша решила пойти напрямик.

Серафим несколько секунд изучал ее тяжелым взглядом. Потом отложил откусанную вафлю.

– Не вся. Хотел бы я, чтобы такую проницательность давал опыт, а не дармовая сила… Но, видишь ли, я прекрасно понимаю, насколько ты не в восторге от моих требований и методов с тех пор, как менгир вошел в силу. Ты хочешь действовать, изучать что-то стоящее, а не идти вровень с однокурсниками, с которыми тебе скучно, или бесконечно выполнять мои однообразные задания.

Это не было ответом, и Саша просто продолжала сидеть скрестив руки.

– Был у меня один ученик. Давно. Похожий на тебя настолько, что я иногда думаю, что вы могли бы быть братом с сестрой, – Серафим усмехается. Но потом серьезнеет и продолжает, – умный, благородный, с хорошим потенциалом, он тоже очень быстро обрел большую силу, хотя и не был связан ни с каким менгиром. Врожденный талант. Он закончил орденское обучение, стал работать ритуалистом, но все это было для него мало. Не из желания власти, вовсе нет.