Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

– Что ж, – Михаил Ефимович наконец отводит взгляд. – Александра, в этот раз твоя огромная глупость была уравновешенна огромным же везением. Скиа забрал у тебя порядочно сил, и ментальных, и энергетических, но во всем остальном я не вижу никаких отклонений от нормы.

– Все в порядке, насколько это возможно, – негромко подтверждает Серафим и чуть улыбается. – Скиа, Саша, существа могущественные, малоисследованные и смертельно опасные. Они поддерживают свою жизнь питаясь чужой, но до сих пор предполагалось, что нападают в основном на Затронутых и только в Отражении, в его глубинах, при том оставляя довольно специфический след своего присутствия. Этот же, по какой-то причине предпочел быть с людьми, а от Затронутых скрываться, и только для тебя сделал исключение. Расскажешь подробно, что произошло?

– С самого начала? – Саша невольно протянула руку к горящему костру. От него шло тепло.

Ей не хотелось рассказывать. Но выбора не было.

– С самого начала. С того момента, как ты сюда приехала.

Она рассказывает. Старается опускать ненужное, но все равно приходится разъяснять. Про Женю, про Васю, про еще какие-то мелочи, о которых спрашивают присутствующие.

– Тебя не насторожило, что беседы со скиа… с теми, чьи облики он использовал, занимали времени больше, чем ты по собственным ощущениям на них тратила? – с явным любопытством спрашивает Леса.

– Да нет. Это лагерь, тут быстро устаешь и все сливается в яркую карусель. Да и как-то это… Ну было и было.

– Думаю, это побочный эффект начавшейся раскручиваться Вуали, – задумчиво отзывается Антонина.

– Наверняка,– кивает Михаил Ефимович.

– Вуали? – Саша не уверена, что что-то усвоит из-за усталости, но все-таки слова мага будят интерес.

– Вуаль Времени, Саша, – Серафим подкидывает дров в костер и разливает по кружкам что-то из термоса, протягиваю самую большую ей. – Это древний и сложный ритуал, цель которого после его завершения сильно смещается в потоке времени, и все воспоминания о ней так же подвергаются этому смещению. Иными словами, человек становится столь далек, что вся память о нем исчезает из умов живущих. Человек или иногда, в теории, может быть какое-то понятие или явление. На неживые объекты это не действует, и вещи жертвы остаются нетронутыми, но никто уже не помнит, чьи они. Воспоминания разрушаются постепенно, и чем ближе было знакомство с жертвой, тем медленнее они исчезают. Но раскрученная Вуаль навсегда стирает их, так что только вопрос времени, когда все забудут о жертве этого проклятия.

– Жутко звучит,– тихо говорит Катя.

– Определенно, – кивает Серафим. – Воздействие не мгновенное, и, судя по всему, скиа в некотором роде распространял его вокруг себя, возможно, даже не понимая этого.

– О нем забыли. И о нем, и о его доме и семье, – с грустью говорит Саша. – Может, в этом дело?

– Возможно. Мы будем разбираться. Так или иначе, Саша, я удивлен, что ты не проигнорировала этот факт.

Саша чуть пожимает плечами.

– И Вася и Женя были… просто детьми, и все. Я не чувствовала от них угрозы, да и на Изнанке было чисто. Поэтому и не придала значения.

– И тому, что кто-то, похитивший одного из твоих, как ты думала, ребят из отряда, может быть опасен? Неужели ты не понимала, что бежать за ним ничего никому не сказав – глупость, и глупость убийственная? – Михаил Ефимович говорил довольно спокойно, но в его словах Саша чувствовала укор. – Разве тебе не объясняли десятки раз, что самонадеянность в нашем мире может оказаться не просто опасной, а смертельно опасной?

– Объясняли, – щеки заливает краска. – Но… Женя мог погибнуть.

Маг качает головой.

– Глупость порой страшнее любого оружия. Глупость и наивность. Оставить невнятную записку и сбежать, не предупредив никого толком – очень и очень необдуманно. Благо, на Затронутых Вуаль действует медленнее, особенно на тех, кто знаком с жертвой, и само ее воздействие после набора хода можно отследить, так что тебе не придется заново знакомиться со здесь присутствующими. Но насчет остальных у меня нет уверенности.

– Меня могут…забыть?

– Дальние знакомые – возможно. Этого нельзя сказать наверняка.

Саша сглотнула. Ладно, у нее нет семьи, и не было, подруг особо не было, Анна… и к лучшему. А Боня? Он ее тоже забудет?

– На животных Вуаль не действует, – просто откликается Серафим на незаданный вопрос. – Да и была ты под ней недолго.

– А…остальные? О них вспомнят?

– Едва ли. Но мы сможем установить их личности теперь, когда скиа ушел и оставил тела без прикрытия. Ладно, я предлагаю всем адептам отправиться отдыхать. Александра – тебе в особенности. С тебя хватит испытаний на ближайшее время.

Саша кивает и на нетвердых ногах отправляется прочь от костра, рядом с которым остальные маги ведут тихий разговор и вторящий ему безмолвный обмен образами, значения которых понимаю только они сами.

– Это, Саш – Коля догоняет ее у самого входа в комнату – ты прости меня.

– За что?

– Дурак был. Нормальная ты, я просто… В общем, дурак был. Мне жаль, что все так закончилось.

– Все закончилось, – чуть улыбается Саша. – Все нормально. Я не держу обиды.

На деле сил на обиду нет. Ни на что нет. Она просто плюхается на кровать прямо в одежде и засыпает, словно проваливаясь в никуда. Но там хотя бы нет страха и голода, окружавших всеми забытого мальчика со всеми забытой станицы. Мальчика, просто хотевшего избавиться от одиночества. Считавшего, что от одиночества вообще можно избавиться.

Глава 16

– Плохо? – сочувственно осведомляется Серафим.

Саша вздрагивает, хотя и слышала приближающиеся шаги, и только выше натягивает плед.

– Муторно, – честно признается она.

А еще больше всего я хочу забиться в угол и рыдать. И именно поэтому я пошла прочь из комнаты – чтобы никто меня не видел.

Короткий сон принес мало облегчения, и Саша, пролежав в кровати почти час в надежде, что сможет вновь заснуть, с этой надеждой рассталось и отправилась сюда, в беседку, прихватив чай и вновь пожалев об отсутствии кофе. В четыре утра.

Наставник тоже пришел сюда в эту рань. Хотя он наверное и не ложился вовсе.

– Если ты хочешь