Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

- Почти дословно.

- А потом?

- Потом смотри, проснется ли он.

Несколько секунд братья молчали, наконец Артур спросил:

- И что ты вообще пытаешься найти?

Лайонел задумался.

- Не что-то одно. - Он подошел к полке, где рядом стояли склянки с высушенными травами, порошками минералов, кусками серы, угля и медной руды. — Отец помнил слишком мало. Иногда только названия. Иногда вообще лишь рассказывал, что "когда-нибудь люди откроют вещество, которое усыпляет человека, но не убивает". Или что существуют жидкости, очищающие раны лучше вина. Или газы, которых даже не видно. Часть мы нашли тот же спирт, его знаний на это хватило. Так же как я сказал ищу правильные эфиры. Формул он не помнил, названий тоже. Да и не помогли бы нам это, ведь у Земли было совершенно другая система наименования. Так что только один путь.

- Искать самому?

- Нет. - Лайонел улыбнулся. — Искать правильно.

Он поднял небольшую стеклянную реторту.

- Если перегонять одно и то же вещество разными способами — иногда получается совсем другое.

Он указал на книги.

- Если каждый опыт записывать, то однажды начинаешь замечать закономерности. - Он помолчал. — Это самое интересное.

- Не открытия?

- Нет. - Лайонел покачал головой. — Открытие может оказаться случайностью. А закономерность можно повторить.

Артур невольно улыбнулся. Эти слова были удивительно похожи на то, что говорил их отец много лет назад.

Не искать чудеса, искать причины. И тогда чудеса рано или поздно станут ремеслом.

- Только прошу не изобретай нитроглицерин, вот порох можешь, но нитроглицерин не нужно.

- Хе-хе-хе, брат ты такой смешной, я пойму что изобрел нитроглицерин когда он взорвется мне в лицо, с другой стороны нужно будет добавить гипс и вот тебе динамит, будешь подрывать замки врагов.

- Я не собираюсь ни с кем воевать, хотя если подорваться все замки железнорожденных, это отличная идея.

Эйвор поведал что основой много на Земле стал порох, он предполагает, что в Йи-Ти может быть он быть и там используют его для фейрверков. Корлис про что-то такое упоминал, однако порох — это не только сила… это еще и опасность, мир изменится с приходом взрывчатки и тогда начнется глобальные войны. Конечно сделать подкоп и оставить взрывчатку под стеной интересно, но все же… тогда у сильных появится оружие и начнутся глобальные войны за все.

Люди с пушками на кораблях начнут бороздить океаны и моря, от чего все станет несколько суматошным, так что Артур поддерживал решение отца не делать взрывчатку, хотя на крайний случай желательно иметь его.

Но как интересное оружие у них был напалм, благо отец помнил, как из нефти можно создать дерьмовый бензин.

«Дед в деревне делал, не знаю зачем, но мне было интересно я же мальчишкой был»

Лайонел решил рассказать кое-что то что заметил, в своем научном взаимоотношениях с Эйвором.

- Знаешь, что самое забавное?

- Что?

- Мы с отцом говорим на разных языках, хотя оба используем общий. - Артур вопросительно поднял бровь. - Он помнит рассказы о Земле. Иногда даже помнит названия. Но названия без объяснений почти бесполезны.

Лайонел поднял со стола небольшой пузырек.

- Вот это.

Внутри плескалась прозрачная жидкость.

- Что это?

- Не знаю.

- В смысле?

- Именно в этом и смысл. Я не знаю, как это называется. Я знаю лишь, как оно себя ведет. - Он поставил пузырек обратно. — Отец однажды рассказывал про какое-то вещество... кажется, называл его эфиром. Или это было название целого семейства веществ. Он и сам уже не был уверен. И хоть я ищу как раз его, но не могу быть уверенным в нахождении его, как и в ситуации с нитроглицерином для нас это жидкость что всех подорвет от малейшего чиха… но как она выглядит? Я не знаю, так много в моих записях. И если что-то нахожу то называют просто. Очень просто.

Лайонел пожал плечами.

- Поэтому в моих книгах оно называется "летучая жидкость №4". Пока этого достаточно.

Артур взял лежавшую рядом тетрадь, еще одну. Их тут было много, очень много.

В ней действительно не было привычных названий: "Светлое масло №2.", "Древесный дух.", "Тяжелый уксус.", "Летучая жидкость №4.", "Желтый дымящийся купорос."

- Ты сам это придумал?

- А кто еще? - Лайонел развел руками. — У нас нет языка для новой науки. Даже мейстры поступают практически так же.

Он постучал пальцем по книге.

- Земля строила свою химию сотни лет. За это время ученые придумали тысячи слов. Они знают, что такое кислоты, основания, спирты, эфиры... потому что до них кто-то уже разделил вещества на семьи.

Он усмехнулся.

- А у меня нет этих семей. Только отдельные незнакомцы.

Артур тихо хмыкнул.

- Значит, сначала придется придумать язык.

- Именно. И мы явно не назовем нитроглицерин нитроглицерином. Скорее – демоническая жидкость. - Лайонел оживился. — Знаешь, что я понял? Название должно описывать поведение вещества, а не его тайную сущность.

Он открыл журнал.

- Если жидкость быстро испаряется — значит, она летучая. Если после перегонки из дерева получается особый спирт — значит, древесный дух. Если жидкость тяжелая и обжигает кожу сильнее уксуса — тяжелый уксус. Если при нагревании появляется едкий желтый дым — дымящийся купорос.

Он пожал плечами.

- Это грубо. Но зато любой человек поймет, о чем идет речь.

Артур задумчиво кивнул.

- А потом?

- Потом, когда накопится достаточно знаний, можно будет все переименовать.

- То есть ты сознательно придумываешь временные названия?

- Конечно. У меня же нет таблицы Менделеева, инструментов что бы замерять атомы и так далее, для нас это следующий шаг к которому мы не готовы. Так что лучше для наших учеников сделать все понятно, мы же не можем всем нашим ученикам рассказывать про отца. Еще заявят что наш отец продал свою душу Дьяволу, или сам является им. Так что лучше без этого. В противном случае мы будем спорить о словах вместо того, чтобы изучать сами вещества.

Он на мгновение замолчал.

- Знаешь, отец рассказывал одну интересную вещь.

- Какую?

- Что на Земле ученые иногда называли открытия именами людей.

Артур рассмеялся.

- Надеюсь, ты не собираешься так делать.

- Ни в коем случае.

- Почему?

- Потому что через двести лет никто не вспомнит, кто такой Лайонел Фрей. - Он кивнул на полки. — А вот если написать