Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

пришедших им на помощь магов моря и побережья. Сойто, Джамаил и Ганим — тонийка и йохр-менталист с учеником, создатели «Отряда Свободных», сестры-Клинки из которого, говорят, все еще живы. Гретта, тенью оберегавшая последнюю фахашму и ее мужа. Теодор и Оглаф — фроантицы, выступившие против захватчиков. Мото, сын Доро, члена Совета Капитанов, известнейший морской волк, гроза пиратов и контрабандистов, и его друг, Лионель ле Рож. Магир, Халед и Махти — йохры, сражавшиеся вместе с некромантами на севере во время Вторжения. И многие, многие другие… Те, кто сражался в Великой Войне и те, кто помогал восстанавливать мир после. Эйлин много читала о них в Библиотеке, пока училась в Султанате по обмену и часто думала о том, какими они были людьми, о чем мечтали и что чувствовали. Жившие в чудовищно непредсказуемое, странное, пугающее, но завораживающее время перемен, время, когда ковался новый мир.

Она могла рассказывать о каждом из них часами.

Заканчивалась экскурсия, традиционно, у статуй последних Королевы Ночи и Короля Дня, фахашмы и фажехмы Некроса, больше тридцати лет назад сложивших с себя полномочия правителей и передавших их собственноручно созданному Сенату.

— В период правления Агаты Фроантийской и Валентина Скалистого Некрос не только вернул себе утраченные территории, полностью очистив их от магической скверны прошлой войны, но и восстановил дипломатические связи со всеми странами мира, углубил союз с Рутенией, Султанатом и Островами, построил за границей два десятка учебных заведений для подготовки некромантов, включая Форсионскую Школу Магии, и в десять раз увеличил свое население, создав привлекательные условия жизни и труда для представителей всех народов мира. При них был упразднен Безмолвный Совет, вместо которого был создан Сенат с выборными представителями от округов и народов, был реформирован кабинет министров, произошло бурное развитие всех магических и немагических наук, были создано семь университетов и исследовательских предприятий, и…

— Простите, — подняла руку одна из экскурсанток, говорившая с легким рутенским акцентом. — Я слышала, что некоторые обвиняют вашу последнюю королеву в уничтожении огромного флота, гибели сотен тысяч людей и разорении северных земель под видом сражений с выдуманной армией неких духов. Ваша позиция, как я понимаю, иная? Король и королева — миротворцы и просветители?

Эйлин вздохнула. К этому сложно было привыкнуть, но она старалась. И ответила честно, как отвечала всегда:

— В те времена выживание нашей страны требовало сражений, как и выживание всего Срединного Мира. А насчет выдуманной армии… У нас в Палате Даров есть полностью восстановленный полый рядовой воин-дух из Загорья и фрагменты множества других их бойцов, да и около Бриоля, столицы Фроантийской Федерации, по сей день осталось множество покинутых духами каменных вместилищ. Они — не миф. Как и построенные школы, университеты, больницы, и десятки тысяч переселенцев, нашедших у нас свой дом. Как и ни одной войны за девятнадцать лет их правления после Бриольского Мира.

— Если не считать приграничных конфликтов.

— Увы. Баланс токов энергии поменялся, и многое пришлось выстраивать заново. Все великие люди непросты и совершали разное, но наши последние правители, без ложной скромности — пример для каждого жителя страны. Теперь мы переходим к вопросам, — объявила Эйлин. — Для тех, кому они не интересны, экскурсия окончена.

Вопросов было много. И про тех, чьи статуи были тут представлены, и про много что еще. Экскурсантов, среди которых помимо рутенки была и чета хольдов, и группа фроантийцев, и алавиты, и тонийцы, и даже один неуверенно оглядывавшийся по сторонам пустошник в их традиционных мехах, интересовало все. Спрашивали и о том, правда ли, что раньше в Каратаене не было ни самодвижущихся повозок, ни измененных лошадей, а одни только лошади-конструкты; куда делись личи и не живут ли они под городом; как уживаются вместе верующие в разных богов и много чего еще о жизни Некроса. Эйлин старалась отвечать правдиво, но и не игнорировать трудности, вроде периодических конфликтов между рутенами и йохрами, которые не простили своим северным соседям превращения родины в пустыню. Вопросы, вопросы, вопросы…

Экскурсанты, выспросив все, что хотели, принялись расходиться. Совсем скоро Эйлин поняла, что осталась одна вместе с четой загорцев, рядом с которыми так и стояла смотрительница.

— Вам что-то подсказать? — поинтересовалась Эйлин у гостей. На загорском это давалось ей тяжело, все же язык жителей Нефритовой Империи строился на совсем иных принципах, чем все остальные. Но она не зря училась на менталистку — ее поняли.

Женщина-экскурсантка улыбнулась и негромко ответила. На языке Некроса.

— Почему внучка сенатора выбрала такое занятие.

— Простите? — Эйлин понятия не имела, как эти двое смогли узнать, кто ее бабушка. Смотрительница прознала? Могла, Доминика как-то сюда заходила, но общались они официально, и…

Женщина сняла шляпу и убрала платок с лица. Мужчина проделал то же самое.

Эйлин застыла, переводя взгляд с одного лица на другое. Она множество раз видела их в учебниках, да что там — вон, такие же на изваяниях за ее спиной. Часть лица женщины закрывала маска, скрывая полученные в Войне Духов ожоги, но все же…

Эйлин сглотнула. Им должно быть сколько… Около девяноста лет, так? Но выглядели оба словно бы на три десятка. Хотя бабушка тоже не слишком-то старела и говорила, что последний фажехма был ее наставником и названным отцом, но все же… А Эйлин еще отмахивалась от слухов о том, что известная в Загорье Ой-Мина, воительница с железной рукой, путешествовавшая со своим мужем на неожиданно прибавивших в размерах йохрских скакунах — ушедшая на покой фахашма.

Эйлин поклонилась.

— Ой, да перестань, мы тут просто гости. Было интересно посмотреть на то, какими нас помнят.

— Я что-то не то сказала? Извините, я исправлюсь, особенно если вы скажете, как все было, и…

— Доминика расскажет, — отмахнулся Валентин, — если захочет. Все она помнит.

— Или можешь спросить Лиану, — улыбнулась Агата. — Она многое может рассказать. И о прошлой войне, и всех войнах за последние лет сколько… пятьсот?

— Около того, — склонила голову смотрительница. — Или больше.

Эйлин сглотнула. Вот почему бабушка так обходительно общалась с госпожой Аннетой…

— Вы… лич? — проговорила она, пытаясь скрыть трепет в голосе.

— Нет. Уже нет. Так что если хочешь что-то узнать — пользуйся случаем, лет через двадцать его уже не будет, — улыбнулась пожилая женщина.

— Простите еще раз. Я и не думала… — Эйлин казалась совершенно растерянной. Подумала и призналась: — Не хочу я в политику.