Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

Занимавшийся отладкой протеза Ворон поделился собственными выводами, предположив, что зеленый камень, каким-то образом обработанный нефрит, помогал даже маленьким и слабым духам действовать полноценно в Срединном Мире, а форма была данью войскам живых загорцев, которые, скорее всего, и создали сами статуи.

Так это или нет — сказать было сложно. Но у бриольцев появилось бесплатное развлечение.

— Фахашма… — раздалось справа.

Агата вздрогнула. С этой стороны она не видела, да и слух порядком ослаб, и потому не заметила, как приблизился Инкитэ.

Клинок не знала, что он уже вернулся с похода на Ничейные Земли, куда личи уводили всю поднятую нежить. Захоронить ее все равно не выйдет, а так хоть вернут домой. Не знала — иначе бы не вышла из отведенной ей на корабле каюты, куда никто не заглядывал без ее разрешения.

— Фахашма, — повторил Инкитэ, — я пойму, если ты решишь меня прогнать. Но я хочу поговорить.

Агата постаралась кивнуть, не поворачивая голову. Кожа с правой стороны даже после усилий целителей и алхимиков напоминала месиво из шрамов. Вэл предлагал попробовать пересадить ее откуда-нибудь, срезать и наживить, но Клинок не видела в этом смысла. Не самая высокая цена, если подумать.

Куда большую придется заплатить другим. Инкитэ, например.

— Ты зря винишь себя, — прошелестел лич.

Агата не сдержала слабой усмешки и горько заметила:

— Иногда я завидую Великому Прелату.

— Это нормально. Ты думаешь, что изменения — к худшему.

Агата повела плечом. Левым.

— Ты помнишь, как все было, — продолжил лич, — и сравниваешь с тем, что стало. Словно можно было сохранить прошлый вариант. На деле же выбор был: продолжить разрушения и войны или создать мир заново.

— Создать заново сначала уничтожив, — усмехнулась Агата, вспоминая, сколько времени понадобилось нежити и добровольцам на то, чтобы вытащить разбитые корабли из русла Тоираэли. Затащившие их туда Моро и Тара помочь ничем не смогли.

— Изменив. Конструкта можно собрать, повторив скелет живого, но он будет плох и слаб. А можно изменить и дополнить — и будет лучше. Но сначала придется разобрать.

Агата сухо усмехнулась.

— Убив вас всех.

Бриоль затих. На закате жители выходили на стены и любоваться игрой света в зеленых фигурах, и помолчать в память, о погибших в этой короткой, но разрушительной войне. Замолчала и Агата.

Гретта, пожертвовавшая собой ради уничтожения «погонщика». Елена. Владимир. Оглаф — его останки увез в родную деревню Гульм. Половина рутенского воинства, почти сотня «Львов», большая часть шедших с Даниэлем хольдов, так и не представившаяся рыжеволосая магесса, ополченцы Криожона, полегшие почти в полном составе, десяток магов Прибрежной Коллегии и их же бойцов, трое из сестер, завербованных Ромой, Андреасом и Сойтой… Сестры Алебастровой Цитадели и сестры Обители, как и остальные ее жители. Криожонцы, не успевшие сбежать под защиту городских стен и все те, кто попался на пути духов. Бриольцы, погибшие при осаде, и многие, многие, многие другие.

И — личи. Да, из всех погибли лишь Саргон и Нэйтэ, летавший на альфе помощник Картэ, но это — лишь вопрос времени. Как вопрос времени и то, когда все поймут, что многое изменилось и Некрос лишился своего главного козыря.

Клинок очень боялась узнать, что в числе мертвецов оказалась и Гертруда, но девочка выжила, и теперь держалась с немногими выжившими криожонскими магами. Девочка выжили… Но сотни погибли. Тысячи.

— Агата, — Инкитэ облетел и встал слева, так, что теперь отворачиваться было просто некрасиво, — ты думаешь о нас как о живых, которых обрекла умереть.

— А разве нет? Магия изменилась.

— Начала меняться. И будет меняться еще долго, столь масштабные перемены за раз никому не под силу. Как видишь — я еще тут, как и Картэ, и Слатэ. Да, моя энергия теперь утекает, но утекать она будет годы, фахашма. Десятилетия перед тем, как мое пребывание в этом мире подойдет к концу.

— И все же. Ты ведь был бессмертным.

Инкитэ хохотнул.

— Я существовал взаймы, фахашма. Я, как и все мы, решил противиться переменам и обмануть смерть. Но суть в том, что все умирает. Мы, личи, не высшая форма жизни, а трусы, обросшие обязанностями и службами только потому, что боимся умереть. Сначала никто не говорил о вечной жизни, а Переродившихся убивали, боясь, что они, лишившись страха смерти, потеряют человечность. Потом их согласились не трогать десяток-другой лет, пока не передадут знания преемникам. Этот десяток превратился в пять десятков, и очень быстро — в бесконечность. Но это — тупик, фахашма. Все живое умирает и изменяется. Ты лишь исправила механизм, который мы сломали.

— Картэ так не думает.

Инкитэ улыбнулся.

— Картэ боится, фахашма. Думаешь, мы просто так клялись быть верными Королеве Ночи? Взамен мы просили ее указать путь дальше. Но умирать боятся все живущие, все существующие. Я уже прожил свою жизнь, Агата. Мы все ее прожили. Ты подарила нам смерть — и я благодарен тебе.

Клинок не без труда повернулась, пытаясь понять хоть по темноте, которая клубилась под капюшоном носимого личом плаща.

— Ты хочешь утешить меня.

Инкитэ усмехнулся.

— Я говорю правду, фахашма. А еще я знаю: ты жалеешь, что предатель лишил тебя пути дальше, и страшишься перемен. Боишься оставить пост Королевы Ночи потому что не видишь приемника, но думаешь, что не справишься с короной.

— Я — Клинок, Инкитэ, а не правитель.

— Ты — больше чем Клинок.

— Это не так. Я была сосудом, да и все. Вместилищем чужой силы. Ее больше нет. Остались ваши клятвы и возможность направить вас, — это Агата уже проверила на Фиртэ, попросившем «проводить» его дальше. — Вот и все.

Инкитэ вновь рассмеялся.

— Не сила и подвиги определяют человека, а его душа и воля. И твои — при тебе. За тобой пойдут и сейчас, Агата.

— Едва ли.

— Ты спасла наш Срединный Мир. Ты обладаешь властью над нами. Да, век Перерожденных подходит к концу, но мы прослужим еще пару десятков лет, пока не найдем смертных приемников, как делают во всех других странах. А Воплощенные, думаю, скорее всего и вовсе проживут жизнь в новых телах до самой их смерти. У тебя есть планы и видение того, каким ты хочешь сделать Некрос. Благодаря тебе уже начали очищать наши земли, и очень скоро освободятся и отправятся дальше все те, кто в прошлой войне пожертвовал