Читать книгу - "Не по собственному желанию - Александр Куринь"

чего сделал неожиданный вывод, что таким, как я не место в пионерах. Нужные бумаги с его рекомендациями не сегодня – завтра полетят в Киев, мне же, порекомендовал усиленно изучать устав комсомольской организации.

- Ну конечно, полетят они, как же,… по факсу. … Наверное, передадут с проводником десятого вагона – мелькнуло в голове. – Может сказать, что завтра еду в Киев и сам завезу?

Но это так, понятно что предлагать не стоит. А пока, прихожу к выводу, что эти двое товарищей, просто устали от своих деловых переговоров и решили немного отвлечься, заполнив паузу пионером. Что ж, повезло, хоть в приемной не довелось в ожидании томиться.

Товарищ Новиков, также не стал отмалчиваться и задал такой привычный у всех взрослых вопрос – кем же я хочу стать? Собственно, я уже и сам его себе задавал. Конечно, больше всего мне нравилась электроника, именно в ней я и видел будущее, причем не только свое, но и всего человечества, более того, я не предполагал, а знал это абсолютно точно. Но вновь поступать в институт на какую-то электро-радио специальность (а других пока не имелось), считал целесообразным. Подумайте сами – ну чему меня там смогут научить? Как работает ламповый триод или пентод, расчетам по контурным токам или узловым потенциалам, которые никогда в жизни так и не понадобятся? А то, что действительно следует знать и уметь, я и так знаю, получше любого местного академика, также как и помню тупиковые направления развития, в которые постоянно будут влипать инженеры и ученые, причем не только у нас. Нет уж, я подключусь к банкету на том этапе, когда уже купоны стричь можно будет.

Так что, как я уже и наметил, интересной для меня может быть та специальность, которая позволит выбраться за пределы великой, могучей и необъятной. Если не считать военных, то в голову, прежде всего, приходят дипломаты, переводчики, политработники и… конечно же строители. Ну как тут не вспомнить о тех промышленных гигантах, гидроэлектростанциях, объектах мирного атома и многих других, которые при активном участии СССР строились и будут строиться в странах третьего мира. Так что, будущая строительная специальность может стать неплохим выбором.

Да хоть бы послушать рассказы моего сирийского учителя! А если еще принять во внимание мои знания иностранных языков, то эти шансы вырастут многократно. Главное, что бы кто-то помог хорошим пинком в нужном направлении. И именно этот кто-то и сидит сейчас напротив меня. Знаю, что дружеский пинок, порой помогает больше, чем дружеское плечо!

В общем, на вопрос, кем бы я хотел стать, я якобы немного задумавшись над многими вариантами, отвечаю:

– Думаю, что строителем, - и тут же добавил ложку дегтя, - вот только не нравится мне, что до сих пор им приходится больше лопатой и молотком работать, чем головой. Хочется придумать инструменты и приборы, которые смогут облегчить этот ручной труд. Вот почему в Америке или Германии это есть, а у нас никому и в голову не приходит. Или может просто этим никто заниматься не хочет? - и я строго посмотрел на этих товарищей.

Игнатий Трофимович с веселым любопытством взглянул на меня и поинтересовался:

- Ну, ну... и что именно ты имеешь в виду. Может расскажешь, что же тебя у нас так не устраивает?

- Да много чего не устраивает Игнатий Трофимович. Например, совсем недавно наблюдал, как на строительстве дома рабочие лопатами раствор размешивали. Это во-первых тяжело, во-вторых медленно, а в-третьих сразу два человека из бригады выпадает. Ведь так еще египетские пирамиды возводили! Неужели нельзя изготовить специальную бочку, которая будет крутится с помощью электродвигателя, а ты просто засыпаешь туда песок и цемент? А ведь можно и такие же грузовики выпускать, заправлять их цистерны бетонным раствором прямо на заводе, а пока они едут к месту, эти бочки крутятся себе, перемешивая содержимое и не давая ему застыть. И тут вам пару тонн готового бетона на стройку приезжает!

Перевел дух, после такого эмоционального выступления и поощряемый взглядами присутствующих, продолжил.

- А еще наблюдал, как у нас рабочие арматуру режут, или металлические уголки. По двое или трое таскают за собой эти здоровенные баллоны с кислородом и аппаратуру. Я еще понимаю, если требуется разрезать, что-то очень толстое, но ведь они даже тонкие прутки так режут! А ведь все давно уже используются электродрели. Если вместо сверла, там закрепить какой-нибудь абразивный диск то можно обрезать все что угодно. Да и вообще, можно сделать не дрель, а специальную машинку, и диск будет не такой как на точилах, а специальный, тоненький, покрытый каким-нибудь твердым, абразивным материалом.

Для того, чтобы мои слова выглядели более убедительными и понятными, я даже принялся размахивать руками, словно показывая контуры известной всем "болгарки". Наконец , решил, что с них достаточно и закончил.

- Да многое еще можно сделать…. Например, какие-нибудь добавки к цементу придумать, чтобы и зимой можно было работать.

Министр, молчавший во время моего вдохновенного спича, покачал головой и обернувшись к Первому секретарю, удивленно произнес:

– Видишь Сергей, какая молодежь подрастает. В нашей отрасли, такие кадры точно пригодятся, ведь программа на будущее намечена огромная. В общем, все эти замечания и предложения, сами по себе правильные и над этим можно подумать, возможно, польза будет. Но как объяснить инженерам нашего отраслевого НИИ, что это мнение обычного школьника?

Вновь повернувшись ко мне, он подмигнул и произнес:

- Вот, что Саша, после окончания десятого класса жду от тебя звонка и подумай о нашем МИСИ. Уверен, что место для тебя мы там всегда подыщем, ты же кажется отличник?

О МИСИ, московском инженерно-строительном институте, я знал немало, ведь именно его, по специальности "мосты, тоннели, метрополитен", и окончил в неблизком еще в 1973 году мой школьный друг Мишка Кошман, Правда, его рассказы были очень однобокими и касались в основном студенческих гулянок и приключений с представительницами слабого пола.

В общем, я пообещал подумать, времени, чтобы сделать окончательный выбор между их МИСИ и нашим КИСИ, у меня еще достаточно. После того как за мною захлопнулась дверь кабинета, Новиков немного помолчал, а потом обращаясь к Первому сказал,

– Вот что Сергей Павлович, ты бы проследил за парнем по своей линии, чувствую, далеко пойти может. А то не успеешь оглянуться, как наши друзья с Лубянской площади перехватят.

Домой я вернулся в прекрасном настроении, с авоськами бананов и мандаринов и с надеждами на большие перемены в жизни.