Читать книгу - "Конец игры… - Вячеслав Киселев"

и попадание предмета в плечо абсолютно адекватно и вместо того, чтобы возмутиться столь «хамским» поведением зрителя (как следовало бы ожидать от человека мгновение назад грубо вмешавшегося в ход поединка), принялся наводить порядок на ринге, вместе с троицей подоспевших вышибал. Видимо, слова моего соседа имели здесь определенный вес, подумал я, и мне следует познакомиться с ним поближе, раз уж я на ближайшее время оказался втянут в «помойку» местного профессионального бокса.

Вернувшись на своё место, мужчина сплюнул в сердцах на пол и заговорил, не обращаясь ни к кому конкретно:

– Нет, ну вы видели, и на это дерьмо я должен смотреть, заплатив целый шиллинг, а я ведь ещё тридцать лет назад предлагал ввести обязательные правила, и мы следили за тем, чтобы такого дерьма не происходило, дааа, было время!

На помосте к этому времени страсти почти успокоились и стало ясно, что продолжения боя не будет, поскольку оба бойца оказались выведены из строя. Солдат-прыгун стоял, уперевшись в столб и прижав к груди поврежденную руку, а ирландец сидел на полу, прижимая окровавленную тряпку к разбитой голове.

– Ловко вы навели здесь порядок, – обратился я к соседу, протягивая ладонь для рукопожатия, – меня зовут Юхан Умарк, я из Швеции, не желаете пропустить по стаканчику, раз уж здесь нам делать больше нечего, я угощаю!?

Мужчина повернулся в мою сторону, с интересом вглядываясь в моё лицо и после недолгих раздумий ответил на рукопожатие.

– Джон Броутон! Попробовал бы он не послушать меня, – отреагировал на мою похвалу сосед, кивнув в сторону судьи, – для ринга я уже, конечно, староват, но проучить одного жирдяя силенок у меня ещё хватит!

Слова Броутона не расходились с действительностью, рукопожатие оказалось стальным и руке обычного человека, наверняка, пришлось бы несладко в его тисках. У меня такой проблемы не возникло и выдержав первоначальный напор, я перешел в наступление, но додавливать до конца не стал, зафиксировав статус-кво.

– Неплохо мистер Умарк, – улыбнувшись, покачал он головой, одновременно разминая руку, – значит, говорите по стаканчику, что ж, не вижу препятствий!

Само собой, улицы в окрестностях амфитеатра от недостатка питейных заведений не страдали, а Джон Броутон знал куда идти, поэтому минут через семь мы уже сидели за столом, поднимая тост за знакомство.

Выпив по одной и снова наполнив стаканы ромом, я принялся выяснять необходимые мне подробности:

– Если я вас правильно понял мистер Броутон, вы человек в призовом боксе бывалый, поэтому хочу спросить вас. Такое дерьмо, как сегодня, происходит на боях часто?

– Бывалый? – усмехнулся он в ответ, – Сразу видно, что вы иностранец мистер Умарк. Я был чемпионом Англии по боксу больше десяти лет, сейчас меня в лицо, конечно, уже мало кто узнаёт, но любой маломальский боксер в Лондоне знает имя Джона Броутона, а что касается сегодняшнего дерьма, то обычно такое происходит только на предварительных или нелегальных боях. На чемпионских, где на кону стоят большие деньги, всё же стараются придерживаться разработанных мною правил, по которым вмешиваться в бой секундантам и зрителям категорически запрещается, хотя случается всякое. А вы никак собрались попытать счастья в боях?

– Вы правы, через неделю на этом ринге у меня чемпионский бой с Питером Коркореном, слыхали про такого?

– Ооо, даже так, очень интересно, – поднял Броутон стакан с ромом, вновь с интересом окидывая меня взглядом, – а я всё гадал, кто же выйдет вместо Джека Ричмонда. Глаз у меня наметанный, и я уверен, что боец вы опытный, хотя и ничего о вас не слыхал, в отличии от Питера Коркорена. Давно вы в призовом боксе?

– Если говорить только о боксе, то я новичок, хотя кой-какой опыт схваток имеется, – поддержал я собеседника поднятием стакана, – поэтому буду благодарен за небольшую консультацию по поводу моего будущего соперника, Скуоль! – закончил я фразу стандартным шведским тостом, который означал «за здоровье».

Броутон опрокинул в рот содержимое стакана, крякнул, и молча уставился на стол, то ли рассматривая пятна на столешнице, то ли изучая мою правую руку.

– Раз вас выставили на чемпионский бой вместо Джека, значит вы человек герцога Портлендского, – секунд через тридцать начал он озвучивать вслух свои мысли, – а у него отличное чутьё на хороших бойцов, предыдущий чемпион Билл Дартс, проигравший Коркорену два года назад, был его человеком, и если он сделал на вас ставку, то вы того действительно стоите. Но тогда, разорви меня ядро, я никак не возьму в толк, откуда герцог вас выкопал – новичка, да ещё и шведа?

Что ж, голова на плечах у бывшего чемпиона имеется, отметил я про себя, формулируя ответ, и протянул вперед ладонь:

– Я человек простой, поэтому предлагаю обойтись без «мистеров», Юхан!

Возражений у Броутона не возникло, а после я рассказал свою небольшую, слегка подредактированную историю.

– Я всего лишь пару дней, как приехал в Лондон и с герцогом познакомился совершенно случайно. Скажем так, он стал свидетелем того, как я проучил нескольких недотёп в порту, не оказавших мне должного уважения. Заинтересовавшись моими умениями, он сделал мне предложение, от которого я не смог отказаться. Так я и стал участником чемпионского боя, хотя и не стремился к этому!

– Даа, – покачал он головой с задумчивым видом, видимо, вспомнив о чем-то своём, – с пэрами сложно спорить, когда они чего-либо желают, а ведь этот амфитеатр на Оксфорд-стрит был когда-то моим!

– И что, кто-то из «денежных мешков» положил на него глаз? – сделал я предположение.

– Не совсем, просто впал в немилость к ныне покойному герцогу Камберлендскому, третьему сыну короля Георга Второго. Я тогда проиграл чемпионский бой молодому претенденту – «Мяснику» Джеку Слэку, а герцог, прежде оказывавший мне покровительство, проиграл на том бое огромную сумму, десять тысяч фунтов… Герцог имевший, кстати, прозвище «Камберлендский мясник», сильно разозлился на меня и под его давлением магистрат запретил работу амфитеатра. Мне пришлось продать его за бесценок и заняться торговлей, так и закончился боксёр Джон Броутон!

– Давно это было?

– Давненько, в пятидесятом году… постой, а когда у тебя бой с Коркореном?

– Шестого января!

– Ты подумай, – хлопнул Броутон ладонью по столешнице, – удивительное совпадение, ведь именно шестого января состоялся и тот злосчастный бой, ровно двадцать пять лет назад!

– Это судьба Джон, – развел я руками, – по правилам мне ведь понадобится секундант, поэтому предлагаю тебе занять это место. А я назову себя учеником великого чемпиона Джона Броутона и, так сказать, отомщу за тебя на ринге, вернув тебе, только в качестве тренера, звание чемпиона и твоё имя в бокс!

– Плесни! – махнул Броутон рукой, показывая на свою пустую