Читать книгу - "Системный Творец VI - Александр Сергеевич Сорокин"

рассыпавшись на тысячи искр. Из окон нижних этажей хлынул густой, черный дым, смешанный с золотистыми всполохами распадающейся системной энергии.

Кай посмотрел на меня. В его глазах горел холодный, неумолимый огонь.

— Время кончилось. Поехали.

Мы ринулись вниз, к эпицентру взрыва.

Глава 7

Молчаливая Стража будто потеряла к нам интерес. Лишь редкие бесполезные вспышки энергии продолжали сыпаться с ближайших башен, но Кай даже не удостоил их взглядом. Основные силы Стражи уже устремились внутрь дворца — на помощь своему повелителю. Сквозь проем, оставленный взрывом, вырывались клубы едкого, чернильно-чёрного дыма, смешанного с золотистыми искрами распадающейся системной энергии.

— Держись. — бросил Кай.

Мы нырнули в проем. Плотный, режущий глаза и горло дым мгновенно облепил меня. Даже сквозь защиту доспеха я ощущал его жгучее присутствие. Мир сузился до бледного сияния моих доспехов и тёмного силуэта Кая, видимого лишь на расстоянии вытянутой руки.

Мы неслись вперед с пугающей уверенностью. Кай не замедлялся, не искал обходной путь — он прорывался сквозь всё, будто видел насквозь и дым, и стены. Его отливающие серебром и золотом доспехи рассекали клубящуюся мглу, оставляя за собой лишь короткий, чистый след. Я едва успевал улавливать мелькающие картины: обломки мебели, оплавленные плиты пола, тела Стражей в сияющих доспехах. Одни лежали без движения, другие пытались подняться, но мы проносились мимо, как призраки.

Воздух свистел в ушах, дым рвался клочьями, и вдруг — словно по мановению волшебной палочки — он рассеялся. Мы ворвались в огромное, до боли знакомое пространство. Зал для приёмов. Всего несколько недель назад мы стояли здесь перед Императором Санкталии.

Картина, представшая перед нами, вызвала ледяной ужас и вспышку белой ярости.

У подножия трона лежал император Аврелиан. Его стройная фигура в простых тёмно-синих одеждах была неподвижна. Лицо, словно высеченное из вечности, казалось бледным и бесстрастным. Если бы не неестественная поза и тонкая струйка крови, сочившаяся из уголка рта, можно было бы подумать, что он спал.

Над ним, живым щитом, возвышался Кассиан, личный телохранитель императора. Его изысканные доспехи, украшенные гравировкой созвездий и золотыми грифонами, были испещрены десятками свежих царапин. Нагрудник проломлен в нескольких местах, а из-под шлема стекала алая полоса. Но он стоял. Непоколебимо. Сверкающий меч в его руках описывал в воздухе сдерживающие, смертоносные узоры.

Его противником была Бранка.

Женщина с каштановыми волосами и глазами цвета тёмного мёда, чья сила когда-то казалась мне вершиной человеческих возможностей, атаковала с яростью разъярённой пантеры. Её меч гудел в воздухе, оставляя за собой дрожащие шлейфы искажённого пространства. Каждый взмах нёс в себе угрозу, способную расколоть скалу, снести башню, уничтожить целый отряд.

Но Кассиан парировал. И делал это с пугающей, почти презрительной лёгкостью. Он не нападал, лишь оборонялся, в его защите читалась невероятная мощь. Было очевидно, что он мог закончить бой в любой момент, но что-то — или кто-то — мешало ему.

«Кто-то» стоял чуть в стороне. Ксела.

Девушка с лицом, высеченным из мрамора, и бездонными тёмными глазами. Предательница. В её руках и вокруг неё парили, вращались и извергали энергию три сложных артефакта. Один напоминал сферу из сжатых молний, другой — серию висящих кристаллических игл, третий — нечто вроде чёрного диска, поглощающего свет. Она управляла ими одновременно с завораживающей лёгкостью, её атаки обладали не грубой силой, как у Бранки, а хирургической точностью, выискивающей малейшую слабость, брешь, миг замешательства.

И она нашла его. Одна из кристаллических игл, описав немыслимую дугу, проскользнула под клинок Кассиана, когда тот отражал очередной сокрушительный удар Бранки, и вонзилась в стык его наплечника. Раздался резкий звук, похожий на треск ломающегося стекла. Кассиан вздрогнул, его безупречный ритм боя дрогнул на долю секунды.

И этого мгновения хватило Бранке. Она без криков и рычания описала мечом молниеносный полукруг, сбив клинок Стража в сторону. Следующим движением, ребром ладони, Бранка обрушила удар на его запястье. Меч Кассиана вылетел из его руки и, звякнув, упал на каменный пол.

Рядом с Кселой, образуя полукруг, стояли ещё четверо в серых, простых робах. Системные Творцы, незнакомые мне. Их лица были искажены предельной концентрацией. Они не бросались в открытую атаку, а плели паутину помех и барьеров, накладывая на Кассиана ослабляющие эффекты и запутывая пространство вокруг него тончайшими энергетическими сетями. Они действовали как единый, слаженный механизм, а дирижёром, задающим ритм и направление, был человек, стоявший позади Кселы.

Гаррет.

Системный Творец Императора. Тот, кто с улыбкой сбросил меня в бездну. Он выглядел сосредоточенным, даже суровым. Руки его вычерчивали в воздухе замысловатые пассы, а перед ним парили артефакты — крошечные, но поражающие своей сложностью. Он не атаковал, а защищал. От него исходили широкие, переливающиеся волны энергии, которые окутывали и Кселу, и атакующих Творцов, и даже Бранку. Эти волны смягчали ответные удары Кассиана, поглощая остаточные энергетические всплески. Он был истинным мастером поддержки, чья работа позволяла остальным сражаться на пределе, не опасаясь за свои жизни.

Я замер, впитывая эту картину. Ярость кипела во мне, горячая и густая. Бранка — тоже предательница? Или её контролировали? А Гаррет… Неужели он служил Кселе с самого начала? Весь поход в Лес — всё это было лишь спектаклем?

Я отвлёкся всего на миг, пытаясь осмыслить увиденное, и этого хватило.

Из тени массивной колонны, прилетела внезапная атака. Не луч, не снаряд — нечто вязкое, ледяное и чудовищно тяжёлое. Казалось, это был сгусток абсолютного нуля и гравитации, спрессованный в кулак. Оно двигалось бесшумно, не излучая света, не искажая воздух. Это была сама смерть, воплощённая в движении.

Я не успел даже моргнуть, но Кай был начеку.

Он даже не обернулся. Его левая рука метнулась в сторону угрозы, на ладони вспыхнул маленький, идеально круглый щит из тёмного металла. Сгусток «ничего» врезался в него.

Звука не последовало, лишь ощущение, будто мир на мгновение сжался, задрожал, а затем резко отпрянул. От точки столкновения во все стороны рванули короткие, чёрные щели, которые тут же схлопнулись с противным, влажным хлюпаньем.

Кай не дрогнул, даже щит не покрылся царапиной. Его правая рука, всё ещё сжимавшая меня, совершила короткое, отточенное движение — не удар, а скорее резкий толчок, направленный в пустоту у колонны.

Из тени с глухим стоном вылетела фигура в плаще цвета пыли. Мужчина, которого я раньше не замечал, по всей видимости, контролировал вход в зал. Он врезался в стену, согнулся пополам и рухнул, потеряв сознание. Из его разжатой ладони выкатился небольшой угольно-чёрный куб, покрытый мерцающими красными точками. Он покатился по полу,