Читать книгу - "Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков"

консоли DMX для управления световыми устройствами сценического освещения, работа которых усиливала потрясение публики.

Вложения окупили себя сполна. За клубом Доминика последовали другие, но он был первым и набрал свою популярность, известность и репутацию.

Жану же тут было действительно комфортно и не только потому, что хозяином заведения являлся старый друг. Это было его будущее, в котором он планировал жить… под музыку их не рождённого соотечественника Лорана Горнье, с чьего Flashback 1997-го и началось пристрастие Жана к новым стилям музыки — «кислоте», «техно» и вскоре ещё к… кое-чему.

Так жить, как определили бы некоторые его сверстники в РФ, ему было «по кайфу».

Его голова, распухшая после очередной недели занятий от математических формул и абстракций, которые он, в своей новой практической курсовой работе применял к космологическим измерениям и данным, требовала выходных и отдыха.

Анри Минье, его научный руководитель, основавший в 1936-м и ставший директором части Сорбонны — Парижского института астрофизики, видел у Жана большое научное будущее.

Сам Жан, кстати, вполне разделял мнение своего шефа.

Но сегодня его умная голова буквально переполнилась такими вещами как, формирование галактических звёздных шаровых скоплений, изменение движения звёзд в зависимости от их расстояния до ядра галактики и даже споры вокруг начальных значений столь нашумевшего в науке антропного принципа… споры, которые велись «тогда» с момента его постулирования до момента хронокатаклизма и которые «здесь» вспыхнули с привлечением не только учёных из РФ, но и мира 40-х, грызших достижения 80 лет будущего, в одночасье свалившиеся на них всех.

Вопрос- «кто ответственен за хронокатаклизм?» восхищал и ужасал одновременно.

Восхищал — своей грандиозностью.

Ужасал мощью свершённого и ничтожеством человечества перед тем, кто это сделал…

Здесь, в атмосфере потусторонней кислотной музыки, в расслаблении, достигавшемся не самым лучшим — химическим, способом, Жану казалось, что он вот-вот постигнет тайну и поймёт скрытую тайну вселенной.

Да, Жан был наркоманом…

И он знал это. Осознавал, смирился и искал с помощью новых веществ, губящих его тело и мозг, в дурмане и неземной эйфории ту самую скрытую истину. Разговоры с Домиником и студентами Сорбонны — посетителями клуба, о музыке и науке будущего, ставшей в мгновение хронокатаклизма доступной их миру, никогда не затмевали второе, за чем он приходил сюда. Доминик смотрел сквозь пальцы (как и в целом правительство Виши на подобные «шалости» части населения) на корсиканца Арона — завсегдатая клуба и дилера «новых веществ», которые тот получал из РФ.

Кое-кто (хотя не Доминик, не Жан и даже не Арон) в этой Франции 1943-го уже знал, что криминальному боссу, знаменитому создателю «Французской связи» (French Connection) Полю Бонавентуре Карбону ныне не грозит быть погибшим в «этом 1943-м» на подорванном Сопротивлением поезде, где вместе с немецкими офицерами ехал тот. Наркобосс, развернувшийся во второй половине 30-х с поставками опиума во Францию и США из Индокитая и с Ближнего Востока, ныне уже успел наладить поставку в Западную Европу с тайных химических лабораторий в РФ дешёвых синтетических наркотиков — мощнейших по наркоманским эффектам и страшным по быстрым последствиям для здоровья употребляющих их.

«Синтетика» за пару-тройку лет фантастически ярких, неземных ощущений попутно разрушала за это короткое время организм употребляющих её полностью.

Логичный, казалось бы выбор отказа от вещества для некоторых типов, наподобие Жана, был совсем не очевиден.

Страхи были где-то там, вдалеке, а пока он, всего пару месяцев назад, только соприкоснулся с химерами и ангелами того, что порождало в его голове воздействие продуктов химических технологий 21 века, в прямом смысле взрезавшего в ткань сороковых…

… чтобы породить нечествый, кровавый и мгновенно погрязший в соблазнах иного времени химеромир.

Жан, в принципе понимавший последствия употребления наркотиков и кое-что читавший из знаний будущего, в своих грёзах сравнивал себя с нобелевским лауреатом Фрэнсисом Криком, молекулярным биологом и нейробиологом, вместе с Уотсоном совершившим революционные выводы о структуре ДНК и якобы употреблявшим такую вещь, как ЛСД для своих открытий.

Отвратительные «городские легенды», которые распространяли в своё время в интернете поклонники и дилеры веществ, находили свою паству и здесь, которая оправдывала свою губящую тело и души наклонность чем угодно.

* * *

…Достижения будущего изучались уже наладившими контакты со своими коллегами из РФ учеными сороковых, по прежнему вгрызавшимися в научную литературу — как в классическом, так и электронном виде за 80 лет тому вперёд из иного хода времён. Космологи и физики проникались антропным принципом и связывали его с фактом химерокатаклизма, но для тех, кто собирался в закрытом от посторонних помещении клуба, великие открытия в науке в данный момент концентрировались на достижениях химии, несущей потребителям «веществ» новые ощущения и высоты «расширения сознания».

А Жан… мечтавший поймать момент своего научного озарения под воздействием «веществ», через два года умрёт от «передоза», ничего не открыв, не совершив и даже не закончив учёбу…

Глава 9

Богоизбранные. Гонимые и палимые, но живые! Эпизод I

Глава 9 — Богоизбранные. Гонимые и палимые, но живые! Эпизод I

Октябрь 1943. РФ. Москва. Частная встреча в модном пентхаусе башни «Восток» комплекса «Федерация» в Москва-Сити.

…Встречаться в каком-то отдалённом частном поместье, таясь и скрываясь, не было нужды.

Всем окружающим было плевать на них. Вокруг кипела бурная жизнь сверкающего бриллианта мегаполиса 21 века. А безопасность, комфорт и, вдобавок изумительно-прекрасный вид на Москву будущего с огромной высоты был и тут. 5-метровые панорамные окна, 92-й этаж. Да и наконец выбравшиеся в «Москву из 2021-го» гости, большинство из которых тут оказались впервые, не были чужды обычного человеческого любопытства.

Да и собраться одновременно всем им, в фактически самозваной, но всё же — по праву сильного(!) — столице химеромира, оказалось удобнее по транспортным причинам именно тут.

Да и аэропорт Хайфы с 1940-го бывший просто Royal Air Force station Haifa, снова стал принимать гражданские рейсы, а в 1942-м прошла его большая — со значительным удлинением ВПП и навигационного оборудования, реконструкция и он получил статус международного.

Ниже этажей жилых апартаментов, в деловой части небоскреба, кипела жизнь, а наверху всегда царило нужное уединение. Погода конечно, за противоударным остеклением, была так себе. Но только лишь погода.

А тянуть с личной встречей всех вместе дальше было нельзя. В сокращённых составах — да, встречались, налаживали контакты, обменивались(разными способами) посланиями, но так, чтобы все вместе — нет, сегодня первый раз…

…те, которые входили в официальную делегацию «еврейской общественности», принятую с утра в МИД РФ, те, которые появились в РФ как частные лица по