Читать книгу - "Не по собственному желанию - Александр Куринь"

инженера. В общем, для решения своей задачи я подключил как тяжелую артиллерию в лице Аркадия Павловича, так и среднее звено – зав. отделом КБ точного машиностроения, которому я в свое время помогал чинить печь. На поиски ушла целая неделя, в конце которой я стал обладателем необходимой элементной базы. Не желая залезать в что-то уж слишком заумное и сложное, я решил остановиться на схеме простейшего емкостного датчика, где сенсором служила внутренняя металлическая ручка входной двери. Ведь каждый нормальный воришка, зашедший в квартиру, не станет шариться при открытых дверях, он их тут же закроет за собой.

Наконец, через неделю все было готово. Крайний из семьи, кто уходил на работу или в школу, включал охранный режим крохотным тумблером, установленным за вешалкой, после чего дверь закрывалась, естественно за наружную ручку. Придя домой и открыв квартиру, посвященный снимал объект с охраны, переключив тумблер в неактивное состояние, и лишь после этого закрывал за собой дверь. Но стоило об этом забыть и закрыть дверь с внутренней стороны, не выключив сигнализацию, как на весь подъезд раздавались колокола громкого боя, которые мне Лешины знакомые сняли со списанного торпедного катера.

Не ограничиваясь лишь технической стороной безопасности, я провел и информационный вброс, сообщив по секрету, что подарок шаха у меня забрали в запасники одного из музеев и вернут лишь по достижении совершеннолетия. Как бы там ни было, а колокола молчали.

Когда самая короткая четверть подходила к концу, по нашему классу поползли не проверенные слухи, что родительский комитет предлагает на зимние каникулы организовать для всех желающих поездку в Карпаты. Вот это действительно новость так новость. А я ведь откладывал свои горы и лыжи до студенческих времен.

Как выяснилось, речь шла о турбазе "Эдельвейс" в Межигорском районе, на Закарпатье. Прежде, мне уже приходилось там бывать, но я понятия не имел о том, в какие годы на горке установили первый бугельный подъемник. О комфортабельных кресельных, речь вообще не шла, разве что на Кавказе они уже бегают? Как позже выяснилось, я ошибался, такой в ​​Украине уже существовал – в том же Закарпатье, на горе Красия. Вообще-то, я мог бы и сам догадаться, на тех горках бугель и не запустишь.

В середине шестидесятых, база Эдельвейс функционировала скорее как приют для туристов – лыжников и прочих желающих отдохнуть на природе, подышать хвоей и испить водички из целебных источников, расположенных неподалеку.

Спасибо Сан Санычу, он помог мне выйти на горнолыжную секцию общества "Авангард", похоже, у моего тренера знакомые были всюду. От тренера лыжников, я легко получил разрешение, отобрать несколько пар лыж. К сожалению, эти лыжи выглядели так, словно на них ходили еще егеря батальона "Эдельвейс". Кладовщик, без слов запустил меня, Игоря Лойко и Васю Сидоренко в свои закрома и небрежно кивнул в сторону противоположной стенки. Там, вперемешку, стояли и лежали лыжи, ботинки, палки с какими-то ремешками и прочими непонятными элементами снаряжения.

– Выбирайте – он широким жестом обвел все свое хозяйство.

Я подошел и стал разгребать эту свалку барахла. Как и следовало ожидать, все лыжи оказались прямыми, ведь до эпохи "карвингов" оставалось каких-то двадцать лет. Никаких Фишеров или Атомиков не было и в помине, весь инвентарь был трудолюбиво выструган на Мукачевской фабрике спорттоваров. Впрочем, когда то и я начинал именно с этого бренда.

В настоящее время считалось, что горные и беговые лыжи должны иметь длину заметно больше чем рост спортсмена. Но я то знал всю порочность такого подхода, поэтому и надеялся отыскать, что то не длиннее 150-160 см. В этом нам повезло, потому как короткие лыжи не пользовались особым спросом и считались женскими. Еще с полчаса ушло на выбор и примерку уродливых ботинок, которые уцелели бы и в эпицентре ядерного взрыва. Понятно, что о креплениях – автоматах, речь не шла, и после падения лыжи улетали вместе с ногой. О комбинезонах, лыжных шлемах, очках и перчатках можно и не заикаться. Тем не менее, кое какое снаряжение мы подобрали, а затем долго ловили грузовое такси.

И вот, наступил долгожданный день нашего отбытия. Четыре девочки и семерка отважных, в сопровождении Виктора Ивановича, отца Васи Сидоренко, который и выбил для нас эту базу отдыха, явились на вокзал. Уже стемнело, когда, погрузившись в поезд №84, Киев – Ужгород, мы отправились за неизведанным. Дополнительную интригу, привнесло мое замечание, что этот Новый год, мы сможем встретить в настоящей карпатской колыбе, под винцо и шашлычок из баранины. Впрочем, с винишком я пошутил.

Ранним утром следующего дня, наша компания выгрузилась на небольшом, заснеженном полустанке, где нас уже ожидали сани с лошадью, меланхолично жующей сено из подвязанной под носом торбы. Такой внезапный переход от городской, школьной жизни к карпатской природе и елям, не оставил равнодушным никого. А еще, этот морозный лесной воздух! Мы уложили лыжи и вещи в сани, а сами побрели пешком по широкому санному следу, ведь идти то было всего километра два.

Разместили нас в длинном, холодном, одноэтажном финском домике, с дровяной печкой и общей кухней. От нас, до ближайшего подъемника было метров четыреста, а до дощатого сортира, не больше двадцати. Только здесь наша изнеженная городская компания поняла одну простую истину – насколько прохладными становятся дни, если ваш туалет во дворе. Нашими соседями оказались приехавшие на день раньше сверстники из лыжной команды "Авангарда". Отношения с ними сложились нормальные, хотя вначале, как старожилы и настоящие спортсмены, они ходили, немного задрав носы, пытаясь покомандовать. То им воды принеси, то дровишек на кухню.

Пользуясь статусом правильных горнолыжников, некоторые попробовали подбить клинья к нашим девчонкам, предлагая им свои услуги в качестве персонального тренера. Но все эти пацанячьи маневры мною были легко просчитаны и пресечены. Во время ужина, я все объяснил нашим подругам. Так что впоследствии, на все предложения этих ухажеров, ответ был один - у нас есть свой инструктор, указывая при этом на меня.

Позже, уже на снежных склонах, увидев мои покоцанные дровишки и не фирменные потрескавшиеся ботинки, эти ребята записали меня в разряд ламеров и перестали обращать внимание. Ведь они сами, уже щеголяли лыжами с привинченными металлическими кантами и ботинками "Терскол", правда, почему-то со шнуровкой. Я помнил о таких, но у нас они были на клипсах. Крепления, стояли советские, самые простые, без ski stop, похоже, скопированные из старых "Marker". Чтобы лыжи не убежали, к ботинкам их привязывали кто чем, начиная от кожаных ремешков и веревочек, до медицинских бинтов. Лыжи,