Читать книгу - "Тени во времени - Кристофер Руоккио"

«Знаю», — ответил я.

«Я хотела этого, я...» Она сидела так неподвижно, что, казалось, даже губы у нее не шевелились. «Я была так зла».

Я подошел к ней, но остановился в двух шагах. По ее хрупкой осанке я понял, что подойти к ней было бы ошибкой. «Я ненавидел их», — сказал я. «Я имею в виду сьельсинов. Я долго их ненавидел. Большую часть своей жизни... но теперь я их жалею».

«Ты жалеешь меня?» Ее слова ударились о стену, как капли дождя, пролетели мимо и разбились.

Лампа на потолке отбрасывала мою тень на ноги. «Ты не нуждаешься в жалости», — возразил я. «Тебе нужен отдых».

Кассандра встряхнулась, напоминая курильщика джубалы, который вдруг осознал, что время уходит. «Ты прав», — сказала она и приложила руку к груди. «Я ненавижу, когда ты прав».

«Нет, не ненавидишь», — сказал я.

«Перестань». Она улыбнулась.

Я тоже улыбнулся.

«Ты все еще не понимаешь», — сказала она. «Я позволила ей завладеть мной». Ее рука сжалась сильнее, и я вспомнил руку ее матери, червя Урбейна, ползущего в сознании Валки. «Я не знала. Не знала, что... что произойдет».

«Анарьян». Я стоял над ней, прямо под лампой.

Звук ее имени вернул ее к реальности, и ее глаза медленно скользнули по моему лицу. В последний раз, когда она так смотрела на меня, в ее зеленых глазах был другой свет — как лихорадка. Я удерживал ее взгляд, пока она мне позволяла. Затем положил руку на ее и почувствовал, как она вздрогнула.

«Я понимаю».

«Как ты можешь?» — сказала она. «Я должна была умереть».

Я улыбнулся ей.

«Перестань», — повторила она, осознав, что только что сказала и кому.

«Она ушла, Анарьян», — сказал я. «Ты свободна».

Кассандра подтянула колени к подбородку, обхватила их руками и, наконец, закрыла глаза.

«Ты права», — сказал я наконец. «Я должен Ирчтани больше, чем могу им отдать. Но я не могу убить Сьельсинов за то, что они сделали. Они только сейчас узнают, что значит быть свободными».

«Это не оправдывает убийство».

«Нет», — согласился я. «Но чтобы это было убийством, убийца должен понимать, что то, что он делает, — неправильно. Ушара держала тебя в плену менее часа. Сьельсины развивались в их тени, жили с ними более тысячи поколений. Можешь себе это представить?» Я чувствовал ее критику, ее презрение, как удар молнии в воздухе. «Ты считаешь меня глупцом».

«Да».

«Возможно, ты права», — сказал я. «Мы плывем на Гододдин, дочь моя. До самого конца. Я не знаю, что будет, когда мы туда доберемся. Но я сделаю то, что намеревался сделать. То, что он приказал мне сделать. Я использую Пожирателя Солнца. Уничтожу Наблюдателей. И Дораяику. Всех их. Но я не уничтожу Рамантану и Отомно. Не ради этого. Если это глупость, то я глупец. Но есть те, кто посоветовал бы мне уничтожить тебя».

Кассандра сидела, свернувшись калачиком на кровати, с широко раскрытыми глазами, не мигая. «Может, тебе и стоит». Она улыбнулась, но это была всего лишь улыбка, хотя безрадостная и холодная. «Она все еще может быть во мне».

«Нет, Анарьян», — ответил я и моргнул, сдерживая слезы. «Здесь нет никого, кроме нас».

ГЛАВА 45

ПОСЛАНИЕ В БУТЫЛКЕ

«Как бы то ни было, — повысила голос принцесса с дивана позади меня, — ты поступил правильно».

Мы много раз обсуждали это со дня события, но в тот день состоялись похороны трех жертв Рамантану и Отомно. Их тела были с большими почестями выброшены в черную бездну космоса, направлены к безымянному солнцу, которое мы сделали своим якорем.

Вскоре после этого тавроси тоже отбыли, но с гораздо меньшими церемониями. Кваран и его спутники ушли, почти не сказав ни слова: все трое остановились, чтобы в унисон отдать честь, прежде чем двери трамвая, который должен был доставить их на корабли, закрылись между нами.

Больше я их никогда не видел.

Сьельсины не присутствовали на похоронах. Я изолировал их, поместив под охрану на один из фрегатов-шаттлов «Демиурга». Я объяснил, что это сделано для защиты их и их будущего ребенка. Ирчтани попытались убить моих двух сьельсинов, когда они сошли с «Аскалона», и охрана Эдуарда была вынуждена оглушить дюжину птиц, включая самого Китууна Анназа.

Это облегчило задачу.

«Я ничего не сделал», — возразил я.

«Ты поступил правильно», — ответила Селена.

Я молча кивнул, сложив руки за спиной. Свет, проникавший через высокие окна «Демиурга», казался почти черным. «Красиво, правда?» — спросил я, кивая на поверхность: вихрящуюся плазму, тянущуюся дугами высотой в десятки тысяч миль, океаны огня. «Я с трудом могу поверить, что это реально».

«Адриан».

Я оглянулся, грустно улыбаясь: «Надеюсь, ты права». Я снова посмотрел через высокие окна на солнце, горящее под нами, на бескрайнюю бесконечность огня. Мне казалось, что я мог бы смотреть на это вечно.

«Конечно, права», — фыркнула она. «Было бы лучше, если бы ты их убил?»

«Конечно, нет».

Свет, танцующий вокруг бесчисленных шпилей и башен «Демиурга», смешивался со щитами корабля, окутывая все судно авророй, так что казалось, будто мы плывем под поверхностью огромного сверкающего моря, а наши башни и контрфорсы похожи на плавники какого-то черного и прекрасного левиафана.

Только Рамантану — из всего своего вида — проявил желание отказаться от власти Наблюдателей. Он поклялся мне, а через меня — Утаннашу, самому Абсолюту. Он возложил свою веру, а значит, и веру всех, кто следовал за ним, на меня.

Но он все еще был одним из них.

Это было начало и доказательство. Доказательство того, что мальчик, которым я был когда-то, не являлся совсем глупцом.

«Я чувствую...» Как я мог это сказать? «Эти сьельсины — оба — они шанс. Лучший шанс для их вида».

Она не спросила меня, на что.

«Ты действительно думаешь, что мы сможем это сделать?» — задумчиво произнесла она. «Уничтожить солнце, я имею в виду?» Она подошла ко мне.

«У нас есть средства», — ответил я, чувствуя всю тяжесть этих слов.

«Тебе не кажется это... реальным?» — спросила Селена, вставая рядом со мной. Ее волосы сияли в свете звезд, красные как кровь, сверкающий поток, идеально гладкие. «Этого не может быть. Оно такое...»

«Вечное», — закончил я за нее, возвращая свое внимание к солнцу внизу. Мы пролетели над солнечным пятном, его яркая чернота сияла огнем изнутри.

Селена