Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

Пока охотник рассказывал о семействе Таденов, Клермон не столько слушал его, сколько наблюдал за Владычицей ночи. Тем не менее у него отложилось в памяти, что Тори Таден, глава семейства Таденов, занимался очень прибыльной торговлей. В его распоряжении находилось четыре корабля, которые он использовал для перевозки специй и тростникового сахара; ими торговала Идиотания — карликовое государство, расположенное на островах Мелководного моря. От Галитании, родных земель Клермона, их отделял широкий пролив, чьи бурные воды, усеянные многочисленными рифами, превращали плавание по нему в чрезвычайно опасное предприятие. Вдобавок белокожие дикари, населяющие Идиотанию, были свирепы и жадны до чужого добра. Тем не менее Тори Тадену везло, и беды обходили его стороной — пока слава о его богатстве не разнеслась по всей округе.

К тому времени, когда судьба повернулась к ним спиной, Тори Тадену было сорок, а его жене тридцать три года. Для женщины в феодальном обществе возраст уже солидный, но мать Тессы, несмотря на четверых детей, была в самом расцвете сил. Когда на женских посиделках гостьи заводили речь о своих многочисленных недомоганиях и начинали с недоумением посматривать на неё, она улыбалась и обычно говорила: «От предков мне досталось просто лошадиное здоровье. По словам повитух, всех своих детей я родила с кошачьей лёгкостью, без каких-либо осложнений. Да что там, за всю жизнь я ни разу даже не чихнула. Поэтому рада бы поддержать беседу и пожаловаться на свои болячки, но не хочу гневить Господина Солнце. Я здорова как простолюдинка». Тори Таден, потомственный корабельщик, тоже был здоров как бык. Неудивительно, что их скоропостижная смерть вызвала множество пересудов, с некоторым оттенком злорадства у хворых кумушек.

Ведьма явилась к Таденам в образе печальной девушки, одетой в простенькое тёмное платье. Она представилась дальней родственницей, а затем сказала, что по воле случая потеряла всех своих родных, и попросилась пожить у них, пока не найдёт своего брата, который, по её сведениям, остался жив после кораблекрушения, но она никак не может напасть на его след. Когда госпожа Таден поинтересовалась, почему он сам её не ищет, девушка всхлипнула. «Думаю, мой бедный брат потерял память, но я ни за что не оставлю его одного, что бы с ним ни случилось», — сказала она и приложила к глазам носовой платок.

Хотя родство вызывало сомнение, такая верность и самопожертвование растрогали Таденов. Гостье выделили не только комнату для проживания, но и небольшое содержание, чтобы она могла сохранять достоинство и не просить у хозяев на мелкие расходы.

Первое время Мирелла Маска, так представилась ведьма, вела себя скромно. Из своей комнаты она выходила лишь по необходимости и по глазам было видно, что она часто плачет. О пропавшем брате по-прежнему не было вестей, несмотря на то, что господин Таден не пожалел денег и нанял людей, чтобы его отыскали.

Госпожа Таден была проницательней супруга. Девушка не понравилась ей с первой же встречи, но у неё было доброе сердце. «Не исключено, — говорила она сама себе, — что я ошибаюсь на её счёт, виной чему ревность и привычка видеть соперницу в любой красивой женщине».

Чтобы отвлечь гостью от горя, она стала привлекать её к домашней жизни, а затем брать с собой, когда ездила с визитами к знакомым. Во время одной из таких поездок лошади вдруг понесли, и повозка вместе с пассажирками свалилась в воду. На дворе стояла поздняя осень, поэтому обе женщины сильно простудились. Вот только гостья вскоре поправилась, а госпожа Таден — нет, хотя раньше действительно никогда не болела. По словам очевидцев, она продолжала чахнуть день ото дня, несмотря на то, что Мирелла Маска практически ни днём ни ночью не отходила от её постели.

— Результат такой самоотверженной заботы не заставил себя долго ждать, — ухмыльнулся Кат Ворон.

— Видимо, госпожа Таден скончалась, и по окончании траура Мирелла Маска получила предложение руки и сердца от безутешного вдовца, — предположила Владычица ночи.

— Верно, — кивнул охотник. — Остальное мне известно со слов Тессы Таден. Как она сказала, её отец, хоть немолодой, но крепкий и сильный мужчина, за три года заметно постарел, особенно за последние полгода, причём настолько, что едва мог самостоятельно передвигаться, а затем вовсе слёг и больше не поднялся. А вслед за ним и мачеха, к удивлению домочадцев, начала сдавать буквально на глазах. Тогда старший брат вызвал лекаря, чему Мирелла Маска всячески противилась, но он её не послушал. Лекарь, который уже не первый раз встречался с теми, кто пострадал от ведьм, сразу её заподозрил и написал донос в жреческую канцелярию. Ну а когда явились охотники, то она уже сбежала, прихватив с собой пасынков и падчериц.

— Зачем же они согласились на это? — поинтересовался Клермон.

— Тесса Таден сказала, что они бежали из дома потому, что добрые сограждане, как только прознали, что их мачеха — ведьма, собирались её сжечь, причём вместе со всем семейством, — мол, кто якшается с ведьмой, тот сам продал душу нечистой силе. В пути братья служили ей охраной и носильщиками, ведьма прихватила с собой немало ценных вещей, а девушки исполняли роль служанок. Глуповатые братья, избалованные отцом, не смели перечить старой ведьме и беспрекословно её слушались, а девушек она просто била, если была чем-то недовольна.

— Почему Мирелла Маска не забрала их жизненную силу? — спросила Владычица ночи.

— Братья и сёстры Тадены находились под защитой молодости и, возможно, амулетов. К тому же наша гильдия шла за ними буквально по пятам. Думаю, она просто не успела, — ответил Кат Ворон.

— Что ещё вам известно?

— Чтобы оторваться от погони, Тадены за бесценок продавали прихваченное из дома имущество. Скудная выручка привела к тому, что деньги таяли как снег. Отводя душу, ведьма нещадно колотила сестёр, но делу это не способствовало. Настало время, когда им пришлось заложить последнюю лошадь и повозку. Ростовщик, естественно, не преминул воспользоваться их положением. Полученных денег хватило лишь на обед в трактире. К постоялому двору Клермона они уже брели пешком и без единой монеты в кармане. Что было дальше, вы знаете сами, — завершил Кат Ворон свой