Читать книгу - "Криминалист 9 - Алим Онербекович Тыналин"

успевает поставить на верную лошадку за эти секунды. Каждый раз. Девять раз из десяти.

Дырка не на бирже, а на проводе. Где-то между Нью-Йорком и Чикаго, на длинной кабельной трассе через три штата.

— Финнер, — сказал я, не отрывая глаз от табло. — А по какому проводу приходит сигнал? Чей кабель, какая линия, где проложено?

Финнер пожал плечами.

— «Эй-Ти-энд-Ти», магистральный кабель. А где идет, это вам у телефонной компании надо спрашивать. Я-то знаю только то что вижу на табло.

— Вот к ним и поедем, — сказал я Дэвису.

Я еще раз оглядел зал, на мелькающие цветные пиджаки, метель из бумажек, бегущие цифры на стенах, послушал крики. Все эти люди честно ждали когда увидят результаты.

А кто-то не ждал. Залез в провода и забрал результаты себе.

Надо найти место, где он это сделал.

Глава 6

AT&T

Я не терял времени. Из торгового зала мы с Дэвисом поехали прямо на Ла-Салль-стрит, узкое ущелье между банковскими башнями, финансовое сердце Чикаго, где в торце улицы громоздится Торговая палата, а по обе стороны тянутся брокерские дома.

Подозрительные счета открыты в трех конторах: «Меррилл Линч», «Дин Уиттер» и «Пейн Уэббер». Мы объехали все три.

Картина везде повторялась. Управляющий, нервничающий при виде жетона, поднимал документы по счету, и мы видели одно и то же, счет открыт на имя, за которым никого нет.

Не вымышленное лицо, настоящее, с номером социального страхования, но человек давно переехал либо оказывался дальним родственником, подписавшим доверенность за небольшую плату и думать забывшим о счете. Классические подставные счета, деньги текут через реального человека, а распоряжается ими кто-то другой по доверенности.

Семь счетов, разные имена, три конторы. По отдельности ничего. Но я был уверен, что где-то они сходятся.

Из конторы «Меррилл Линч» я позвонил в Вашингтон, Бэкстеру, у нас в отделе он сидел на картотеках и базах данных и умел вытягивать из бумаг то, чего там вроде бы и нет. Продиктовал ему все семь имен и попросил прогнать через две базы, Комиссию по ценным бумагам и налоговую службу.

Меня интересовало не само имя, а связи, кто за кого подписывал доверенность, на какой адрес приходят выписки, куда уходят деньги.

Бэкстер вскоре перезвонил в гостиницу.

— Нашел узел, — сказал он сквозь треск междугородней линии. — Из твоих семи счетов три связаны между собой. Доверенности оформлены через одного нотариуса, и выписки по всем трем уходят на один почтовый адрес. Офисное здание на Мичиган-авеню. Записывай.

Я записал адрес. Пока отложил, не зная еще, что он значит.

Узел был, но он указывал на получателя денег. А мне нужно было сперва понять не кто, а как это делается. Где в цепочке между ценой и биржей открылась та дыра шириной в двадцать пять секунд.

Региональный офис телефонной компании помещался на Мэдисон-стрит, большое безликое здание, какие ATT строила по всей стране. Меня провели к директору по безопасности сети, человеку по фамилии Ярдли.

Лет пятидесяти пяти, волосы седым ежиком, прямая спина, на столе фотография в военной форме связных войск. Отставной связист. Такому не надо объяснять дважды.

Я рассказал коротко, есть основания считать, что кто-то снимает данные биржевых котировок с магистрального кабеля до того, как они доходят до Чикаго, и использует временную задержку для торговли.

Ярдли слушал, не перебивая, и по тому, как у него сузились глаза, я понял, что он схватил суть раньше, чем я договорил.

— Вы понимаете, что говорите, — сказал он. — Если это правда, кто-то залез в магистраль. В мою магистраль.

Он встал, подошел к шкафу, достал свернутую в рулон карту и расстелил ее на столе, придавив углы.

— Кабель «Эл-четыре», — сказал он. — Главная коаксиальная магистраль восток-запад.

По карте от Нью-Йорка через всю страну тянулась синяя линия, прошитая через Пенсильванию, Огайо, Индиану, к Чикаго. Вдоль линии россыпь мелких значков.

— По «Эл-четыре» идет все, — сказал Ярдли. — Тысячи телефонных каналов, телетайп, биржевые котировки. Сигнал уплотнен, по одному кабелю одновременно идут сотни разговоров и лент, разнесенных по частотам. — Он провел пальцем по синей линии. — Котировки нью-йоркской товарной биржи входят в магистраль здесь, в Нью-Йорке, и идут на запад. До Чикаго сигнал доходит не напрямую, а через узловой коммутатор в Гэри, штат Индиана. Там его принимают, обрабатывают и передают на последний участок, в чикагский зал, на табло.

— А задержка? — спросил я. — В зале мне сказали, сигнал идет двадцать секунд от Нью-Йорка до табло.

— Около того. Сигналу надо физически пройти полстраны по кабелю, потом его обрабатывают на коммутаторе, потом он проходит последний отрезок. Набегает секунд двадцать восемь-тридцать.

Я склонился над картой.

— Покажите мне ближайший к Чикаго участок трассы. До коммутатора в Гэри. Где кабель идет по открытой местности.

Ярдли провел пальцем к точке юго-западнее Чикаго.

— Вот. Округ Уилл, Иллинойс. Кабель идет под землей через сельскую местность, поля, грунтовые дороги, редкие фермы. От этого отрезка до коммутатора в Гэри миль двадцать восемь.

Если снять сигнал здесь, насколько раньше его можно увидеть? Я прикинул в уме.

Задержка от Нью-Йорка до табло составляет около тридцати секунд, и большая ее часть набегает на последнем плече, через Гэри и обработку. Перехват за двадцать восемь миль до коммутатора дает преимущество секунд в двадцать три.

— Около двадцати трех секунд, — сказал я. — Ровно столько, сколько в распечатках. — Я выпрямился. — Это и есть наше место.

Ярдли нахмурился.

— Не складывается, — сказал он. — Если бы кто-то врезался в кабель «Эл-четыре», у меня сработала бы аварийная сигнализация. Любое повреждение оболочки, падение уровня сигнала и система немедленно даст тревогу на пульт. А с этого участка тишина. Сигнал в полной норме. Линия в порядке.

Я подумал немного.

— Значит, врезка не нарушает сигнал, — сказал я. — Никакого разреза или контакта с жилой. Индуктивный съем.

Ярдли посмотрел на меня с удивлением.

— Вы знаете, что это такое?

— Я знаю, что это возможно. — Я объяснил, скорее проверяя себя вслух. По проводу, когда по нему идет ток, вокруг него возникает магнитное поле, оно повторяет сигнал в проводе. Если охватить кабель снаружи катушкой, не вскрывая его, не касаясь жилы, это поле наведет в катушке слабый ток, копию сигнала. Так снимают сигнал, не трогая провод. Уровень в кабеле не