Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

[1] Хрумка – выдуманная змейка, имеет фиолетово-зелёную окраску, яд обладает временным парализующим действием.

[2]Буйрасы – профессиональные убийцы из секты, поклоняющейся божеству Двойного Сердца.

Глава 5

ГЛАВА 5. У красавиц бывших поклонников не бывает. Предложение, от которого не отказываются

На мгновение свет померк, и они оказались на открытой веранде роскошного городского особняка, аналога итальянского палаццо.[1]

— Это твой дом? — поинтересовалась Татьяна.

— Да, — Ладмон сел напротив неё и сложил перед собой руки. — Заказывай, что хочешь. Сложность не важна, еду готовит автоматика. Главное, припомни вкус: для воспроизведения этого будет достаточно.

— Офигеть! — восхитилась девушка, и одно за другим перед ней возникло несколько блюд.

Ладмон с удивлением их оглядел.

— Рыбья икра? Пережаренное мясо с крахмальной размазнёй? Куча сахара с маслом, яйцами и молотыми злаковыми? Отвар из сохлых ягод и фруктов? Ты серьёзно? Неужели тебе действительно такое нравится? Это же пустая еда, к тому же вредная для организма.

— Заткнись и дай мне насладиться деликатесами из моего детства. Ладно, можешь добавить травы… Не так много! Стараниями Клермона я уже достаточно зажевала витаминов за завтраком.

— Всё, всё! — сдаваясь, Ладмон поднял руки. — Ешь, не обращай на меня внимания.

— А ты почему ничего себе не заказал?

— Я не голоден. Мы с Тайрой поели совсем недавно.

Ладмон проиграл спор самому себе. Девушка съела всё, что заказала, и с довольным стоном откинулась на спинку стула.

— Э… тебе не поплохеет? — осторожно поинтересовался он.

Смерив его снисходительным взглядом, Татьяна фыркнула.

— Спокуха, мой несостоявшийся братец! От такого меню мне никогда не поплохеет. Ну что, давай приступим к деловой части нашей встречи? Итак, зачем я тебе понадобилась?

С тем же выражением на лице, что и Клермон в зале заседаний, её собеседник побарабанил пальцами по мозаичной столешнице.

— Я к тебе с предложением…

Татьяна поперхнулась.

— Надеюсь, не руки и сердца? — вопросила она сиплым голосом.

Ладмон посмотрел на неё и засмеялся.

— Видела бы ты своё лицо!.. Ой, не могу! Что, всё никак не можешь отрешиться от облика уродливого карлика, в котором я изначально предстал перед тобой?

— Хватит ржать! — не выдержала Татьяна и с досадой добавила: — В облике Ричарда ты был если не умней, то хотя бы серьёзней.

— Хочешь, чтобы я снова превратился в него и начал таскаться за тобой? — с подозрительным восторгом осведомился зеленоглазый красавец и, не дожидаясь ответа, оказался около её ног. — Сестричка, не бросай меня! — пролепетал он голосом карлика. — Хлуд! Ну, зачем ты нацепила такое длинное платье?

Татьяна неверующе посмотрела на подол, задранный выше колен, и нервно икнула.

— Гад, ты что творишь? — возмутилась она, но как-то нерешительно, что «гад» воспринял как поощрение и потёрся щекой о её голую коленку, при этом успев задрать ей платье уже до бёдер.

— О сестричка! Какая же ты сладкая…

— Да что б тебя! — Татьяна попыталась схватить тарелку со стола, но та исчезла, оставив её с пустыми руками.

«Ладно, ты сам напросился!» — она вознамерилась врезать прилипчивому перевоплощению карлика по причинному месту, но тот уже вновь сидел напротив неё, и, положив подбородок на сплетённые пальцы рук, с обиженным видом хлопал ресницами.

— Злая ты, сестричка! Неужели в тебе нет ни капельки сострадания? Не говоря уж о любви. Ведь я был готов положить за тебя жизнь. Кстати, что и сделал, подставившись под клинок наёмника, а затем чуть не убился, пока спасал тебя от тигра-людоеда… Ну вот, явился твой защитник, сейчас устроит мне допрос с пристрастием.

Действительно, на веранде возник Кат Ворон.

— Привет честной компании. Ничего, что я без приглашения? — осведомился он и сел на стул, который сам же создал. — Молчание, я так понимаю, знак согласия.

Кат улыбнулся девушке, которая смотрела на него с нескрываемой радостью.

— Что, Танюшка, этот жучара уже успел довести тебя до белого каления? Не переживай, вдвоём как-нибудь отобьёмся. Давай спросим, почему он задействовал именно тебя в своей авантюре, наверняка продуманной до мельчайших деталей. А лучше давай узнаем, каким образом ему удалось вырваться оттуда, откуда ещё никто не возвращался, кроме него и одного сумасшедшего землянина.

Возведя очи горе, Ладмон воззрился на гостя с выражением долготерпения золотой рыбки, умученной дурацкими пожеланиями престарелых рыбаков.

— Может, придержишь коней? Сначала поешь. А то в твоих мозгах царствует желудок.

Перед Катом возник хрустальный стакан с водкой, блюдечко с парой солёных огурчиков и громадная краюшка свежеиспечённого чёрного хлеба, сдобренная шматом сала, от которого исходил незабываемый чесночный дух. Ладмон указал на угощение.

— Прошу! Думаю, тебе должно понравиться, но если хочешь что-нибудь другое, заказывай сам, я тебе не официантка.

— Спасибочки! Тронут аж до соплей. Не ожидал такого внимания. Правда, одному пить водку не с руки, я же не какой-то дядя Сеня, алкоголик со стажем. Танюшка, может, ты составишь компанию?

— Нечего травить мою гостью. Ваша водка — редкостная дрянь, что не мудрено, поскольку вы её делаете из древесных опилок. Я выпью с тобой.

— Наш человек. Насчёт водки ошибаешься, приличную гнали из зерновых.

— К хлуду ваше земное пойло, давай я угощу тебя нашим сиртианским напитком. Уверяю, тебе понравится, древние его очень уважали.

— Уговорил, наливай. Вино из пруда, которым ты нас угощал, было выше всяких похвал. Я не прочь повторить его дегустацию.

— Это другое вино, но оно не хуже вчерашнего. Надеюсь. Во всяком случае, в исторических хрониках его очень хвалили.

На столе возникла большая пузатая бутыль светло-зелёного цвета, причём без каких-либо этикеток, и Татьяна подумала, что она выглядит точь-в-точь, как посудина, к которой прибегают киношники, когда им нужно изобразить, что герои распивают самогон. Кат подставил опустевший стакан, и Ладмон щедрой рукой плеснул туда мутноватую жидкость. «Как есть настоящий самогон», — утвердилась девушка в своём предположении.

— Ну, вздрогнем! — сказал Кат.

— Вздрогнем! — согласился хозяин палаццо, и, выпив, оба застыли с вытаращенными глазами.

— Эй! Вы там живы или как? — забеспокоилась