Читать книгу - ""Фантастика 2025-31". Компиляция. Книги 1-27 - Роман Корнеев"

class="p1">— Приемный сын и господин Муравский вовремя подоспели, — ну не буду же я рассказывать про всю операцию, с засадой ребят Никиты Вельяминова? — Так что очень советую обзавестись телохранителями, буйных с револьверами пока хватает.

— Я сознаю свою правоту, и потому господа террористы меня не запугают.

— Как знаете, мертвому, конечно, спокойней, да уж больно скучно.

Премьер не стал изливать на меня сарказм и, наконец, перешел к делу:

— Я просмотрел ваши бумаги.

В ответ я поднял повыше свою сумку и потряс ей, как бы говоря, что у меня есть еще. Кстати, сумка — большой минус его безопасности, никто даже не удосужился проверить содержимое.

— У меня сложилось двоякое впечатление. С одной стороны, ваши артели устранили чересполосицу, отчего почти отпала нужда выделения участков отдельных крестьян к одному месту. Де-факто артели покупают землю и действуют как собственник, которого правительство и хочет создать.

— Именно так, нам без разницы, кто вносит землю в артель, община одним большим куском или несколько мелких владельцев.

Столыпин кивнул и продолжил.

— Ваш Московский банк облегчает деятельность банка Крестьянского, принимая на себя часть кредитования и страхования крестьянских хозяйств. Но есть и конфликты с желающими выделится из общины.

— Все так, конфликты такого рода есть везде, не только в артелях.

Это была общая ситуация — после указа с витиеватым названием “О дополнении некоторых постановлений действующего закона, касающихся крестьянского землевладения и землепользования” из общин в первую голову выходили либо крепкие собственники в надежде построить отдельное товарное хозяйство, эдакие потенциальные фермеры, либо голь перекатная, чтобы продать полученный участок. И такое выделение частенько вело к напряжению в деревне, а то и выливалось в разборки и хорошо, если только с кольями.

Второй бедой было то, что прежде в общину входила вся семья, а вот выделенный участок становился личной собственностью главы семейства. При том, что и раньше в деревнях был неслабый конфликт поколений, когда все горбатились на старшего, сейчас он стал еще острее, поскольку наследовал землю только один из детей, а остальным выпадал шиш.

Но эта проблема была как-то вне зрения Петра Аркадьевича, его больше волновала административная функция общины. Нас она тоже волновала, в том смысле, что на сельское общество были навешены и хозяйственные, и фискальные, и властные задачи, да еще под мелочной опекой над волостями уездных и губернских присутствий.

— Уже два года, как правительство представило в Думу проект реформы местного суда и местного же управления, — рассказывал Столыпин, вышагивая вдоль Невки. — Но когда его примут, не могу даже предположить, закон об обеспечении рабочих на случай болезни рассматривается уже три года, и конца этому не видно, Дума работоспособна только частично.

Я не стал говорить о том, что Дума в России это проклятое место, вроде АвтоВАЗа.

— Знаете, Михаил Дмитриевич, распустить первую Думу было непросто, некоторые мне в глаза называли это "авантюрой", — премьера неожиданно пробило на откровение. — Сейчас те же люди считают авантюрой мое желание сохранить Думу нынешнюю. При том, что говоря тривиально, среди депутатов сидят такие личности, которым хочется дать в морду.

Чудом, просто чудом я не заржал, хотя распирало ужасно, и внимательно слушал.

— И я себя спрашиваю: есть ли шанс на успех? Есть ли вообще смысл над этим стараться?

— Конечно, есть, Петр Аркадьевич. Все самые успешные страны, даже монархии, так или иначе стоят на демократии. Жизнь благодаря прогрессу становится все сложнее и вскоре никакое правительство не сможет контролировать все и вся, неизбежно часть управления нужно будет отдать вниз, самим людям.

— Было бы странно слышать иное от социалиста, — хмыкнул премьер.

— Я убеждений не скрываю. Только воплощать свои идеи я предпочитаю не террором и переворотами.

— Да, мне докладывали, вы склонны более к созидательной деятельности. И внедряете социалистические принципы в артелях.

— А как иначе? Артель есть коллективное хозяйство, а социализм есть не что иное, как учение о коллективном хозяйствовании. И представленные нами данные показывают, что мы немало сделали в части улучшения жизни в деревне.

И тут я поймал кураж и начал рассказывать о том, насколько выросла урожайность, какие виды консервов производят в наших деревнях, что вокруг Питера и Москвы все крупные птичники построены членами Союза птицеводства, как артели продают лен напрямую в Англию, а масло в Европу, как мы повышаем степень передела сырья и строим новые заводики и мастерские, и что нам мешает в полную силу развернуться запрет на организацию общероссийского союза кооператоров. И все время порывался достать из сумки папки со сводками. Рассказал и про политику сотрудничества, что с нами даже те, кто не входят в артели, зарабатывают больше.

— Полагаете, поголовное объединение крестьян в артели может решить аграрную проблему?

— Измельчение уделов и невысокую продуктивность — да, а вот вторую часть проблемы нет.

— Что вы разумеете под второй частью? — даже остановился Столыпин.

— В среде крестьянства, причем всего, а не только артельного, живет глубоко укорененное непризнание права собственности помещиков на землю.

— Но в этих видах изданы были законы о предоставлении крестьянам земель государственных! На тот же предмет, для обеспечения крестьянского благосостояния, Государь повелел передать земли удельные и кабинетские.

Да, честно говоря, я был удивлен, на сколь большие жертвы пошло самодержавие — одна только отмена выкупных платежей вынимала из государственного кармана порядка 100 миллионов рублей ежегодно (расходовались они, правда, без толку — на выплаты помещикам, причем на десятилетия вперед). Ну и выделение части личных царских земель для обеспечения реформы. И громадный объем работ и расходов по землеустройству. Приперло, иначе не скажешь.

— К тому же, на правительстве, решившем не допускать даже попыток крестьянских насилий и беспорядков, лежало нравственное обязательство указать крестьянам законный выход в их нужде.

— Так артели заняты тем же самым! Почему же правительство не дает нам развиваться?

— Вы имеете в виду Центросоюз? И как вы намерены его создавать?

— Законным порядком, — развел я руками, — съезд, выборы, утверждение устава. Всероссийское объединение сможет создавать крупные предприятия, на коих могу работать не унаследовавшие землю крестьяне. Даже в 1905 году нам стоили больших трудов удерживать артельных от разгрома барских усадеб, а ныне с каждым годом в деревне все больше безземельных молодых крестьян.

Тем временем мы дошли почти до стрелки Малой Невки, впереди, за территорией Императорского института экспериментальной медицины, где трудился академик Павлов, замаячили корпуса нашего радиозавода.

— Петр Аркадьевич, не желаете на производство радиостанций взглянуть?

Столыпин выудил карманные часы, взглянул на них и отказался. Но подсластил пилюлю, даже, скорее, сахаром засыпал:

— Когда вы сможете предоставить доклад по созданию Центросоюза?

— Папка у меня с