Читать книгу - "Одиночка - Александр Александрович Долинин"

подушки-кранцы, поэтому хотя бы здесь за царапины на краске можно было не волноваться.)

Джинджер забралась наверх довольно быстро, и крикнула оттуда каким-то незнакомым, словно вдруг охрипшим голосом:

— Поднимайся!..

Веревку она закрепила, поэтому я полез наверх практически там же, где поднялась она, но все равно корячился чуть дольше. Да, двадцать лет назад это у меня получилось бы чуть побыстрее…

Джин стояла, замерев и обхватив себя руками за плечи, как будто ей было очень холодно. Я хотел было спросить, в чем дело, но наконец увидел то, что заметил во время своего поспешного улепетывания из-под обстрела. (Тогда я летел на малой высоте вдоль берега намного дольше, чем было нужно, но в то время мне было не до логических размышлений…)

Полость в склоне образовалась скорее всего после того, как когда-то от берега откололся здоровенный кусок, из которого и получились те самые «зубы дракона». Другие куски, поменьше, откололись и осыпались вниз, загромоздив «пролив». А еще какая-то часть, вывалившаяся наружу в виде этой самой осыпи, освободила место, к тому же скала треснула в глубину, образовав подобие грота. И почти в самой середине этой полости лежали… Остатки самолета? Причем небольшого гидросамолета…

— Посмотри, что там написано, — попросила меня Джин, заметно нервничая.

Я подошел и с трудом прочитал на облезлом куске фюзеляжа:

— Тут написано «Сивольф»…

Джинджер закусила губу так, что выступила капля крови.

— Пожалуйста, посмотри, есть там кто-нибудь в кабине… Я… боюсь…

Твою ж мать!!!.. Так самолет Айвана назывался!!!..

— Подожди, может, это какой-нибудь другой «Сивольф»… — ответил я ей и полез дальше, туда, где свод начинал резко снижаться и эта пещера становилась похожей на воронку. Джин ничего не ответила, продолжая кусать губы.

Остекление фонаря кабины было разбито ударом о свод пещеры, скорее всего в тот момент, когда самолет «впилился» туда. Вот ведь не повезло летуну… Скорее всего, «тянул» к берегу, перевалил через «зубы», а подняться выше не успел, или не смог. Сейчас можно только гадать, что у него случилось на борту… Двигатель, раньше крепившийся на пилоне за кабиной, лежал сзади, вмятый в фюзеляж тем же ударом. Вот как… В воде не утонул, об вертикальную стену не разбился, на песчаный пляж не упал, а в единственную на многие километры берега пещеру влетел… Почему он не сгорел? Наверное, горючего уже мало было, иначе шел бы в сторону Порто-Франко, для самолета это не очень большое расстояние. Значит, считал, что не дотянет… Елки-палки, тут надо быть прямо тараканом, чтобы отсюда пролезть в кабину… Хотя, попробую с другой стороны, там потолок вроде чуть повыше…

В кабине были останки двух тел. С дальней от меня, левой стороны, сидел явно летчик в развалившейся от времени куртке. Как будто что-то кольнуло внутри — на фотографии в кабинете Джинжер, парень был одет в такую же… Сначала придется разобраться с «пассажиром». Несколькими пинками мне удалось полностью распахнуть приоткрытую, погнутую при катастрофе дверцу кабины и всунуться внутрь. Да, зрелище не для слабонервных… Хорошо, перед подъемом по склону я надел перчатки, иначе точно разодрал бы руки осколками остекления и погнутым, торчащим во все стороны металлом. Вытащив костяк из кабины, я поволок его ко входу в грот. Да, тут опознавать некого — по голове пришелся удар каменного выступа, что ли. В костяшках правой руки был зажат ржавый «Кольт 1911», в магазине которого не хватало двух патронов. Правда, чтобы это установить, мне пришлось изрядно повозиться и поковыряться. В карманах не было ничего интересного. Ну, то есть вообще — ни-че-го! На данный момент было ясно только то, что при жизни это был мужчина примерно среднего роста, без металлических коронок на зубах, в полете имевший при себе пистолет. А когда конкретно он из него стрелял — сие мне неведомо… Одежда — да в такую одето большинство из населения Новой Земли, ничего конкретного, никаких меток или нашивок.

Я вопросительно посмотрел на Джинджер, она отрицательно помотала головой. Ну, это еще ни о чем не говорит…

Снова приходится лезть в кабину. Оп-па, под пассажирским сиденьем нахожу не очень большую сумочку. Так, что тут? Кожа расползается под пальцами, да, сыровато здесь, особенно после зимнего сезона… Пара запасных магазинов для «Кольта» с позеленевшими патронами, а это что? Зажигалка и пара завернутых во что-то сигар, что ли? На фиг… А вот это что такое?..

Вытаскиваю из сумочки свернутый во много раз пластиковый пакет. Мало того, что он темный, так еще и скручен. Внутри что-то колючее, как будто осколков стекла насыпали. Ладно, потом буду проверять, что еще? Вроде закончил осмотр, пусто в сумке…

Останки пилота прижаты к левому борту, как будто он пытался отстраниться от пассажира. Хотя, это могли быть и последствия удара… Замок на привязных ремнях не расстегивается, приходится перепиливать их ножом. Взмокнув, я все-таки смог вытащить пилота из кабины. Ой! На поясе у него, слева, закреплены небольшие кожаные ножны. А что в них?.. С бешено колотящимся сердцем достаю оттуда небольшой кинжал, в рукоятку которого вделан небольшой желтый камень. По размеру и по форме это… тот самый «Дирк», которого не хватает на стене в «оружейке»!.. Эх, не повезло тебе, парень… На камне ясно вижу глубокие царапины, это чем же его? У топаза твердость большая, им самим многое поцарапать можно… В кармане куртки обнаруживаю Айдишку, на которой читается имя «Айвен…». Вот и конец истории с исчезновением самолета… В другом кармане нахожу небольшой пакетик с мелкими камешками, что ли — на ощупь не пойму, вскрывать пока не хочу, этим можно заняться и позже. Больше в кабине нет ничего ценного, за прошедшее время все покрылось грязью и солью. В небольшое отделение для багажа вообще невозможно заглянуть — так смят корпус. Да и фиг с ним, сейчас другие заботы есть…

Осторожно вытаскиваю останки пилота наружу, не решаясь тащить их дальше, зову:

— Джин, подойди сюда, пожалуйста, только осторожно!..

Медленно переступая по торчащим камням, она подходит ближе. Я говорю:

— У меня плохие новости… — и протягиваю ей найденную «Айдишку».

Она несколько секунд смотрит на нее, затем опускается на колени возле тела и начинает беззвучно плакать. Я беру оставленный возле кабины кинжал и кладу его на куртку.

— Да, это ты, Айван… Наконец-то я нашла тебя…

Через некоторое время она перестает плакать и тихо сидит, поглаживая рукоятку кинжала.

— Джин, мы заберем его отсюда. Только вот второе тело нужно будет тоже убрать, чтобы его не нашли.

Она машинально кивает головой, даже не