Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

той, что убаюкивает, а той, что давит. Наваливается, заставляет сердце биться быстрее, дыхание — прерываться.

Дарья открыла глаза.

В комнате было темно. Кристальный светильник, который она оставляла на ночь, погас — хотя батареи должно было хватить ещё на неделю. Луна не пробивалась сквозь щели — тучи затянули небо. Только тьма. Густая, вязкая, живая.

Она хотела позвать мать, но не смогла. Голос застрял в горле. Вместо него пришёл холод. Ледяной, пробирающий до костей, высасывающий тепло из каждой клетки. Она попыталась встать — тело не слушалось. Пальцы онемели, ноги стали ватными.

Сквозь пелену, застилавшую глаза, она увидела, как в углу комнаты сгущается тень.

Она не была похожа на обычную тень. Она двигалась. Плыла к ним, к лежанке, к Мишке, который вдруг перестал дышать.

Дарья закричала.

Крик не прозвучал. Только беззвучный хрип, только судорога, сжавшая горло.

А потом тьма коснулась её.

Пронизывающая боль и темнота. Некому было больше кричать.

В соседней комнате, через стенку, спали ещё двое. Девочка пяти лет, которую звали Злата, и мальчик чуть постарше — её брат Митя. Они лежали на одной лежанке, обнявшись, и во сне их лица были безмятежными.

Тьма пришла и к ним.

Злата проснулась за секунду до того, как холод коснулся её. Она увидела маму, которая стояла в дверях — но мама была мертва уже несколько часов, и это была не мама. Это было что-то другое. Что-то, что улыбалось ей из темноты.

Девочка закричала — или ей только так показалось. И замолкла навсегда.

Утром главный зал взорвался криками.

Лекс бежал по коридору, не чувствуя ног. За ним — Айрин, Клык, Зураб, Кор-Дум. Впереди, у входа в южное крыло, стояла Агафья. Она была бледна, как полотно, и сжимала в руках свой посох так, что костяшки побелели.

— Не ходите туда, — сказала она, когда они приблизились. — Не надо. Детям не нужно это видеть.

— Что случилось? — голос Лекса прозвучал глухо, чужим.

Агафья покачала головой, отвернулась.

— Сами посмотрите. Только... не пускайте остальных.

Он шагнул вперёд.

Южное крыло встретило его запахом. Сладковатым, приторным, тошнотворным. Запахом, который он слишком хорошо знал по Кристаллическим полям. Запахом смерти. Здесь, в этом маленьком, тесном коридоре, он был особенно густым, особенно тяжёлым — будто сама тьма пропитала стены.

Они лежали там, где спали. Десять человек. Женщины, дети, старики. Их лица были спокойны — не искажены болью, не перекошены ужасом. Просто... пусты. Глаза открыты, но в них нет жизни. Только пустота. Будто что-то вычерпало всё, что делало их людьми, оставило только оболочки.

Дарья лежала на боку, прижимая к груди Мишку. Младенец был мёртв. Его маленькое личико, ещё не успевшее обрасти морщинами, казалось восковым. Рядом — Анисья, её мать. Она умерла, вытянув руку к дочери, будто пыталась защитить, не успела.

Все тела из комнат вынесли в коридор.

Лекс медленно прошёл вдоль ряда тел. Десять. Он насчитал десять. Семь женщин, двое мужчин (старики, те, кто уже не мог воевать, но помогал по хозяйству), один младенец. И ещё двое детей. Они спали в соседней комнате, на одной лежанке, обнявшись. Наверное, боялись темноты.

Лекс остановился над ними. Смотрел, не в силах отвести взгляд.

— Кто? — голос Айрин прозвучал за спиной. Он не слышал, как она подошла. — Кто это сделал?

— Аватар, скорее всего, — ответил он. — Тот, кого я видел на перевале.

Она подошла ближе, встала рядом. Её рука легла ему на плечо, но он не чувствовал тепла — только тяжесть.

— Почему они? Почему не бойцы, почему не я?

— Потому что она хочет, чтобы мы боялись, — сказал Лекс. — Не за себя. За тех, кто слабее. За тех, кого мы не можем защитить.

Он обернулся. Взгляд его упал на стену, где, тускло мерцая багровым, горела надпись. Символы на языке Древних. Он прочитал их, не прибегая к помощи Архитектора — слишком хорошо запомнил те, что видел в камере Вэл'Шана.

«Боги не прощают».

Та же фраза. То же предупреждение. Та же угроза, выжженная в камне.

— Она хочет, чтобы мы сдались, — сказал Лекс. — Чтобы побежали, бросив всё. Чтобы страх разорвал нас изнутри.

— И что мы будем делать? — спросила Айрин.

Он посмотрел на неё. На её бледное, решительное лицо. На глаза, в которых не было страха — только холодная, вымороженная решимость.

— Бороться, — ответил он. — По-другому не получится, по-другому смерть.

Паника пришла не сразу, как накатывающее цунами. Сначала была тишина — та особенная, звенящая тишина, которая бывает после большого горя. Люди не плакали, не кричали, не спрашивали. Они просто стояли, глядя на тела, которые выносили из южного крыла. Десять носилок, накрытых простынями. Десять холмиков под ними.

Агафья, которая помогала выносить детей, шла последней. В руках она держала маленькое, завёрнутое в тряпицу тельце. Та самая девочка, которая ещё вчера бегала по залу, показывая всем свою новую куклу.

Лада, стоявшая у стены, узнала её. Она не закричала — только прижалась к Барсу, который вдруг зарычал глухо, тревожно, и спрятала лицо в его шерсти. Барс лизнул её в макушку, но девочка не шевелилась. Она смотрела на завёрнутое тельце, которое Агафья несла к выходу, глаза её были сухими, пустыми, как у тех, кто уже выплакал всё. Она не отпускала Барса, вцепившись в его лохматую шерсть мёртвой хваткой, даже когда Агафья скрылась за поворотом, Лада продолжала смотреть в пустоту.

А потом кто-то закричал.

— Это Лекс навлёк на нас гнев богов! — голос принадлежал молодому парню, одному из тех, кто пришёл с Кристаллических полей. Его звали Тихон, он был одним из первых, кто поверил в Лекса. Сейчас его глаза горели безумным огнём. — Он обещал нам свободу, а принёс смерть! Если бы не он, боги не искали бы нас!

— Заткнись! — рявкнул Зураб, шагнув к нему, но парня уже поддержали другие.

— А может, он прав? — сказала женщина, прижимая к груди ребёнка. — Раньше нас не трогали. Мы жили, работали... а теперь? Десять человек за одну ночь!

— Они были слабы, — перебил Клык. — Аватар выбрал тех, кто не мог защититься. Это не Лекс навлёк, это враг ищет, где больнее ударить.

— Враг? — Тихон рассмеялся истерично. — Это боги, Клык! Боги! Мы не можем воевать с богами!

— А что предлагаешь? — голос Лекса прозвучал из темноты, и