Читать книгу - "Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская"

узнала руки с изуродованными пальцами – их я видела в подземелье, сомнений быть не могло! Провалы выжженных глазниц, беззубый рот, откуда вывалился сизый острый язык – все это говорило о том, что герцог не лжет и на виселице в самом деле болтается Рекхе, сердце которого вырезали из груди, чтобы наверняка покончить с демоном.

Если бы жители Таммельна могли бы сейчас подмечать какие-то странности в происходящем, то непременно бы заметили, как дядюшка Абсалом в ужасе отползает от тела того, кто якобы был при жизни его сообщником, а бедный Мике в ужасе пытается совершить отвращающие знаки скованными руками. Им довелось увидеть мертвого демона ближе, чем кому бы то ни было.

Я, сглотнув комок, подступивший к горлу, оглянулась на Хорвека, пытаясь заметить на его лице отражение хотя бы каких-то чувств, но он рассматривал тело демона с совершенно бесстрастным видом, а затем, заметив мой напряженный взгляд, лениво бросил:

-Всего лишь падаль…

Вовсе не такой эпитафии я ожидала из его уст, однако ничего другого он не прибавил. Впрочем, чего можно было ожидать от существа, глядящего на свое же мертвое тело? Кто знает, принято ли было у демонов скорбеть по своей погибшей оболочке – пусть даже новая казалась им совсем негодной?.. Тут же я услышала голос господина Огасто, еще не закончившего свою речь. С каждым словом герцог становился, казалось, все выше, все пламеннее, а две женщины за его спиной превратились в прекрасные изваяния – одно торжествующее, а другое – выражающее лишь горе и покорность.

-Как желал бы я!.. - говорил герцог. – О, как бы я желал сказать, что зло сегодня будет наказано по заслугам. Но на этот эшафот сегодня не взойдет та, которая провинилась перед богами и людьми более всех. Рыжая ведьма!

Вновь мне показалось, что я схожу с ума. Рыжая ведьма? Но ведь она стояла сейчас рядом с господином Огасто, и из-за ее навета мой дядюшка и Мике были объявлены преступниками… Однако следующие слова все объяснили – и заставили меня покрыться холодным потом.

-Рыжая ведьма Фейн! – произнес господин Огасто с ненавистью. – Племянница колдуна и невеста Мике Кориуса! Это она вела разговоры с демоном! Она задумала его спасти! Ведь так? Так?!

Он резко повернулся к обвиняемым, наставив на них палец, и дядюшка растерянно забормотал, кланяясь и умоляюще вздымая скованные руки:

-Глупа, ох глупа девчонка! Ваша Светлость, глупее во всем мире не найдете – это точно! Но какая из нее ведьма? Смилуйтесь над моей бедной головой! Если в чем и виновен, так в том, что не досмотрел за девкой… Ее саму околдовали, истинно вам говорю! А я сам ничего, ничего не знал, чтоб мне век спины не разогнуть!

Мике же продолжал молчать, бледнея все более явно.

-А ты, деливший невесту с демоном? – ярость герцога нарастала, и я догадалась, что на самом деле это рвется наружу гнев ведьмы. – Что ты скажешь в свое оправдание?

-Фейн… - Мике с трудом разлепил губы. – Фейн не совершила бы злого поступка!

-Нет раскаяния в их душах! – вскричал господин Огасто, и отвернулся от дядюшки и Кориуса-младшего. – Ложь и упорствование во зле! Что ж, слушайте жители Таммельна мой указ: где бы вы не увидели рыжую ведьму Фейн – немедленно должны уведомить о том стражу! Она тут же должна быть арестована! Мне она нужна живой! Сто золотых награды тому, кто приведет ее ко мне!

Толпа закричала радостно и зло, и я различила среди возгласов то, как некоторые бранились на Мике, спрашивая у него, не стыдно ли ему называться женихом шлюхи, сошедшейся с нечистым духом.

Я невольно сделала шаг назад, и вновь наткнулась на Хорвека, который придержал меня за плечо, и, склонившись, промолвил с насмешкой:

-Сдается мне, твой прекрасный герцог наконец-то обратил на тебя внимание и оценил по достоинству.

-Прикуси язык! – вспыхнула я. – За него сейчас говорит ведьма! Если бы не ее колдовство…

-То Его Светлость уже вел бы тебя к алтарю? – хохотнул бродяга. – Бедный твой жених – тот, которого должны нынче повесить. Из-за колдовства он думает, что ты бросила его ради демона. Не будь чар – узнал бы, что ты бросаешь его ради герцога… Не слишком ли ты жестоко обошлась с мальчишкой?

Слова его попали точно в цель – даже если бы к моим щекам приложили бы раскаленное железо, они бы не горели сильнее.

-Да, это я виновата… - мне хотелось закричать это, но горло словно сдавила та самая петля, которая дожидалась меня. – И я лучше умру, чем буду смотреть молча на то, как… Отпусти меня!

-Говорю тебе, ты не спасешь их, показавшись ведьме, - Хорвек объяснял терпеливо и спокойно. – И я вовсе не собирался тебя к этому подталкивать. Если ты и впрямь хочешь сохранить им сегодня жизнь, то будешь смеяться, глядя на то, как их поведут на смерть. Нищие всегда радуются, когда видят казнь богатых и уважаемых людей. Улыбайся – она сейчас ищет в толпе тех, кто испуган…

Я поверила ему, ведь сама уже ничего не понимала. Никогда еще мне не давалась с таким трудом улыбка – я изо всех сил растягивала пересохшие губы, так, что они вот-вот должны были потрескаться. Господин Огасто тем временем обратился с короткой речью к священникам, смиренно ждавшим поодаль своей очереди, и святые отцы торопливо сообщили в ответ, что передают право на суд сюзерену этих земель, раз уж проклятые колдуны желали навредить именно ему.

-Почему они так легко согласились? – прошептала я, улыбаясь из последних сил.

-Потому что твой дядюшка был им не по нраву, я полагаю, - ответил Хорвек. – А дела о колдовстве предписано решать как можно быстрее, чтобы чернокнижники не успели одурманить разум судей. Никому не хочется прослыть околдованным, так что снисхождение в делах о чародействе суды никогда не проявляют.

-Его Светлость говорит, что они будут немедленно казнены! – я едва удерживалась от того, чтобы не начать кусать собственные руки. – Хорвек! Что, если ты ошибаешься? Что если мне нужно попытаться…

-Улыбайся, Фейн, - сказал он, приобнимая меня. – Смейся! Глотни вина – еще немного осталось на дне… Ее глаза сейчас повсюду, и если она поймет, что ты здесь – мы умрем.

Словно подтверждая его правоту, над толпой закружилась стая ворон, невесть откуда прилетевших к площади – и