Читать книгу - "Не по собственному желанию 3. Финал - Александр Куринь"

Впрочем, о чем я? Если вы, как утверждаете, долго жили в Советском Союзе, то просто не могли её не знать. Там ее каждый слышал. Хочу похвастаться: я был одним из тех, кто первым исполнял её, и случилось это в присутствии первого космонавта – Юрия Гагарина. Давно все было – мечтательно проговорил он, - лет пятьдесят прошло, но я до сих пор отлично помню те беззаботные времена своего детства, когда нас пригласили в "Артек". Что ни говори, а такое надолго остаётся и в памяти, и в душе.

Почему меня назвали мистером Нордменом? - Так понятно, я ведь не собирался светить своей настоящей фамилией, слишком уж известна она во всём мире. Но всколыхнуло память иное. Я вспомнил, что в составе той интернациональной команды первых исполнителей, было двое йеменцев - брат и сестра. Мне не удалось вытащить из глубин памяти имя брата, а вот имя сестры вспомнилось сразу - Барика.

- Послушайте, уважаемый сейид, - обратился я к своему собеседнику, - вы правы, это б действительно произошло очень давно, я также вспоминаю тот случай. Среди участников было двое выходцев из вашей страны, и я до сих пор не забыл, как звали ту очаровательную девушку. Думаю, не ошибусь, если назову её имя - Барика.

Мне показалось, что Керим, едва не подпрыгнул от неожиданности, а затем, пристально всмотревшись в мое лицо, неуверенным голосом спросил:

- Алекс… Александр… неужели это ты?.. Неужели Аллах в своей безмерной любви услышал мои молитвы и дал возможность напоследок заглянуть во времена беззаботного детства.

Мы вскочили со своих мест и бросившись навстречу, сжали друг друга в крепких объятиях. Мои охранники, как и местная братва, смотрели на нас с изумлением, совершенно не понимая, что происходит. Затем, едва ли не час, все время перебивая и дополняя друг друга, мы делились общими воспоминаниями. Оказалось, сестра Карима, Барика, до сих пор жива и занимает ответственную должность первой жены очень уважаемого в этих краях человека. Именно благодаря ее протекции, моему давнему знакомцу и удалось получить под командование одно из местных формирований.

Вновь объяснять Кериму все выгоды своего предложения мне не пришлось, я лишь добавил несколько приятных бонусов в виде поставок современного вооружения. Внимательно выслушав, и приказав заткнутся своему заместителю, Керим согласился на все, под конец заявив:

- А знаешь, Алекс, неделю назад нас посетили несколько иранских офицеров. Они предупреждали, что вскоре к нам заявится какой-то богатый янки и будет уговаривать поработать на его интересы. Вот только теперь я знаю, что эти сыны ишака нам солгали. Кто, как не я помнит, что никакой ты не американец, а советский, а вы всегда были друзьями нам, арабам.

На следующий день у меня получилось посидеть и поговорить по дущам с заместителем Керима. Не хотелось оставлять непонятки у себя за спиной. Перед отъездом следует уладить все разногласия и не оставлять недоразумений. В свое время, изучая досье на местных вожаков, я запомнил эту персону, которая считалась одним из духовных лидеров всего юга Йемена. Эдакий старичок, года на четыре старше меня, он некогда преподавал в медресе Аль-Султания, в хорошо мне знакомом Алеппо. Так случилось, что этот Сакур ввязался в высокую политику и после того, как отец нынешнего президента, мой старый знакомый Хафез Асад, в 1982 году подавил восстание "Мусульманского братства", был вынужден, оставив свое медресе срочно смазывать пятки. Совсем как тот Эней у Котляревского. Находится и дальше в Сирии, было не только опасно, но и бессмысленно. Во-первых, он был шиитом, а во-вторых, Хафез Асад позакрывал все медресе в стране, считая, что именно оттуда и расползается эта исламистская зараза.

Но всё это будет потом, а сейчас я разбудил в нём давние воспоминания. Как оказалось, шейх прекрасно помнил события семьдесят четвёртого года, когда я героически предотвратил террористический акт у полицейского участка города Алеппо. И не только вспомнил, а ещё и знал об этом можно сказать изнутри, ведь именно члены их братства и готовили то неудачное нападение. Вначале, между нами возникла некоторая напряжённость, но после того, как я с юмором рассказал о том, что и как произошло в действительности, всё уладилось. Так сказать, не по моей злой воле, просто такова была воля Аллаха. После нашего разговора, шейх также убедился, что я и в самом деле советский, а не какой-то американский агент или не приведи Аллах, израильтянин. Вот так, за общими воспоминаниями о старом добром Алеппо, его рынках и кофейнях мы просидели до полуночи. Расстались добрыми друзьями, которых объединяют общие воспоминания и надежды на будущий совместный успех.

На следующее утро, часть специалистов из моей команды, принялась за согласование деталей будущих операций, в то время как другая, отправились на побережье, в поисках подходящнй бухты для базирования наших катеров-дронов. Не прошло и недели, как греческий балкер, загрузившийся на Сифносе, доставил полтора десятка морских беспилотников и приличный груз взрывчатки. На примере каховской плотины мы хорошо знали возможности наших корабликов. После того как мы обо всем договорилисьт, мне оставалось лишь наслаждаться морским воздухом и греться на солнышке, в ожидании известия о появлении жирной утки.

Отношение к нашим людям было доброжелательным: ещё бы, ведь их старшой оказался давним другом шейха. А еще, хозяевам пришлась по вкусу затея, которая наверняка испортит жизнь проклятым капиталистам. Ещё бы: так смачно ударить по носу всемирному олигархату, да ещё и за чужой счёт!

Операция была продумана в мельчайших деталях. Удивляться было нечему: все же воюем не первый год - и не с кем-нибудь, а со второй армией мира. Разведывательная сеть, разбросанная от Стамбула до Суэцкого канала, своевременно снабжала нас информацией о том, какие суда и под чьим флагом повезут через Баб-эль-Мандебский пролив российскую нефть. Нашим лозунгом стало известное "No pasarán".

Слишком долго ожидать первую цель не пришлось: уже через неделю наши усилия принесли первые плоды. Как после этого писали мировые СМИ, "йеменским террористам" впервые удалось не только повредить, но и пустить на дно большой китайский танкер и серьёзно повредить ещё три, которые шли под флагами таких известных морских держав как Либерия и Габон.

Эту первую операцию я хотел увидеть собственными глазами, что и было сделано с помощью мощного телескопа, установленного на склоне горы. Наблюдательную позицию оборудовали с комфортом, она оказалась не хуже чем на смотровой площадке Эйфелевой башни. Погода стояла чудесная: в небе ни облачка и видимость достигала километров тридцати. Я