Читать книгу - ""Фантастика 2025-31". Компиляция. Книги 1-27 - Роман Корнеев"

Банкет понемногу завершился, собравшиеся снова перешли к хождению и разговорам, на этот раз меня «пасла» Соня Халютина, которой я оказывал знаки внимания – демонстративно, для Саввы Морозова, чтобы хоть так дать ему понять, что я вовсе не покушаюсь на его отношения с Андреевой.

Вечер затих далеко за полночь и несомненно удался, к имиджу инженера Скамова теперь накрепко приклеилась репутация острослова. Савва Тимофеевич тоже выглядел довольным и даже довез меня до дома в своем экипаже, я на прощание облобызал ручку Марии Федоровне и расстался с Морозовым, что называется, на дружеской ноге. Ну и славно, человек он мощный и очень интересный, надо будет попробовать его от ранней смерти отодвинуть, а то связался с революционерами, денег им давал, а они его, как говорят, и грохнули, когда припекло. Темная история, в общем, официально самоубийство, но похоронен на старообрядческом кладбище в освященной могиле, чего никогда бы не случилось, наложи он на себя руки.

Зима 1899 года

– Ну, Леонид Борисович, удачи! За Егором присматривайте, он слишком шебутной да инициативный не по делу, пишите чаще, проверяйтесь еще чаще, – я обнял Красина и отошел от вагона.

Первая партия на юг Африки уезжала с Брестского вокзала до Антверпена, оттуда морем в Кейптаун. Господи, какие же они молодые… Вон, чуть не подпрыгивают от возбуждения, как же, едут через полмира воевать! Ребята были уверены, что их цель – скорая англо-бурская война, поскольку истинную задачу экспедиции знали только руководители, остальным в целях безопасности было решено довести ее только на месте. Понятное дело, что кто-то от таких новостей может взбрыкнуть, но Красин и Савинков сильные лидеры, сумеют повести группу за собой, на то и расчет. Да и состав вроде подобрали неплохой, кандидатов в ходе подготовки по нескольку раз прогнали через мелкие ловушки, отслеживая поведение, что позволило отсеять семерых сомнительных и выявить двух агентов полиции.

На проезд и «командировочные» ушла большая часть патентных выплат, но за это я не беспокоился – на третий месяц после возвращения из Швейцарии благодаря усилиям Альберта деньги наконец-то поперли.

С ростом цюрихских доходов повеселел и Зубатов, во-первых, они позволили закрыть все расходы из «секретных фондов» по моему обустройству. Во-вторых, кое-что начало капать и ему в карман, и, судя по динамике, это будет очень неплохое «кое-что». Ну и в-третьих, начальство, хоть и морщилось, но перестало гнобить Сергея за «рабочие общества». Вот что рубль животворящий делает!

Дзынькнул колокол, перрон окутался паром, засвистели кондуктора, и поезд тронулся в сторону воплощения главной моей авантюры. Через месяц-другой, когда придут еще деньги, вдогон отправится группа Савинкова, который пока начал учебно-боевую «радиоигру» с полицией через выявленных агентов. И останусь я на пару с Колей Муравским.

Впрочем, Коля заметно вырос как организатор и прекрасно вытянул два проекта сразу – потихоньку внедрял «левых» в обоих смыслах пропагандистов в зубатовские квазипрофсоюзы и с помощью своих профессоров пробил-таки устав «Жилищного общества инженеров». Так что придется нагрузить его еще одним делом, пора создавать сеть типографий, для начала легальных. Ну там визитки-открытки, буклетики-билетики и прочая фигня, причем я категорически потребовал размещать их под боком у больших типографий, а лучше всего прямо арендовать помещение у них. Почему? А там постоянная движуха бумаги, краски, шрифта, продукции, в которой нелегальщину будет очень трудно отследить. Хочешь спрятать листик – прячь его в лесу, ага. Поработают годик, обучат персонал, набьют руку, проверит их полиция разок-другой-третий и вперед, печатать газеты и листовки.

За пару месяцев до отъезда в Трансвааль Красин передал мне на связь несколько своих контактов, среди которых был его товарищ аж с 1891 года Глеб Кржижановский, инженер, будущий создатель плана ГОЭЛРО и, что сейчас важнее, старый товарищ Чернова по Саратову и близкий друг Ульянова по «Союзу борьбы». Но самое главное было то, что Глеб отбывал ссылку в том же Минусинском округе, что и Ленин, в Тесинском, всего в 60 верстах от Шушенского. Через него-то и пошла переписка, и сегодня до меня добрались сразу два письма.

«Дорогой Михаил Дмитриевич!

Я очень и очень рад, что мне удалось-таки получить от Вас письмо о Ваших идеях и поездке к одному нашему общему знакомому в ”прекрасном далеке” и переговорах с ним. Лучше ли его здоровье? Есть ли надежда, что он будет писать?

Про меня Вам, конечно, рассказывали достаточно, так что добавлять нечего. Живу я здесь почти отшельником. Здоров вполне и занимаюсь понемногу и для журнала, и для своей большой работы.

Я не забываю, конечно, что при российских условиях нельзя требовать от газеты допущения одних Genossen и исключения остальных, но ведь такая газета все же не альманах, допускающий марксизм, собственно, из моды, а орган направления. Поэтому для такой газеты обязательно бы налагать некоторую узду на ученых наездников и на всех ”посторонних” вообще. Только тем и объясняется громадный успех ”Нового Слова”, что редакция вела его именно как орган направления, а не как альманах.

Я ничего так не желал бы, ни о чем так много не мечтал, как о возможности издавать газету для рабочих. Но как это сделать отсюда? Очень и очень трудно, но не невозможно, по-моему.

Способ я знаю лишь один – тот, коим пишу эти строки. Вопрос в том, можно ли найти «почтальона», на которого должен пасть нелегкий труд, но я не отчаиваюсь: если теперь не удастся, может удаться впоследствии.

Далее. Посылая нам литературу, адрес: Питер, Александровский чугунный завод, химическая лаборатория, господину Лучинскому, прибавьте, если будет возможность, другой материал: вышедшие брошюрки в Женеве, интересные вырезки из ”Vorwarts” и т. под.

Мне не нравится адрес в Цюрихе. Не можете ли достать другой – не в Швейцарии, а в Германии. Это было бы гораздо лучше и безопаснее.

Такая просьба: нам крайне нужна краска. Нельзя ли бы как-нибудь доставить? Оказии нет ли? Пожалуйста, подумайте об этом или поручите подумать Вашим ”практикам”. Кстати, Вы просили прямо к ним обращаться. Тогда сообщите: 1) знают ли они наш способ и ключ; 2) знают ли, от кого идут эти письма.

Жму руку, В.У.»

Шуршащий листочек тоненькой, почти папиросной бумаги, доставленный в корешке книги оказией из Красноярска, и особенно слово «почтальон» навели меня на мысль, как наладить регулярный обмен почтой и литературой. Вполне ведь можно создать своего рода «аналоговый е-мэйл» – сеть из нескольких десятков узлов, которые будут просто пересылать почту. Сидит себе где-нибудь человек из числа сочувствующих, никакой пропагандой и прочими противозаконными действиями не занимается, ходит на службу,