Читать книгу - "Девять жизней Je ne vu - Квинтус Номен"

получив в качестве вознаграждения за свой труд. Ну, я товарищам объяснил, что котики очень сильно недовольны тем, что они не слушали учителя и поэтому помогать лоботрясам не стали, но если они все же хотят благосклонность котиков заработать, нужно еще раз, причем очень внимательно, повторить все процедуры именно так, как говорит старший товарищ. Потому что сами они язык котиков не понимают, а старший товарищ с котиками никогда не спорит и выполняет все именно так, как котики и говорят.

И вот после этого началась настоящая учеба: парни теперь очень внимательно слушали, что я им говорю и внимательно смотрели на то, что я им показываю. А затем старались рассказанное и показанное повторить — и мои замечания воспринимали крайне положительно. Но и тут оказалось, что усердия и внимательности маловато будет: после четвертой уже плавки (то есть после того, как железная печь в четвертый раз выдала какой-то удобоваримый продукт — а она дважды вообще мусор один только выдать умудрилась из-за криворукости операторов) в группе будущих металлургов осталось всего восемь человек, а все остальные перешли в команду «рудознатцев». Причем тут двое из этих восьми остались исключительно для обучения в роли подмастерьев: они просто были физически очень сильными и железные болванки могли вполне успешно ворочать в горне и на наковальне, а вот интеллекта у них для выделки чего-либо полезного все же не хватало. Но и без таких подмастерьев что-то полезное изготовить непросто.

А оставшихся шестерых я начал уже учить всерьез — и первым делом заставил их изготовить для себя… еще одну наковальню-кирпич. Потому что древняя металлургия — штука весьма загадочная, в плане того, как она вообще возникла. Ведь для получения годного для любых поделок железа была нужна именно железная (а лучше стальная, но хотя бы такая) наковальня — а чтобы изготовить наковальню, требуется куча вполне себе железного инструмента. И — барабанная дробь — наковальня, на которой можно отковать наковальню.

Мне в свое время на изготовление одной-единственной наковаленки потребовалось несколько лет упорного труда (и штук двадцать прочных камней) — и это при том, что я точно знал, что мне будет необходимо. Теперь нынешние будущие кузнецы этот этап заметно сократят… наверное, но им-то, кроме наковальни, еще дофига всего разного потребуется. Дать им инструмент я чисто теоретически мог — но его и хватит лишь на одно, причем не особо большое, племя, так что следовало их научить сначала нужный инструмент делать (пока имеющийся не развалился и не сломался) — и вот этим я и занялся.

Успешно, как выяснилось, занялся: в середине августа «великолепная шестерка» обзавелась молотками собственной выделки и (пока что) двумя уже настоящими кузнечными молотами весом килограмма по три каждый. И это при том, что неделю в начале августа никто железо не ковал: все собирали урожай на полях. Ну да, поля были размера скромного, но ведь и поля там никто даже не собирался косить: колоски аккуратно люди ножничками срезали и укладывали в деревянные коробочки, а затем — уже в комнате — не менее аккуратно зерна из колосьев «вымолачивали» кожаными рукавицами. Затем зерна провеивались, сушились, мочились в отваре листьев паслена (этих кустов вдоль реки довольно много росло), снова сушились, причем в этот раз очень тщательно — и в коробках убрались в «зернохранилище», под которое я отвел пару полок в своем леднике. И тут обработка отваром паслена имела двоякое назначение: во-первых, какие-то там вредные букашки при этом дохли, а во-вторых, местные — точно зная, что паслен это страшно ядовит — на зерно уже не покушались…

Ну так вот: когда весь урожай зерна был собран и спрятан на хранение, парни отковали себе две кувалды, а затем — после еще одного пуска «железной» печи — и трое кузнечных клещей сделали. И, строго формально, вполне могли теперь данным бизнесом и без меня заниматься, так что в середине августа двое «местных кузнецов» отправились домой, чтобы уже там цивилизацию в массы нести. Но четверо пока остались, чтобы побольше опыта перенять (ну и новых наковален наделать, ведь они каждому кузнецу нужны были) — а я на самом деле очень хотел, чтобы они всякому посущественнее научились. Например, чтобы у них железо получалось качеством получше: то, что пока у местных вышло, меня вообще не радовало. Потому что железо само по себе — штука, в принципе, неплохая — но оно слишком уж мягкое для выделки нормальных инструментов, ту же косу из него сделать можно, но косцы на правку кос потратят больше времени, чем на косьбу. Тут вообще-то без стали обойтись трудновато, но ведь были способы и просто железо прилично так улучшить.

Я в своей изначальной жизни в каких-то книжках читал, что древние металлурги куски кованного железа в землю на много лет закапывали, чтобы все «вредные примеси» из него выржавели и металл стал лучше. Ну что, полный бред все это: во-первых, в земле воздуха маловато и железо закопанное (особенно если грунт глинистый) там практически и не ржавеет. Во-вторых, в болотной руде (и получаемом из нее кричном железе) дофига фосфора: микробы, которые эту руду формируют, без фосфора просто жить не могут — а потому тут без фосфора руды не бывает. А железо с фосфором тем более не ржавеет: оно покрывается сверху непроницаемой темно-серой пленкой какого-то железофосфорного соединения — и в таком виде его хоть в кислоту макай, ни фигашечки с ним уже не произойдет. Но это во-первых, а во-вторых чистое железо вообще практически не ржавеет, а ржавеет оно как раз там, где много иных примесей (особенно марганца, которого в болотной руде тоже дофига), так что если древний металлург все же умудрялся железяку в земле заставить ржаветь (для этого на нее требовалось мочиться постоянно для удаления фосфора), то с ржавчиной из металла выделялись как раз все легирующие элементы и в остатке выходило довольно чистое — и очень мягкое и пластичное — железо. Из которого вообще что-то приличное сделать было невозможно.

А вот исходное железо — то есть именно железо, еще не сталь, то есть с минимальным количеством углерода — с фосфором образовывало что-то интересное, по прочности к сталям средней паршивости приближающимся — но только если материал переработать правильно. А в нынешних условиях самая правильная переработка такого железа заключалась в его многократной ковке, причем ковать его нужно было… ну, в общем, как, согласно сказочным легендам, ковался булат. Вот только если поступать так же, как в