Читать книгу - "Фантастика 2025-21 - Blackmourne"

скелетов. Отсюда Соломон Глебович был абсолютно уверен, что при нужде способен прижать любого, а потому имеет особый статус… и не понимал, что времена давно поменялись. Это для хищников средней руки толстяк был по-прежнему опасен. Причём не в последнюю очередь благодаря тому, что его от наездов прикрывали серьёзные люди вроде Медянского, имеющие прямые выходы на мэра и губернатора. Действительно крупным акулам Соломон Глебович был опасен разве что болезненным и неприятным, но не смертельным укусом.

Однако юристом был до сих пор лучшим в городе, и нередко задействовать Соломона Глебовича получалось намного проще и выгоднее, чем бросать в бой целый юридический отдел. Тщеславие же и завышенное самомнение были одной из немногих слабостей Соломона Глебовича, чем Медянский и пользовался. Хоть внутри и посмеивался, видимость игры «старший-младший» соблюдал. Зато покровительственно относившийся «к мальчику» – такой большой человек, а тоже старого юриста опасается – толстяк в итоге работал над запросами Медянского намного эффективней, чем если ему просто заплатить.

Вскоре начали подъезжать остальные, и немаленький кабинет оказался заполнен посетителями. Вслед за матерью покойной в кабинет вошёл непонятный молодой человек. Медянский видел его в первый раз, и судя по выражению лица нотариуса, тот тоже не понимал, зачем явился этот неизвестный.

– Молодой человек, попрошу вас покинуть кабинет! – Соломон Глебович указал рукой на дверь.

Но тёща на это царственно сказала:

– Это мой адвокат, – ехидно усмехнулась тёща и добавила: – И он имеет полное право присутствовать при оглашении завещания.

Медянскому парень сразу не понравился. Одет хорошо и дорого. Начищенные до блеска туфли без единого пятнышка, хотя на улице грязь – явно прибыл на машине. Хорошая стрижка уложена, что называется, волосок к волоску. Круглые очки в золотой оправе придавали лицу адвоката серьёзность и уверенность. В руке кожаный портфель, покупку которого мог себе позволить далеко не каждый. Каждая деталь продумана и подчёркивает респектабельность – и это чуть ли не открытым текстом выдавало в нём мошенника. По-настоящему серьёзные люди за собой следят, выглядят прилично, но не гонятся за каждой мелочью, позволяя себе одеваться как им удобно и хочется, а не каким хотят видеть тебя окружающие. Если твой ежедневный доход в полмиллиона рублей, всем уже плевать, твой пиджак от Пьера Кардена или от Папы Карло.

– Да, – кивнул Соломон Глебович, проверив бумаги у парня. – Адвокат имеет право присутствовать при оглашении. Проходите и рассаживайтесь.

Довольно долго не могли рассесться, мать и сестра покойной пытались усадить Софью между собой, но им не давали Медянский и Дмитрий. На бодигарда тёща косилась особенно – этот с чего, ведь не родственник, но поскольку нотариус его допустил, то значит так и положено. Та же Марина осталась ждать за дверью.

Нотариус зачитал все положенные пункты закона, далее вскрыл завещание. К неудовольствию сестры покойной ей не досталось вообще ничего. Матери покойная оставила непонятно откуда взявшийся у неё садовый участок на три сотки в пригороде с домиком-дощанкой советской постройки – демонстративный плевок в её сторону… на который она почему-то не отреагировала, а продолжила сидеть с довольной улыбкой. Дмитрий получал неожиданно весьма заметную сумму – на этом пункте сестру покойной аж перекосило от злости. Остальные денежные средства зачислялись дочери на именной счёт в драгметаллах, получить доступ к нему она сможет по достижении восемнадцати лет. Всё остальное отходило мужу.

– И в заключение, – закончил свою речь нотариус, – я обязан уведомить мать покойной, что согласно статье 1149 ГК РФ пункт один она имеет право требовать выделение ей обязательной доли наследства как нетрудоспособный родитель пенсионного возраста.

– Я отказываюсь.

– Также я обязан уведомить отца дочери покойной и её прочих родственников, что согласно статье 1149 ГК РФ пункт один её дочь, Софья Андреевна Медянская получает выделенную долю наследства в размере не менее половины доли, которая причиталась бы ей при наследовании по закону.

Тут неожиданно в разговор вмешался адвокат, до этого молчавший:

– Согласно статье 1149 ГК РФ пункт два право на обязательную долю в наследстве удовлетворяется из оставшейся незавещанной части наследственного имущества, даже если это привёдет к уменьшению прав других наследников по закону на эту часть имущества, а при недостаточности незавещанной части имущества для осуществления права на обязательную долю – из той части имущества, которая завещана. Согласно этому…

Дальше адвокат застрекотал, что почему и как должно отойти Софье. Медянский с тревогой посмотрел на нотариуса, но тот и сам ничего не понимал. Ведь всё равно, если часть акций холдинга переходит к дочери, то распоряжаться ими по-прежнему единовластно будет её отец? И тут как гром среди ясного неба прозвучало:

– Согласно тому, что единственным ближайшим родственником Софьи Андреевны Медянской является её бабушка, то она и будет опекуном до наступления совершеннолетия.

– Соня, ты едешь с нами, и это не обсуждается, – тут же вальяжно сказала мать покойной.

– Попрошу не превращать оглашение завещания в цирк, – грозно остановил её нотариус.

– Согласно Статье пятьдесят два семейного кодекса Российской Федерации сегодня в суд было внесено представлении об отмене отцовства Медянского Андрея Викторовича над Медянской Софьей Андреевной на основании того, что он не является её биологическим отцом. К тому же Медянская Софья Андреевна была рождена до того, как её мать вступила в брак, – вальяжно ответил адвокат.

– Да ты с ума сошла, старая грымза! – не выдержал и вскочил Медянский.

– Попрошу без оскорблений. Вот документ о генетической экспертизе. Вот из архива заверенный акт свидетельства регистрации брака, обратите внимание на дату. А вот заверенная копия из архива свидетельства о рождении, тоже прошу обратить внимание на дату.

– Софья едет домой! – победно завершила речь своего адвоката мать покойной.

– С чего бы? – чудовищным усилием Медянский смог заставить себя говорить ровно. – Я её отец, по закону родительских прав меня не лишили, у Софьи есть свой дом, где она и будет жить.

– Недолго. Тебе не нужна дочь, тебе нужны деньги Валерии, которые ты тратишь на свой бизнес. И отцом ты числиться будешь недолго, это я тебе обещаю. А дальше Софья поедет туда, где будут любить её, а не её деньги, без которых ты ничто.

Дальше продолжать тёща не рискнула, ибо заметила, что ненавистный зять всё-таки переменился в лице и запросто сорвётся на что-то нехорошее. Андрей Викторович же стоял, вцепившись в крышку стола, и понимал, что стоит ему отпустить столешницу – и он