Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Зураб сидел рядом, опираясь предплечьями на стол. Его нога после поля и дороги беспокоила меньше, но прихрамывание никуда не исчезло.

— Нужны не добровольцы вообще, — сказал он. — Нужны люди под конкретную работу. Таскать, страховать, считать, охранять.

— И ещё те, кто не полезет щупать каждую железку, — добавил Кор-Дум.

Демид усмехнулся.

— Значит, Шило точно не берём.

— Шило никуда не идёт, — сказала Айрин раньше, чем кто-либо успел ответить. — Плечо держится на швах. Правая нога после похода опять опухла. Я ему сегодня разрешила дойти до кухни и обратно. Это весь его героизм.

— Останется здесь. Он злится, но хотя бы злится сидя.

Лекс развернул старую схему Объекта 6, которую они восстановили после первого спуска. На ней были отмечены знакомый проход, разрыв галереи, зал капсул, командный узел, складской сектор и силовой щит, где погибли Егор и Пахом.

Их имена стояли на полях схемы отдельно — не как памятник, а как предупреждение.

— После аварии мы запретили автоматическое восстановление питания, — сказал Лекс. — Запрет остаётся. Никаких древних подъёмников, пока не вскроем скрытые линии. Никакой активации дроидов. Смотритель работает только на том локальном питании, которое уже было до нас.

— А груз? — спросила Марфа. — Если там действительно еда, её надо поднимать не по одной коробке на спине.

Игнат наклонился над картой.

— Здесь. — Он ткнул в старый грузовой канал. — Подъёмник не нужен, если канал цел. Можно поставить ручную лебёдку наверху, через блок. Медленнее, зато без электричества.

Кор-Дум посмотрел на него с одобрением.

— Сначала проверим крепь канала. Потом ставим лебёдку. Так и сделаем.

— Людей сколько? — спросил Клык.

— Вниз десять максимум, — ответил Лекс. — Я, Кор-Дум, Зураб, ты, Игнат, Демид. Нужен стрелок.

— Тимофей, — сразу сказал Клык. — Охотник, ходил на север, арбалет держит спокойно.

— Ещё двое на перенос и страховку.

Марфа усмехнулась.

— Прохор как раз хотел знать, кому сколько воды положено.

Клык посмотрел на Лекса.

— Сильный. На полях в восстании был в третьем ряду. Не геройствовал, держал людей у прохода.

— Берём. Второго?

— Влада.

Айрин нахмурилась.

— Та, что рубила охранника у водосброса?

— Она. До рабства работала с отцом на лесосплаве. Узлы знает, топор тоже.

— Семён? — спросил Лекс.

— Оставь наверху, — сказала Марфа. — Пусть доведёт до конца воду. А потом поставим его на верхнюю лебёдку. Ты же сам назначил.

— Справедливо, — согласился Лекс.

Агафья ткнула пальцем в карту.

— И хоть что-нибудь съедобное сначала тащите сюда. Не все ваши красивые кристаллы сразу.

— Не обещаю, что оно съедобное, — сказал Лекс. — Сначала проверим упаковку, запах, состояние. Потом ты получишь образец.

— Я получу образец первым делом.

— Именно это я и сказал.

— Нет. Ты сказал после своих проверок. А я сказала — первым делом.

Кор-Дум тяжело вздохнул.

— Я соскучился по тишине Объекта 6.

— Там дроиды, — напомнил Зураб.

— Даже они меньше спорят.

К полудню группа была готова.

Прохор пришёл со свежей синей полосой на скуле — памятью об утренней драке — и с таким выражением лица, будто всё ещё не решил, считает ли поход наказанием. Влада держалась спокойно. Короткие волосы она перетянула кожаным шнурком, на поясе висел топор с узким лезвием и складной нож. Тимофей принёс арбалет, два колчана по двенадцать болтов и короткий охотничий лук «на случай тесного места». Игнат нёс молоток для простукивания камня, верёвку и два блока. Демид — инструментальную сумку и короткое копьё.

Клык проверил каждого.

— Вниз идём не воевать. Если что-то движется и вы не понимаете что — не бьёте первым, пока нет угрозы. Если угроза есть — бьёте и не ждёте разрешения. Если Лекс говорит «интересно» — смотрите на Кор-Дума. Если Кор-Дум говорит «не трогать» — не трогаете даже Лекса.

— Очень смешно, — сказал Лекс.

— Я серьёзен.

Кор-Дум поднял левую руку.

— Одобряю.

Спуск встретил их сухим холодом.

На этот раз никто не шёл туда как в неизвестность. На стенах оставались меловые метки предыдущей группы; у разрыва галереи висели две новые страховочные линии; возле старого механизма с шестернёй Кор-Дум остановился и проверил оставленную им отметку.

Шестерня всё ещё двигалась.

— Медленнее, — сказал он.

— Насколько? — спросил Лекс.

— На глаз — процентов на десять. Может, смазка окончательно уходит. Может, питание плавает.

— Запишем.

Демид уже достал дощечку.

Прохор смотрел на них с недоверием.

— Вы каждый щелчок тут записываете?

— После двух могил сверху — да, — ответил Кор-Дум.

Прохор больше не спрашивал.

Зал с капсулами встретил их тем же ровным холодом, который не зависел от времени суток.

Влада остановилась у первой ниши и долго смотрела сквозь мутное стекло.

— Это кто?

Лекс помедлил с ответом.

— Не знаем.

— Совсем?

— Совсем. Есть служебные слова в записях. «Сохранение», «исход», «линия», «образец». Некоторые тела похожи на людей, некоторые — на дворфов, некоторые ни на кого из нас. Но если я сейчас назову их предками или создателями, это будет не знание, а догадка.

Прохор перекрестился знаком Лирны и постарался держаться подальше от стекла.

— А они мёртвые?

— Мы не умеем надёжно определить их состояние, — сказал Лекс. — Поэтому считаем капсулы опасным оборудованием и не трогаем.

— Души?

Лекс посмотрел на него.

— Я не знаю, что происходит с душами вообще. Тем более с этими.

Прохор явно ожидал другого ответа.

Кор-Дум подошёл к коренастой фигуре, которую видел в первый раз, и на несколько секунд положил ладонь на прозрачную крышку.

— У моего народа есть старые сказки о Террексах, — произнёс он. — Там они глубже гор копали и металл учили слушаться раньше, чем наши кланы получили имена. Эта фигура похожа на то, как их вырезают на древних плитах. Похожа — не значит «это он». Запомни разницу.

— А ты веришь, что это ваш предок? — спросила Влада.

Дворф пожал плечом.

— Я верю в то, что его руки были сделаны для тяжёлой работы. Остальное пусть сначала докажут те, кто любит длинные слова.

Зураб усмехнулся.

— Хорошая вера.

Они прошли дальше, не задерживаясь у капсул.

У входа в командный сектор Лекс остановил всех.

На камне возле стены ещё оставались следы аварии: почерневшая полоса,