Читать книгу - "Нигредо. Созданный из пепла - Ника Грумет"

дальше они продвигались в этом расследовании, тем гуще становилось ощущение, что рано или поздно они застрянут в этой паутине навсегда.

— Вернёмся к изначальной цели высадки полей Иару, — тяжело выдохнула Ольга, обхватив руками хрупкие плечи, закутанные в тонкую шёлковую шаль. — Они должны были уничтожить демона алхимии, взяв его в кольцо. Но что-то пошло не так, и поля стали уничтожать и обелисков. Часть из них бежала на Землю, так как, вероятно, знала, что произойдёт. Часть осталась, включая членов королевских семей. Модест уничтожил всех королей, поля Иару перестали расти и сузили свой диаметр. Он чудесным образом построил мост между пригодной для жизни территорией и берегом, дав жителям возможность вести торговлю с другими цивилизациями. И теперь… — Глаза Ольги вновь распахнулись. — Постой… Он поглощает силы обелисков, заставляя их души становиться частью полей? Мы с тобой упустили две важные вещи! Во-первых: что вообще собой представляют поля Иару? Во-вторых: как он, чёрт возьми, построил этот чёртов мост?!

Илларион отметил про себя, что Ольга забавно пытается ругаться, но смутился, поняв, что ругается она всерьёз. Кем был Модест, если смог пройти через поля Иару и не пострадать? И Иллариону, и Ольге известно, что поле опасно и для обычных людей. Модест не может быть ни обелиском, ни человеком, ни даже демоном. Для всех трёх категорий поля смертельны. Так какова природа его способностей? Откуда силы берут остальные пепельные?!

Природа Иару была хоть и не до конца изучена, все знали: это территория мертвецов. Души погибших населяют безжизненные поля бесцветных растений. Но знает ли Ольга, что души эти — исключительно души тех, кто не достойны попасть ни в рай, ни даже в ад, а потому навечно обречены скитаться там? Он напомнил ей об этом на случай, если забыл вставить в свою исповедь прежде. Ольга замотала головой:

— Без сомнений, это территория мёртвых. Но почему именно? Если поля созданы для победы над демоном, почему победить его должно поле, переполненное грешными душами? Именно они подчиняются демонам в аду. Строй какие угодно теории, ни одна из них не объяснит такой логики. То, что демона должны уничтожить поля, — верно. Но почему души задерживаются там? Выходит, до создания Иару подобные грешные души точно так же попадали в ад, как и все остальные? Я тоже уже ничего не понимаю, Илларион, не смотри так на меня. Но знаешь что? А способен ли Модест наказать за нарушение закона обычного человека? Отправит ли он на поля человека, который вместе с оборотнями поднимет восстание?

В голове Иллариона щёлкнула какая-то кнопка, но одной такой Ольге было недостаточно:

— Откуда берутся пепельные? Ты хоть раз слышал, чтобы ими становились до приезда в замок? Или, может быть, рождались ими? Послушай. — Ольга вновь почти перешла на шёпот, внимательно вглядываясь в задумчивые глаза Иллариона. — Почему ты думаешь, что для того, чтобы огонь пепельного стал чёрным, Модест обязательно должен поделиться с пепельным своей силой? И видел ли хоть раз, как пользуются этим самым огнём рыцари? Ты часто лично общался с другими стражами? Уверен, что им рассказали абсолютно то же самое, что и тебе? И вот что тревожит меня больше всего с самого начала твоего откровенного рассказа. — Ольга прошептала. — Ты хоть раз… задумывался, почему скитался по полям прежде, чем Марианна забрала тебя оттуда? Марианна? Не Модест? Марианна тоже ходит по полям Иару. — Её голос, подобно складкам атласа, прошелестел почти возле самого уха застывшего от потрясения Иллариона. — Ты тоже можешь ходить по полям Иару. Никто: ни оборотни, ни обычные люди, ни пепельные. Только вы трое. — Илларион содрогнулся всем телом. — Только вас не трогают поля.

Нельзя описать словами, какой хаос сейчас творился в голове Иллариона. Мыслей было слишком много, и все они запутались в такой огромный цветастый клубок, что уже нельзя так просто распутать. У них всё ещё нет достаточно информации, чтобы утверждать, что за сила циркулирует по телу Модеста, сколько бы ни гадали, сегодня уж точно не смогут ответить на этот вопрос. Но возникло множество других.

С Марианной можно найти хоть какое-то объяснение: она родная дочь Модеста и, вероятно, унаследовала ту же силу. Но… кем был Илларион? Он, поверить только, действительно ни разу за столько лет не задумывался, почему смог ходить по полям Иару, не сходя с ума и не умирая.

И почему же?!

— И ещё кое-что, — вспомнила Ольга. — Даже не затрагивая тему того, кем ты являешься на самом деле: почему тебя вообще вывели из полей? Почему позволили жить и тренироваться в замке, зная, что у тебя нет способностей? Почему именно когда силы появились, тебя отправили на Землю? Почему именно в тот момент Модест рассказал о Пророчестве каждому? Знаешь что? Всё это выглядит так, будто Модест знал заранее о твоей силе, но по какой-то причине не рассказал. Если он знал о Пророчестве, все четыре века жил с осознанием того, что спустя какое-то время явится избранный. Что «родится из пепла прошлого дитя, столетиями без души скитавшееся». Как он узнал, что избранный именно ты? Он словно с самого начала знал, где ты находишься, и почему-то привёл в замок именно в тот момент. За несколько лет до того, как у тебя появился багровый огонь. Но почему сказал, что шансов искупить твой грех мало? Хотел запутать? Почему тогда утверждал, что именно тебе суждено исполнить Пророчество? Он уверен в его правдивости, но в то же время будто сомневается. — Ольга замотала головой. — В общем, выходит так: твоя сила — нечто, что планировалось заранее, а значит, ты точно не должен винить её во всех своих бедах. Об остальном… Могу сказать лишь… — Девушка вновь улыбнулась и встретилась с Илларионом взглядом. — Что Модест ни на стороне обелисков, ни на стороне демона. Он спас обелисков от полей, дал им возможность торговли и процветания, но тем самым остановил уничтожение демона, судя по всему, по-прежнему находящегося в Муспельхейме. Но всё же меня смущает тот мост. Как думаешь, он позволил бы демону вырваться за пределы острова?

— Почему ты называешь Муспельхейм островом?

— Ясно, ты никак не думаешь, — посмеялась Ольга. — Потому что мир за его пределами настолько огромен, что Муспельхейму только островом и зваться. А что, король говорил вам, что вы живёте на большом материке?

Илларион сильно нахмурился. Именно так ему и говорили. Ольга обречённо вздохнула:

— Всё же рассмотрим последний вопрос на сегодня. Куда отправлялись грешные души до того, как появились поля Иару? По твоему мнению об уровне