Читать книгу - "Ухорез 1-5 - Василий Горъ"

парень. А те, кому было от тринадцати и ниже, не смогли. Далее, ядро человека не принимает больше трех стихий, соответственно, девятилетняя девочка с шестью — это что-то вроде слона с парусом от яхты и ракетным двигателем. Ну, и последнее: для того, чтобы более-менее раскачать Жизнь, нужно очень много времени. То есть, не неделя, не две и даже не три: я это знаю точно, так как у моей матушки имеется очень толковая и очень добросовестная личная целительница. Делайте выводы, юные дамы…

— Ха!!! Слышали?!!! — радостно заверещала она слушательницам, затем рассыпалась в благодарностях, заявила, что им пора на урок, попрощалась и отключилась.

Ее стараниями я вернулся в особняк, улыбаясь во все тридцать два зуба. Ввалившись в спортзал и обнаружив там всех трех дам, поделился историей о девятилетней волшебнице с шестью стихиями, и поржал над комментариями. Потом посмотрел на часы, посерьезнел, поймал взгляд Красовской и толкнул коротенькую речь. Сообщил, что в моем роду считается нормой иметь три стихии. Что ее одна — это первый шаг к нормальному магу в нашем понимании. И что «взять» еще две я помогу ближе к вечеру. А потом поставил новую боевую задачу — поручил как можно быстрее освоить взгляд в себя, подробно объяснил, как это можно сделать, и добавил:

— Магия — это производная Воли. Первый шаг вы сделали случайно, а со второго и далее надо идти, заставляя стихии прогибаться. Я считаю, что для второго шага нужна вера в то, что невозможное возможно. Поэтому я вам ее дарю. Посмотрите на мою руку. Это — фрагмент защиты, которую я называю покровом. Этот конкретный создан из Воды. И, как видите, закрывает только кулак… Или кулак с предплечьем… Или всю руку. А вот на кулаке вырастает лезвие из той же Воды. Причем острое, что, с точки зрения обычной физики — нонсенс. А это — крошечный вихрь. Который может вырасти и превратиться в смерч. В том случае, если я захочу. Итак, вера не могла не появиться. Поэтому ложитесь во-он на те маты, закрывайте глаза и слушайте свое тело: сейчас Аня вольет немного Жизни в ту область, в которой находится ваше ядро, и мы уйдем. Эдак на полчаса. А вы постараетесь заглянуть в себя и увидеть центр вашей энергетической системы…

…Забавно, но алгоритм освоения взгляда в себя, придуманный походя, сработал с полпинка: пока мы «гасили» ядра очередной партии «пациентов» и усиливали нужные кластеры дармовой энергией, Красовская разглядела свое ядро, изучила магистральные каналы и потерялась в периферийных. Впрочем, услышав шелест открывающейся двери, вернулась в реальность, вскочила на ноги и так ярко засияла, что мы обошлись без ненужных вопросов и перешли к поздравлениям. А после того, как закончили, я снова взял власть в свои руки и продолжил загонять женщину в нужное мне состояние души — объяснил, по какой причине рекомендую ей «взять» Воду и Воздух, показал, как работает воздушное лезвие, увидел во взгляде предвкушение и поднял всю компанию в ванную матушки.

Технологию последовательной инициации в эти стихии объяснил уже там, подождал, пока Лосева раскатает резиновый коврик на нужном участке пола, повернулся спиной к Наталье, задвинул куда подальше мысль о том, что она вот-вот разденется до белья, и секунд через тридцать начал раскручивать смерч.

Красовскую «накрыло» буквально через минуту. А еще через три она «взяла» Воду и, как выяснилось чуть позже, расчувствовалась. Но я этого не увидел. Из-за матушки, вытолкавшей меня из помещения чуть ли не пинками. Впрочем, благодарности мне досталось предостаточно — нарисовавшись на пороге гостиной, Природница обожгла меня взглядом, полным благодарности, счастья и обожания, потом наговорила всякого-разного и заявила, что должна мне по гроб жизни.

Я понимал, что ее несет из-за эйфории, вызванной обретением взгляда в себя и двумя инициациями, но все равно немного понаслаждался эмоциями, безостановочно выплескиваемыми на меня дуреющей женщиной, потом мягко улыбнулся, поздравил ее с превращением в «настоящую волшебницу» и задал провокационный вопрос:

— Дальше развиваемся, или как?

— Да!!! — восторженно выдохнула она, не обиделась на смешки матушки и Анны Филипповны, и превратилась в слух.

— Активируйте взгляд в себя и обратите внимание на то, что теперь ваше ядро состоит из трех секторов разного цвета. На нынешнем уровне развития это нормально. А для перехода на следующий необходимо помочь всем пяти магистральным каналам разделиться на «жгуты» из трех стихийных. Кстати, если вы присмотритесь к точкам прикрепления магистральных каналов к ядру, то обнаружите, что процесс уже начался. Поэтому ловите ритм его пульсации и мысленно сопровождаете волны энергии от ядра к периферии. Первое время будет не хватать чувствительности. Но она появится. При должном упорстве…

Она кивнула в знак того, что обязательно упрется, и я продолжил в том же духе — помог ей «почувствовать» окружающий воздух и содержащуюся влагу, объяснил, как ее конденсировать, поймал женщину, пошатнувшуюся от дичайшей усталости в момент «материализации» Ее Первой Капли Воды, и закончил «персональное занятие» еще одним монологом:

— Для того, чтобы восстановить потраченную энергию, надо встать под душ, «почувствовать» Воду и мысленно «впустить» ее в себя. Поэтому какое-то время вам придется тренироваться, можно сказать, не покидая ванной. Но оно того стоит. Так что дерзайте… в меру. То есть, найдите режим, в котором развитие будет достаточно быстрым, но не выматывающим, не стесняйтесь задавать вопросы и не вздумайте умалчивать о проблемах: главный принцип наших тренировок — «Не навреди…» И последнее: с этого момента можете считать себя частью моего ближнего круга. На этом пока все. Так что можете бежать в свою ванную. И ждем на ужин.

Она сложилась в поясном поклоне, выпрямилась, поблагодарила всех троих за то, что дали ей шанс стать нужной, пообещала не разочаровывать и унеслась к себе.

Я дождался щелчка дверного замка и криво усмехнулся:

— У меня сложилось стойкое ощущение, что ей всю жизнь недодавали тепла, поэтому наше сводит с ума.

— Так и есть… — подтвердила матушка. — Она тянется к нам всей душой. И… дико боится обжечься снова. Вернее, боялась. До инициаций. А после них наплевала на свои страхи и теперь ощущается мотыльком, летящим на свет