Читать книгу - "Поезд в страшную сказку - Татьяна Владимировна Луковская"

вдовы Потехиной и до случившегося было неуютно: помпезно, аляповато, вычурно. Тяжелая лакированная мебель под накрахмаленными салфетками подпирала стены не для удобства жизни, а напоказ, словно в нелепом музее, а в музее не живут, по нему ходят с важным видом да восхищаются. Варе всегда не хватало здесь света и свежего воздуха, даже летом, при распахнутых окнах; теперь же, когда темные тени тянулись зловещими языками из каждого угла, а от одного вида закрытой двери спальни учащалось сердцебиение, и вовсе хотелось, подобрав юбки, бежать прочь без оглядки и больше никогда в это отмеченное ужасным преступлением место не возвращаться. Но Захар все говорил и говорил заплетающимся от волнения и браги языком, а тетка Дуняшка подливала и подливала в Варину чашку настой мяты с душицей, поддакивая мужу и по-собачьи преданно заглядывая барышне в глаза, что обидеть этих простых и добрых людей засидевшейся гостье не позволяло ни чувство такта, ни воспитание. Им тоже нужно было встряхнуться, выплеснуть страхи и мрачные впечатления, и Варя продолжала чаевничать в ненавистном сером доме.

По всему выходило, что виной убийства стал тот самый ларец с фальшивками. Грабитель исхитрился по водосточной трубе подняться на второй этаж и вскрыть фомкой оконную раму, пробрался в «будуарку» (как изволил выразиться Захар), начал впотьмах лазить в поисках сокровищ и ненароком разбудил несчастную Евгению Ивановну да с перепугу пырнул ее ножом. А как дел натворил, прихватил с камина ларец и был таков.

— Могли бы по следам проследить, куда тот душегуб подался, да вишь под утро какая метель разыгралась, — тяжко вздохнул Захар, — куда там.

— Глашку-то мы к куме спровадили, — добавила тетка Дуняшка, — боязно ей крепко тута на ночевку оставаться. Оно и понятно, это ж она поутру барыню нашла. Визжала так, что аж охрипла. Да я и сама не усну, а ну как вернется аспид еще за чем, вот так зарежет во сне, и не проснешься.

— Кому мы нужны, — отмахнулся Захар, — ты лучше бойся этого следака холеного, вот уж кого бояться надобно. Ой, наплачемся мы еще, увидишь, все на нас спишут, вот попомни мои слова — придется на старости лет кандалами звенеть.

— Мы-то тут при чем⁈ — аж подпрыгнула Евдокия и тревожно оглянулась. — Мы-то в чем виноваты? Она сторожа нанять не хотела, а мы виноваты, за такие-то крохи, что с ее стола перепадали, весь дом на себе тащили.

— Да кому до того дело есть, — гнул свое Захар. — Скажут, мол, хозяйку убили, а ларчик припрятали, а на кой нам тот ларец, коли хозяйка сама мне сказывала, что все в банк свезла и распиской перед носом водила. Я такого стекла и сам наколоть могу, — поднял он с пола пустую бутылку.

— Ах, Варвара Тихоновна, и в страшном сне не могло такое-то присниться, что сегодня пережили, — тетка Дуняшка тяжко вздохнула. — И кому ж такое зло в голову пришло?

— А я так думаю, любила хозяйка прихвастнуть, Царствие ей Небесное, — понизил Захар голос до громкого шепота, — растрезвонила своим подружкам-кумушкам, что, мол, сокровища у нее хранятся несметные, они лихих людей и наняли. Вот скажите, Варвара Тихоновна, могут барыньки на такое дело лихих людей подбить.

Варя растерялась.

— Я с приятельницами Евгении Ивановны мало была знакома, — начала она подбирать слова, чтобы не наводить лишнего подозрения на почтенных дам. — Может, в городе банда какая орудует. Вот у нас на днях почтальона убили, уж такой милый старичок был.

— Ну, почтальона небось за бандероль какую пырнули, — ничуть не удивился Захар, — деньжата искали, обычное дело. А вот на хозяйку кто-то из своих навел, затылком чую — без барынек не обошлось.

— А что же теперь с этим домом будет? — решила Варя перевести разговор. — Все племяннику теперь достанется?

— Какому племяннику? — тетка Дуняшка удивленно подняла бровь. — Отродясь у покойницы никаких племяшек не было.

— Не было? — пробормотала Варя. — А Глаша рассказывала, что здесь бывал племянник, кажется, горный инженер.

— Ах тот, шалопутный, — равнодушно махнула кухарка большой ладонью. — Так тот не ее племянник, а покойного хозяина, а хозяйке-то он никто. Тому вряд ли чего достанется, они что кошка с собакой все время лаялись, а последний раз уж так сцепились, что я думала крыша от криков слетит. Она его наследства лишила и сказывала — на порог не являться. А уж кому все отписано, я и не знаю. Какая-то родня у нее в Егорьевске была. То пусть у душеприказчиков голова болит.

Картинка не желала складываться, и это вызывало беспокойство. Хотя с чего бы Варе беспокоиться, ей-то какое дело, кому теперь жить в этом неуютном доме.

— Евгения Ивановна говорила мне, что племянника к себе жить позвала, и что на него завещание составлять будет, — все же озвучила она причину своего увольнения.

— Да могло и такое случиться, тут разве ж угадаешь, — неожиданно легко согласилась кухарка. — По сто раз на дню настроение менялось. Ох, и не знаю, дождаться наследников али завтра уж новое место подыскивать, — тетка Дуняшка вопросительно посмотрела на мужа.

— Погодим пока. Амалии Потаповне стоит сказаться, все ж ближайшая подруга. Кому-то похоронами заниматься нужно.

— Кому наследство, тот похоронами и занимается, — фыркнула тетка Дуняшка. — Вряд ли то Амалии надобно. Должно, завтра бумаги вскроют, так и ясно будет, кто наследники.

Не сговариваясь, сидящие за столом тяжко вздохнули, повисла тишина.

— Пойду я, пожалуй, а то темнеет, — поднялась Варя из-за стола. — Уж вы подайте весточку, когда хоронить станут.

— Конечно, как не сказаться, — поднялась и тетка Дуняшка. — Пойди, Захарушка, проводи. Мало ли чего, вот уж времена настали, не приведи Господь.

Захар послушно надел тулуп. Варя не стала отказываться от провожатого. После услышанных подробностей теперь ей убийцы будут мерещиться в каждой подворотне.

Вечерняя улица резко контрастировала со зловещей обстановкой внутри особняка: ветер стих, метель сменилась легким морозом, снежинки мялись под каблуками, издавая приятный приглушенный скрип, электрические фонари разрывали мрак ровными сияющими кругами, создавая ощущение праздника. Народ еще сновал по расчищенной дворниками мостовой, к усадьбам подъезжали кареты, где-то в отдалении играла музыка. Может, зря Варя потащила с собой беднягу Захара, вряд ли кто-то решится напасть на виду у стольких прохожих, да и что брать у безработной компаньонки,